Страница 37 из 133
И пели святые воины псалом этот во весь путь от темницы до места судилища. На такое зрелище собрался народ всего города.
Предстала сорокочисленная дружина на суд пред Лисием и Агриколаем. Лисий князь, взглянув на святых воинов, сказал:
- Думаю, что эти мужи желают и заслуживают высших чинов.
Потом обратился к ним с такою речью:
- И почести и дары, больше других, вы получите от меня, только покоритесь царскому повелению - принесите жертвы богам. Предоставляется вам свободно избрать одно из двух: или поклониться богам и удостоиться больших наград и почестей, или же, в случае отказа вашего исполнить то, тотчас лишиться воинского звания и подвергнуться мучениям.
На это святой Кандид ответил:
- Возьми от нас не только воинское звание, но и самые тела наши, ибо для нас нет ничего дороже и ничего почётнее Христа Бога нашего.
Тогда надменный князь велел бить святых камнями по устам; святой же Кандид при этом заметил:
- Князь тьмы и рачитель беззакония - начни сам творить то и увидишь отмщение.
Вскипев гневом и скрежеща зубами воевода сказал:
- Злые слуги! - что так нескоро исполняете приказание князя.
Слуги взялись за камни, но когда стали бросать их, то удары наносили не святым, а взаимно себе самим, - друг друга поражали. Видя это, святые мученики еще более укрепились в дерзновении о Господе. Раздраженный князь Лисий сам схватил камень и бросил в одного из святых, но камень этот ударил в лицо Агриколая и сокрушил ему уста. Тогда святой Кирион сказал:
- Борющиеся с нами враги наши изнемогли и посрамились; воистину "меч их войдет в их же сердце, и луки их сокрушатся" (Пс. 36:15).
Воевода же сокрушенными устами произнес:
- Клянусь богами, - им помогает какая-то волшебная сила!
Святой Домн на это ответил:
- А я именем Христа удостоверяю, что не волшебство, а Бог нам помогает и Его сила ваши бесстыдные лица, возглаголавшие неправду на Сына Его, покрыла позором. Не стыдно ли тебе, безумный, чуждый истины, диавольской же преисподней тьмы исполненный, сеятель соблазнов! - Ты, Агриколай, голова злобы диавола, а князь, которой с тобою, хвост его ярости; оба же вы - слуги сатаны. Но если вы еще не уверились в присущей нам силе Божией по началу мучений, которым подвергли нас, то начните другие мучения.
Нашлись, было, среди слуг желающие поддержать посрамленных своих начальников:
- Обезумевшие враги богов наших, - говорили они святым мученикам, - почему вы не хотите принести жертвы им?
Святой Кирион им отвечал:
- Мы Единого Бога почитаем и Иисуса Христа Сына Его и Святого Духа и тщимся дерзновенно совершить наш подвиг, чтобы, победивши вашу лесть, восприять венцы бессмертной жизни.
И повелел князь Лисий опять отвести святых ратоборцев в темницу, чтобы подумать о том, как поступить с ними.
Заключенные в темнице святые воины занялись псалмопением: "К Тебе возвожу очи мои, Живущий на небесах! Вот, как очи рабов обращены на руку господ их, как очи рабы - на руку госпожи ее, так очи наши - к Господу, Богу нашему, доколе Он помилует нас" (Псал. 122:12).
И после молитвы они вторично сподобились ободрения свыше: в шестом часу ночи они услышали голос явившегося Господа:
- "Верующий в Меня, если и умрет, оживет" (Иоан. 11:25). Дерзайте и не бойтесь мук маловременных, вскоре бо прейдут; мало потерпите, законно постраждите, да венцы приимете.
Укрепленные таковым утешением от Христа Бога, святые воины проводили ту ночь веселясь духом.
На следующий день святые ратоборцы опять приведены были к нечестивым судьям и снова, не колеблясь, объявили:
- Делайте с нами, что хотите; мы - христиане и поклониться идолам не согласны.
В это время подле Агриколая виден был, в образе человека держащего в правой руке меч, а в левой - змию, диавол, нашептывавший воеводе:
- Ты мой - подвизайся!
