Страница 43 из 44
Взращенный постом во чреве матери, младенец и по рождении как будто требовал от матери поста. И Мария, действительно, стала еще строже поститься: она совсем оставила мясную пищу, и лишь после этого младенец, кроме среды и пятницы, питался молоком матери.
После Варфоломея у Кирилла и Марии родился третий сын Петр. Своих детей супруги воспитывали в Законе Божием, благочестии и целомудрии. Когда пришло время, боярин Кирилл отдал своих сыновей учиться грамоте. В то время на Руси воспитание детей велось в строго церковном духе, на чтении житий святых, под сенью храма Божия. Вся жизнь устроялась по Евангелию Христову, в благочестии и святыне, поэтому и нередко можно было встретить горячее детское благочестие, продолжительные со слезами молитвы, любовь к богослужению, усердное стремление подражать подвигам святых отцов. Обучение грамоте считалось делом священным, так как преподавалось толкование для уразумения Божественных Писаний и Таин Божиих. Школы грамотности учреждались попечениями епископов, которые поставляли только верующих, благочестивых и нравственных учителей. Они были примером для учеников, так как и сами любили Бога, любили закон Божий.
Епископом Ростовским тогда был Прохор, муж учительный и благочестивый. Под его руководством проходило обучение сыновей боярина Кирилла. Стефан и Петр учились успешно, а Варфоломею грамота не давалась, о чем печалились и родители, и отрок. Часто уединялся Варфоломей и проливал горькие слезы о своей неспособности. По ночам он вставал с постели и в горячей молитве испрашивал себе у Бога дар понимания науки. И Господь услышал молитвы святого отрока. Посланный однажды отцом в поле искать лошадей, Варфоломей увидел под дубом молящегося старца-монаха. Ему он высказал свою сердечную скорбь, прося святых молитв о даровании ему способности к учению. Старец, воздев руки, помолился о нем и дал отроку частицу святой просфоры «в знаменование благодати Божией и разумения Святого Писания». Варфоломей, зная, с какой радостью и любовью принимают родители странников и особенно монахов, упросил его посетить их дом.
Приняв благословение от старца, Кирилл и Мария предложили ему радушное угощение. Но гость сказал, что прежде следует вкусить пищи духовной, и направился в моленную, которая раньше имелась в каждом доме благочестивых князей и бояр. Старец дал Варфоломею книгу в руки, хотя тот отговаривался неумением, и велел ему читать псалмы. Произошло чудо: отрок начал читать спокойно и внятно. Родители же и братья его, услышав это, «удивились неожиданному его разуму и мудрости и прославили Бога, давшего ему такую благодать».
Святой гость благословил праведных хозяев и возвестил пророчески, что сын их «будет некогда обителью Пресвятой Троицы и многих приведет за собою к уразумению Божественных заповедей». Благочестивые бояре проводили странника за ворота, и вдруг он стал невидим. Они же, недоумевая, решили, что это ангел послан бы даровать отроку знание грамоты. В трепете возвратились они домой, сохраняя слова небесного посланника в сердцах своих. С Варфоломеем же произошла чудесная перемена: какую бы книгу ни раскрыл он – тотчас же начинал читать ее без всякого затруднения, понимая и смысл прочитанного. «Достоин был даров духовный сей отрок, который от самых пелен Бога познал и Бога полюбил… Он жил, во всем повинуясь своим родителям: старался повеления их исполнять и ни в чем не ослушиваться их, как и Святое Писание говорит: «Чти отца и мать свою и будешь долголетен на земле».
Подрастая, Варфоломей, как и в первые дни своей жизни, по средам и пятницам не вкушал никакой пищи, а в остальные дни питался только хлебом и водой. Он уклонялся от детских игр, шуток, смеха и пустословия, любил храм Божий и чтение священных книг, часто целые ночи проводил без сна в молитве. Видя такие подвиги своего сына, Мария сильно опасалась, что суровый образ жизни может повредить его здоровью, и убеждала сына смягчить строгость поста и своих подвигов. Но юный подвижник со смирением просил ее не отклонять его от воздержания, которое так сладко и полезно для его души. Удивилась мать разумному ответу отрока и более уже не мешала его доброму намерению, тем более, что и здоровье его нисколько не страдало от воздержания и поста.
