Страница 39 из 55
У начавшего внутри туман, как от испарений смрадных, от страстей и... из испорченных сил. Он есть у всякого, более или менее густой, судя по предшествовавшей испорченности. В тумане же этом как хорошо и верно различать предметы? Блуждающему в тумане нередко и малый ряд травяников кажется лесом или деревнею, так и начавшему в духовной деятельности неизбежно видится многое там, где ничего нет на самом деле. Вразумить и разъяснить, в чем дело, может уже только опытный глаз (68, с. 196).
Руководитель у вас есть ваш духовный отец. Его Бог вам дал; к нему и обращайтесь, и его во всем слушайтесь. Рад вашему ему послушанию, Бог по вере вашей будет внушать ему, что для вас наиболее пригодно... Его слово заповедь, а мое совет (1, п. 132, с. 139).
Руководитель столб на дороге, а дорогу проходить надо всякому самому, и тоже смотреть и под ноги и по сторонам. Старец Паисий Величковский... всю жизнь искал руководителя и не нашел. Но жил вдвоем-втроем, и взаимным советом руководились (1, п. 188, с. 222).
Не всякий истинный отец для всякого ученика и не всякий истинный ученик для всякого отца (50, с. 23).
Обращаться за советами то туда, то сюда неодобрительно. Всем советник, Богом определенный, духовник, которым обычно бывает приходской священник (3, п. 370, с. 3).
Просите прощения всех грехов. Это благо для вас изречет ваш духовный отец. Рассмотрите всю жизнь свою, проверьте для себя все грехи свои, по указанию заповедей и чистосердечно исповедайте их духовному отцу, с сокрушением и слезами и обетом вперед удерживаться от всякого греха, большого и малого... (3, п. 371, с. 4).
Решайте все с духовным своим отцом и попросите его быть к вам строгим. Это вам заповедь неотложная (3, п. 371, с. 5).
Духовник скорее может быть руководителем. И его лучше не переменять (3, п. 489, с. 157 158).
Духовного отца своего не судите строго, не зная, наверно, почему он так невнимательно к вам держал себя (4, п. 694, с. 153).
...Не переменяйте духовника... Хоть бы он лежал на смертном одре и был в памяти... и тогда можно исповедываться и исповедание сие ни на йоту не теряет силы своей. Когда сам он не отказывается, зачем отходить от него. Поговорить? Да уж, чай, все десять раз переговорили... Теперь уж как вам, так и ему довольно по одному слову сказать. Так вы знаете друг друга. Когда же окажется нужда поговорить, тогда он не откажется сказать должное, хоть с роздыхом (1, п. 50, с. 47).
Если есть у вас там доверенное лицо духовное, лучше всего духовник, то поверяйте ему все в вас происходящее или все изменения в сознании и сердце, чтоб не прокрался враг, одевшись в светлую призрачную одежду. Чужой ум лучше разсудит... и укажет куда метит враг... и избавит от беды.., а свой может увлечься и ступить на не правую стезю (4, п. 697, с. 158).
Вы духовник. Купите нож острый-острый, положите его у себя перед глазами, и почаще посматривайте на него, приводя всегда на память закон, по коему духовнику положено отсекать язык, если он откроет кому исповедуемые ему грехи, или каким-либо намеком даст догадаться о них. Я имею основание думать, духовники исполняют это... Не помнят такие, какое от сего зло, т. е. от того, если распространится мысль, что духовники не скромны: исповеди пойдут не полные, а там и совсем прекратятся (5, п. 916, с. 198).
Что вы не смотрите сурово на исповедующихся, это ничего, это> в порядке. Но шуточного в обращении ничего не допускайте... Будьте радушны, приветливы и словом, и взглядом, и обхождением... но без шуток. Иначе они подумают, что даете поблажку. Любите учеников своих, так должно. Но нет ли плотской любви? Сами смотрите... и не допускайте ей быть. Кажется, это различить не совсем трудно. Что вечером отворенною имеете дверь для имеющих нужду в вашем слове, это хорошо. Я слышал, что в Оптиной Пустыни духовник подолгу двери не затворяет... и к нему прибегают иногда в полночь. Те послушники, что почти каждый день ходят, если приходят по духовным нуждам пусть ходят. Но говорите с ними всегда только о духовных вещах и, сказав должное, отпускайте. Оставшись сами, Богу исповедуйтесь во всем, и испрашивайте Его вразумления на всякие случаи (5, п. 924, с. 208).
