Страница 24 из 32
Епископ Калужский Макарий посетил старца Амвросия, будучи еще молодым священником, не монахом. Старец долго беседовал с ним, а на прощанье подарил книгу о монашеской жизни. Впоследствии епископ рассказывал: «Я подумал: зачем мне дали книгу о монашестве, когда я не монах? Старец тоже сказал: «Зачем же я даю вам эту книгу? Вам нужно нечто другое». Но потом он посмотрел на меня внимательно и сказал: «Нет, все так должно быть». Через несколько лет умерла моя жена, и я поступил в монастырь. Теперь я уже епископ, но храню эту книгу как благословение старца, предсказавшего мне мою жизнь».
В Оптиной был такой случай. Там жил молодой иеромонах Палладий. Он совершил воскресную литургию и пошел, совершенно здоровый, в свою келью. Вдруг приходит к нему келейник старца и говорит, что отец Амвросий велел ему постричься в схиму и читать канон на исход души. Удивленный иеромонах ответил, что он совершенно здоров. Через несколько дней старец опять послал келейника с тем же повелением. И так три раза. На четвертый раз иеромонах испытал удар, сделался парализованным и умер после прочтения отходной.
Известный русский писатель и философ Константин Леонтьев, оставив свою дипломатическую карьеру, поселился в домике, который построил в Оптиной пустыни. Пятнадцать лет жил он здесь, постоянно общаясь со старцем Амвросием. Осенью 1891 г. Леонтьев захотел поехать в Троице–Сергиеву лавру, чтобы там постричься. Он пришел к старцу Амвросию, желая проститься с ним и испросить благословения на монашескую жизнь. Старец, благословляя его, сказал: «Ну, мы скоро увидимся». Леонтьев не придал этим словам особенного значения. Но когда он три месяца спустя получил сообщение, что старец Амвросий умер, то почувствовал, что и его смерть приблизилась. Действительно, через месяц он заболел воспалением легких и вскоре умер.
У одной монахини заболело горло; врач определил туберкулез горла–и головы и объяснил, что надежды на спасение нет. Монахиня приуныла и пошла
440
к старцу. Старец, послал ее к блиалгжащему колодцу и мелел принести поды. Монахиня исполнила это. Старец иммлек из‑под сиоей подушки три яйца, смешал белок с подою и дал монахине попить, после чего приказал ей вернуться в монастырь и вымыться этой водой. Она все исполнила в точности. После омовения монахиня глубоко заснула и проспала день и ночь. Наутро она почувствовала себя гораздо лучше и вскоре стала совсем здоровой. Врач не мог поверить, что больная выздоровела.
Современники много рассказывали о подобных исцелениях и предсказаниях. Множество душ, считавших себя уже на краю могилы, старец Амвросий спас своей любовью и возвратил на правильный путь. Он учил людей отличать истинное от ложного. Круглый год бесконечные толпы паломников приходили в Оптину, часами ожидая отца Амвросия.
У старца Амвросия мы находим черты, сближающие его с прп. Серафимом Саровским. Оба старца с особой любовью заботились о женских душах. И тот и другой основали недалеко от себя женские монастыри и духовно покровительствовали их насельницам. Это совершенно особая глава в истории русского старчества.
В деревне Шамордино, в пятнадцати километрах от Оптиной пустыни, старец Амвросий с помощью своих почитателей основал женский монастырь, и так появилась в конце 70–х гг. XIX в. обитель Шамордино, посвященная Казанской иконе Божией Матери. Старец сам руководил строительством монастырской церкви, а также приспособлением для нужд монастыря уже существующих строений. Многие часы проводил он в обозрении работ и в соответствующих беседах. Казалось, что старость с ее слабостью и телесными недугами от него отступила. 1 октября 1881 г. церковь наконец была освящена. Монахинь в обитель принимал сам старец с большим вниманием. Год от года укреплялась община нового монастыря, ставшего любимым детищем старца.