Благочестивый боярин Кирилл под старость стал терпеть немалую нужду. Частые путешествия со своим князем в Орду, тяжелые дани и непосильные подарки ордынским вельможам, без чего не обходились эти путешествия, жестокий голод, и больше всего, как говорит преподобный Епифаний, «великая рать», или нашествие Туралыково в 1327 году, все это вместе отозвалось крайне неблагоприятно на его состоянии и довело его почти до нищеты. Земля Ростовская истощена была частыми набегами татар, а неурожайные годы вконец довершили оскудение. Многие ростовские жители стали покидать родные места, в числе их переселился и боярин Кирилл со всем своим семейством. По Промыслу Божию, семейство переехало в почти неизвестный тогда край, в село Радонеж, и поселилось там близ церкви Рождества Христова.
По обычаю того времени, Кирилл должен было получить поместье, но сам он, по старости, уже не мог нести службы, и потому обязанность эту принял на себя старший сын его Стефан, который, вероятно еще в Ростове, женился. Младший из сыновей Кирилла Петр также избрал супружескую жизнь, Варфоломей же, всей душой стремился к жизни подвижнической. «Отпусти меня, батюшка, с благословением, – говорил он, – и я пойду в монастырь». «Помедли чадо, – отвечал ему на это отец, – сам видишь, мы стары и немощны, послужить нам некому. У братьев твоих немало забот о своих семьях. Мы радуемся, что ты печешься, как угодить Господу Богу. Это намерение благое. Только послужи нам немного, проводи нас в могилу, тогда и иди с Богом в обитель святую». Так отвечал ему святой Кирилл, указывая на старость свою и своей супруги, а втайне, вероятно, имея в виду молодость сына, тем самым давал ему время еще испытать самого себя и утвердиться в святом намерении.
И благодатный сын повиновался. Он прилагал все свое старание угодить престарелым родителям, чтобы упокоить их старость и заслужить себе их благословение и молитвы. Между тем дух иночества нечувствительно сообщался от сына к родителям. В то время на Руси среди людей всех сословий был распространен благочестивый обычай принимать под старость монашество, чтобы приуготовить и очистить душу свою для жизни вечной. Последовали этому обычаю и праведные супруги.
В трех верстах от Радонежа находился Покровский Хотьков монастырь, который при недостатке монастырей в Московском княжестве в то время был обителью и старцев и стариц. Здесь, приняв сначала монашеский постриг, а затем схиму, преподобные Кирилл и Мария в непрестанной молитве и богомыслии проводили последние годы своей жизни. Есть предположение, что перед смертью они благословили Варфоломея на иноческий подвиг двумя иконами: Божией Матери Одигитрии и святителя чудотворца Николая.
Почти в то же время произошла важная перемена и в жизни их старшего сына Стефана. Жена его Анна умерла, оставив ему двух сыновей – Климента и Иоанна. Похоронив супругу в Покровском монастыре, Стефан не пожелал уже возвращаться в мир, но остался в Хотькове, чтобы принять монашество и вместе с тем послужить своим немощным родителям. Отягощенные болезнями и старостью схимники-бояре не долго подвизались в своем новом звании. Около 1337 года они с миром отошли к Господу. Дети почтили их слезами сыновней любви и похоронили под сенью той же Покровской обители, которая с того времени сделалась последним приютом и усыпальницей рода Сергиева. Здесь же впоследствии был погребен и младший сын преподобных Кирилла и Марии – Петр с супругой Екатериной.
Отдавая последний долг, Варфоломей неотлучно провел в Хотьковом монастыре сорок дней, поминая новопреставленных родителей на Литургии и панихидах. Помня о их страннолюбии, он все эти дни кормили нищих и раздавал милостыню. Благодатная радость, которой наполнилось сердце юноши после молитв о родителях, свидетельствовала о том, что их праведная жизнь была угодна Богу. Оставшееся наследство поручил он младшему брату Петру, а сам с родительским благословением – моленными иконами и книгами – решил искать пустынного жития.
Он уговорил старшего брата инока Стефана идти вместе с ним. Подражая древним подвижникам, они поселились в дремучем лесу на горе Маковец, поставили крест, построили церковь и келию. По благословению митрополита Феогноста церковь была освящена во имя Живоначальной Троицы в 1340 году.