Страница 6 из 95
Так как же, после этого, можно не думать и не говорить о Втором Пришествии Христовом, особенно в наше страшное время, когда буквально с каждым днем так безмерно умножаются признаки близости его, указанные Самим Христом Спасителем и святыми отцами Церкви первых веков христианства?
А Солунян святой Апостол порицал совсем не за ожидание Второго Пришествия Христова (как он мог их за это порицать, когда это Сам Господь повелел?), а за то, что они недолжным образом вели себя: начали «колебаться умом и смущаться», оставили всякое попечение о житейском, бросили все свои дела и предались праздной мечтательной жизни, то есть как раз впали в ту «апокалиптическую панику», которой не может быть места у истинных христиан.
Если бы надо было всячески гнать от себя мысль о Втором Пришествии Христовом, как рекомендуют современные умники-лжеучители, то не сказал бы Христос так ясно и решительно:
Итак, бодрствуйте, потому что не знаете, в который час Господь ваш приидетъ (Мф.24,42).
Будьте же и вы готовы, ибо, в который час не думаете, придет Сын Человеческий (Лк.12,40).
Пользуясь образным выражением, которое употребил Сам Господь (Лк.12,39), святой Апостол Петр говорит, что День Господень придет, как тать ночью , то есть неожиданно, а потому мы всегда должны готовить себя к этому дню святою жизнью и благочестием, ожидать и желать пришествия дня Божия, в который воспламененные небеса разрушатся и разгоревшиеся стихии растают и это, конечно, потому, что тогда явится Новое Небо и Новая Земля, на которых будет обитать правда (2 Петр.3,10-13).
Не в панику впадать, а наоборот – «ожидать и желать» скорейшего наступления этого дня должны все истинные христиане.
О, как далеки, следовательно, от истинного христианства те люди, которые настроены и думают иначе!
Не наступления этого великого и славного дня Господня должны мы бояться и ужасаться, а нашей нераскаянности – нашего упорного коснения в греховной жизни.
Вот почему Святая Церковь, пред наступлением Великого поста – времени покаяния – с особой силой и яркостью приводит нам на память то, о чем мы всегда должны неизменно памятовать – кончину миpa, Второе Пришествие Христово и Страшный Суд, побуждая нас к искреннему раскаянию во всех наших грехах и исправлению жизни.
Какое может быть сильнейшее побуждение к настоящему покаянию, как не мысль о приближающемся Страшном Суде, когда участь наша будет решена на веки?
Не сам по себе Страшный Суд страшен, а грехи наши делают его для нас страшным. Вот и будем бояться и страшиться впадать в грехи, будем бояться и страшиться оставаться в нераскаянности, греховной закоснелости.
Но какой грех может быть страшнее того, когда кто-то, уподобляясь евангельскому неверному и неблагоразумному рабу, начнет говорить: Коснит Господин мой приити (не скоро придет Господин мой): и начнет бити рабы и рабыни, ясти же и пити и упиватися с пьяницами (Лк.12,45;Мф.24,48-49). А еще хуже и тяжелее грех того, кто и других начнет совращать, уверяя, что еще не скоро придет Господь , тем самым расслабляя их духовную бдительность, к которой так усиленно призывал Христос-Спаситель Своих последователей, и внушая им легкомыслие и безпечность к делу своего вечного спасения.
Прекрасно говорит о необходимости постоянного памятования Страшного Суда наш великий наставник духовной жизни святитель Феофан, Вышенский Затворник: «Напечатлейте образ суда Божия в уме и сердце вашем и всегда носите его в себе. Сами увидите, каким воодушевлением и какой готовностью на всякого рода труды исполнится дух ваш... Можно сказать, что если б каким-нибудь образом можно было глубоко напечатлеть в душе людей сей образ Суда Божия, то все в непродолжительном времени сделались бы исправными ревнителями добрых дел. Ибо положите, что верная пришла бы весть с неба, что вот завтра или после-завтра придет Господь. Стал ли бы кто тогда предаваться забавам и утехам? Стал ли бы поблажать страстям своим и творить грехи? Стал ли бы еще отлагать покаяние и исправление свое?... Разве безумный какой стал бы так делать, а все, не потерявшие смысла, бросились бы поспешнее делать все, что еще можно сделать в это короткое время. Как ученики, для которых настает экзамен, о том только и думают, как бы приготовиться к экзамену: иной не спит почти и не ест, а не то, чтоб позволил себе еще и об играх и шалостях подумать, – так было бы и с нами, если бы память суда Божия не выходила из головы нашей...».