Каждое лето старец Амвросий приезжал в Шамордино на много недель и брал на себя руководство своими духовными дочерьми. Из‑за этого среди оптинских монахов и посетителей возникло неудовольствие, так как они часто оставались без общения со старцем. Епархиальный архиерей распорядился, чтобы старец вернулся в Оптину. Он сделал так, как было приказано, но в последующие годы повторилось то же самое. Летом 1891 г. старец Амвросий опять отправился в Шамордино. Целую зиму перед этим он чувствовал себя очень слабым, но в летние месяцы ему стало несколько лучше, а затем слабость возобновилась. Игуменья и монахини Шамордина видели, что старец со дня на день слабеет, и были очень этим обеспокоены. Снова пришло распоряжение епископа, чтобы старец вернулся в Оптину. Но затем пришло письмо, что епархиальный архиерей в ближайшие недели сам приедет в Шамордино. Старец совсем лишился сил. Это были первые дни осени; он простудился и должен был оставаться в постели. Когда монахини спросили его, как надо принять епископа, старец ответил: «Мы ему «аллилуиа» пропоем».
10 октября 1891 г. было последним днем его жизни. Окруженный своими духовными дочерьми, он почил. Епископ по дороге услышал известие о смерти старца и решил сам его отпеть. Был вечер; гроб стоял посреди церкви, построенной старцем Лммросием, монахини пели панихиду, и в ту минуту,
441
когда они, по окончании непорочных, запели «аллилуиа», епископ вошел в церконь. Так исполнилось последнее предсказание старца.
()нтина должна была стать местом упокоения старца Амвросия. Это была впечатляющая картина, когда через луга и леса на руках несли его гроб, сопровождаемый тысячами народа с горящими свечами при пении монахов и монахинь. Поздно вечером прибыл покойный обратно в свою обитель. Его старчество, продолжавшееся 31 год, пришло к концу, но дух его сохранился в Оптиной и в Шамордине неизменным.
Его ученики продолжали его благословенную работу. Еще 30 лет можно было получить здесь духовное наставление, но потом ворота Оптиной пустыни закрылись для аскетической жизни и колокола этого последнего и важнейшего центра русского старчества замолкли.
Со смертью старца Амвросия закончился большой по времени период русского старчества. Кроме старца Амвросия, в различных обителях действовали и другие современные ему старцы. Однако Амвросий занимает первое место между ними. Он оставил множество учеников, которые продолжали его работу.
Прежде всего надо назвать старца Иосифа, воспринявшего духовное руководство сыновьями и дочерьми старца Амвросия. Двадцать лет он действовал в Оптиной как старец, стяжав любовь и внимание всех паломников; он умер в мае 1911 г., похоронен рядом с могилой своего учителя.
Вторым был монах Нектарий. В молодые годы он пришел в Оптину и несколько десятилетий находился под духовным руководством старца Амвросия. Отец Нектарий имел склонность к уединению и молчанию и большую часть времени проводил в делании умной молитвы. Но после смерти старца Иосифа он тоже стал старчествовать. В своем отношении к посетителям он во многом напоминал старца Леонида. Старец Нектарий умер в 1928 г. Еще и теперь можно встретить людей, которые лично с ним встречались и его помнят.
Последним учеником старца Амвросия был монах Анатолий. Много лет наблюдал он келейную жизнь старца Амвросия, затем продолжительное время как старец находился в центре духовной жизни Оптиной. Его любили и уважали. Отец Анатолий жил в келье своего учителя, но последние годы провел не в скиту, а в монастыре. Своим внешним видом и сердечным и внимательным обращением с людьми, своей добродушной улыбкой он напоминал прп. Серафима. Отец Анатолий старчествовал тридцать лет, во времена войн и беспорядков, и умер в 1922 г., когда неистовствующий мир сей разрушил тишину и одиночество оптинского скита. Ученики рассеялись повсюду — далеко от стен своей духовной родины. Они пошли в леса Севера и Сибири, по–новому пройдя аскетический путь своих пращуров.
Снова стена, подобная стене девственных лесов, отделяет беспокойный внешний мир от людей, которые развивают в себе образцы христианских добродетелей, следуя духу их смиренных вождей — русских старцев. Сокрытым остается их христианское делание, и дары любви созревают незримо, пока не наступит время, когда вновь пробудившиеся души осмелятся оставить ужасные, ошибочные пути своей жизни…
442
ГЛАВА V. CВЯТОЙ ПРЕПОДОБНЫЙ СЕРАФИМ САРОВСКИЙ