Мучители приказали связать четыредесятицу святых воинов и влечь их к многоводному озеру, которое находилось близ города Севастии. Была же тогда зима и дул сильный ветер при крепком морозе; время клонилось уже к вечеру. Святые воины обнаженные поставлены были среди озера на всю ночь, а для наблюдения за ними приставлена была стража с начальником темницы во главе. Для обольщения же святых ратоборцев была устроена близ озера тёплая баня, манившая к себе осужденных терпеть лютый холод и обещавшая скорую помощь тому из сорокочисленной дружины, кто, изнемогая от мороза, склонился бы к идолослужению и пожелал бы, выбежав из воды, согреться. В первом часу ночи, когда холод достигал крайней лютости, так что тела святых леденели, один из числа четыредесятицы не выдержал подвига и, отделясь от лика святых, побежал в баню; но едва он вступил на порог бани, едва ощутил теплоту, как растаял и пал мёртвый. При виде такого постыдного бегства, святые воины единодушно возопили к Богу: "Разве на реки воспылал, Господи, гнев Твой? разве на реки - негодование Твое, или на море - ярость Твоя" (Аввак. 3:8). - Тот, которой отделился от нас, пролился как вода и кости его рассыпались (Пс.21:15). Мы же не отступим от Тебя; оживи нас и мы будем призывать имя Твое (Пс.36:15)".
- Ты, Которого хвалит вся тварь, Которого прославляют великие рыбы и все бездны, огонь и град, снег и туман и бурный ветер (Пс.79:19), и Который ходил по морю, как по суху (Мф.14:25) и свирепые волны укротил мановением руки (Лк.8:24). Ты, Господи, и ныне Тот же; Ты, внявший мольбам Иакова, бежавшего от угроз брата своего Исава (Быт. гл. 27 и 28); явивший помощь Иосифу и от напасти его избавивший (Быт. гл.39); услышавший Моисея и даровавший ему силу совершить в Египте знамение и чудеса перед фараоном и его приближенными (Исх. гл. 711); разделивший море и изведший народ Свой в пустыню (Исх. гл 14); простиравший руку Твою по молитве святых Апостолов Твоих на исцеление и на соделание знамений и чудес именем Святого Сына Твоего Иисуса (Деян.4:2431; 16:2526), - Ты, Господи, услышь и нас: да не погубит нас пучина водная и да не поглотит глубина, ибо обнищали мы весьма; помоги нам, Боже Спаситель наш, ибо вот мы стоим в воде и ноги наши обагрились в крови нашей; облегчи тягость нашего бремени и лютость воздушную укроти, Господи Боже наш! на Тебя мы уповаем и да не постыдимся. Но да разумеют все, что мы, к Тебе воззвав, спаслись.
В третий час ночи святых мучеников облистал свет как бы летнего солнца во время жатвы, который рассеял холод, растопил лёд и согрел воду. Между тем воины, которым поручен были надзор за святыми, объяты были сном, и не спал только один страж темничный. - Он, слыша, что мученики молятся Богу, размышлял: что такое означает, что прибегший к бане тотчас, как воск, растаял от тепла, а прочие и при столь большом морозе остаются живы и невредимы. Пораженный же светом, озарившим святых мучеников и желая рассмотреть, откуда исходит этот чудный свет, он взглянул вверх и увидел пресветлые венцы, числом тридцать девять, сходящие на главы святых; размышляя же о том, почему нет сорокового венца по числу преданных страданию сорока человек, уразумел он, что бежавший в баню отвержен от лика святых и потому не достает сорокового венца. Немедленно разбудил он спавших воинов, сбросил с себя одежды и нагой на глазах всех побежал в озеро, восклицая: и я христианин. Присоединившись же к сонму святых мучеников, он воззвал к Богу:
- Господи Боже! в Тебя я верую, в Которого и сии веруют; причти меня к числу их и сподоби пострадать с сими рабами Твоими; да буду и я, пройдя подвиг испытания, достоин Тебя, - и стало таким образом опять совершенное число святых мучеников сорок [6]; место отпадшего заступил темничный страж, который стал святым восполнением четвертой десятерицы [7]. Имя его было Аглаий.
При таком дивном восполнении сорокочисленного лика святых мучеников, диавол, видя себя побежденным и посрамленным, приняв вид человека, рыдал, во всеуслышание взывая:
- Увы мне! - побеждён я сими мужами, для всех теперь я - смех и поношение! - Не оказалось у меня ни друзей, ни слуг единодушных, чтобы отстоять мою победу! - Что же наконец остается мне делать? - ничего более как только расположить сердца преданных мне князя и воеводы, - внушить им, чтобы сожжены были тела святых и прах их брошен был в реку, чтобы не осталось после их ничего, никаких останков.