«Но беда наша в том», говорит далее святитель Феофан, «что мы привыкли отдалять от себя сей час суда... Думает всякий: сколько уж времени я живу, все слышу: вот суд! вот суд!... и нет доселе суда. Может быть еще не скоро. Отцы наши, деды и прадеды тоже ждали суда, но вот еще и мы не видим его, спустя столько времени после них. Все сие так. Можно прибавить и еще более того: что вот уже 18 веков, как сказал Господь о суде и как ждут суда, и все нет его».
Но что же из этого?
Не было его доселе, но, может быть, не успеем мы выйти из храма сего, как придет Господь. Ибо то несомненно, что Он придет.
Ной говорил своим согражданам: перестаньте грешить, иначе потопом потопит вас Господь. Может быть, вначале проповеди иной и остепенялся, но потом, как прошло десять, двадцать, сто и более лет, всякий давал себе право не верить так долго не сбывавшейся угрозе. Но неверие cиe ведь не отдалило же события.
Пришел же потоп и взял все.
Может быть, за минуту до этого повторял проповедь свою Ной, и над ним смеялись, но все же исполнилось то, что положено Господом: иного, может быть, за смехом сим и потоп застал.
Так и у нас есть немало людей, кои отдаляют час суда; иные, может быть, и не верят тому, но все это не отстранит суда, и будет минута, когда исполнится положенное Господом, – исполнится когда не чаем, захватив нас внезапно.
Во дни Ноя, говорит Господь, ели, пили, женились, посягали, строились и торговали... Никто и не думал о потопе. Но потоп пришел внезапно и взял все...
Вот и мы едим, пьем, веселимся и хлопочем о разных делах – о суде Божием и думать не думаем; но может быть, он сейчас же придет и застанет нас, в чем есть. Ибо как молния, показавшись на одном краю неба, в одно мгновение пробегает до другого и охватывает все небо, так будет внезапно и мгновенно явление Сына Человеческого.» («Письма о христианской жизни» епископа Феофана стр. 164-166).
Не «апокалиптическую панику» внушает нам мысль о близости Второго Пришествия Христова, как мы видим из вышеизложенного высоко-авторитетного учения выдающегося отца нашей Российской Церкви, а только заботу о первостепенной важности деле своего вечного спасения, которое иначе приходит в пагубное для нас состояние полного небрежения.
С осуждением говорит святитель Феофан о тех, которые «отдаляют» день Второго Пришествия Христова и Страшного Суда «на неопределенную даль, так что и конца будто не видать, когда cиe будет» (там же), но тут же продолжает:
«Отдаляйте суд Божий на сколько хотите... но какая же нам от этого льгота или поблажка? Все же он придет и будет судить именно нас и судить без лицеприятия, по закону Евангелия нами воспринятому. Все же наш долг быть истинными христианами оттого нисколько не умаляется... Так не лучше ли нам всякий час держать себя так, как бы Господь сейчас имел явиться?»
И, наконец, мудро учит далее святитель Феофан: «пусть не скоро суд, но ведь если можно отсюда извлекать какую-либо поблажку, то это тем только, кои могут быть уверены, что час смерти их совпадает с часом суда отдаленного: нам же что из того? Вот ныне или завтра придет смерть, и покончит все наше и запечатлеет собою участь нашу навсегда, ибо после смерти нет покаяния. В чем застанет нас смерть, в том предстанем мы и на суд. Но когда придет смерть наша, никто того сказать нам не может. Может быть, еще минута, и всему конец... и пойдем мы к престолу Божию и услышим приговор, которого уже никто переменить не может.
Такое рассуждение противопоставим лукавому врагу, который мыслию об отдаленности суда Божия покушается затмить в уме нашем картину сего суда и тем расслабить ревность нашу.
И в самом деле, что пользы за горы отдалять время Страшного Суда, когда смерть, не меньше его грозная и решительная, стоит у нас за плечами?
Покоримся же, как дети послушные, спасительному внушению матери нашей – Церкви! Наполним память нашу картиною суда Божия и не будем отрывать от него своего внимания!» (там же, стр. 167).
Вот – ответ Церкви тем вздорным «умникам», которые не хотят слышать разговоров о кончине миpa, Втором Пришествии Христовом и Страшном Суде, самочинно заявляя, что «не нужно людей понапрасну пугать», что «это, мол, современным людям непонятно» и якобы даже «производит не положительное, а скорее отрицательное действие (?!).