...Можно ли переменить духовника? Кабинетно отвечаю: кто же вяжет? Дело это дело совести; пред кем раскрывается душа, к тому и иди всяк. Видите, какое скорое и гладкое решение! А на деле может быть встретятся препятствия, тоже совестные, и не малые. Не перепрыгнешь, как ни разбегайся. Духовник многолетний брошен. Ведь этого не утаишь?! А заметивши, он почувствует, что его бьют по ланитам. Чья совесть потерпит это? Стало быть и о перемене нечего помышлять. Спрашивается: как же быть? Другой слаще говорит и душа к нему льнет. Вот этого-то я и не умею решить. Разве вот как? Отделить духовника от советника. Тот, кто получше говорит, пусть будет советник; а духовник духовником. Сами извольте это дело порешить (4, 751, 247).
Правду говорит Н., что ныне нет настоящих руководителей. Однако ж с одним Писанием и отеческими уроками оставаться не следует. Необходимо вопрошение. Паисий Нямецкий так решил: два или три единомысленных пусть составят союз, и друг друга руководят или друг друга вопрошают, ведя жизнь во взаимном послушании, со страхом Божиим и молитвою, в умеренной строгости аскетической (5, п. 917, с. 200).
...Тот духовный отец есть губитель души и убийца, который гасит дух ревности различными послаблениями или индульгенциями, или успокоивает и усыпляет стоящих в охлаждении, ибо один путь тесный и прискорбный (68, с. 265).
УЧЕНИЕ О МОЛИТВЕ
1. Молитва дыхание духа
Дело молитвы есть первое дело в христианской жизни. Молитва дыхание духа. Есть молитва, живет дух; нет молитвы, нет жизни в духе. Стоять перед иконою и класть поклоны не есть еще молитва, а только принадлежность молитвы; читать молитвы, на память, или по книжке, или слушать их не есть еще молитва, а только орудие молитвы или способ обнаружения и возбуждения ее. Сама молитва есть возникновение в сердце нашем одного за другим благоговейных чувств к Богу, чувства самоуничижения, преданности, благодарения, славословия, прошения, сокрушения, покорности воле Божией, усердного припадания и прочее. Вся наша забота здесь должна быть о том, чтобы во время нашей молитвы, эти и подобные чувства наполняли душу нашу, чтобы сердце не было пусто. Когда есть в нем все эти чувства, или какое-либо одно из них, устремленное к Богу, то молитвословие наше есть молитва, а когда нет, оно не есть еще молитва. Молитву, или устремление сердца к Богу, нужно возбудить и возбужденную укрепить, или что тоже, нужно воспитать в себе молитвенный дух. Первый способ к этому есть читательное, или слушательное наше молитвословие. Читай или слушай, как следует, молитвословие и непременно возбудишь и укрепишь восхождение в сердце твоем к Богу, т.е. войдешь в молитвенный дух.
В молитвах святых отцев движется великая молитвенная сила, и кто всем вниманием и усердием проникает в них, тот в силу закона взаимодействия непременно вкусит молитвенной силы, по мере сближения настроения своего с содержанием молитвы. Чтобы наше молитвословие сделать нам действительным средством к воспитанию молитвы, необходимо совершать его так, чтобы и мысль и сердце воспринимали содержание молитв, составляющих молитвословие. Вот для этого три самых простых приема: не приступай к молитвословию без должного приготовления, не совершай его кое-как, а со вниманием и чувством, и не тотчас по окончании молитв переходи к обычным занятиям.
1) Приготовление к молитвословию Приступая к молитвословию, когда бы то ни было, постой немного, или посиди, или походи и потрудись в это время отрезвить мысль, отвлекши ее от всех земных дел и предметов. Затем помысли, кто Тот, к Кому обратишься ты в молитве, и кто ты, имеющий начать теперь это молитвенное к Нему обращение, и возбуди в душе своей соответственное тому настроение самоуничиженного и проникнутого благоговейным страхом предстояния Богу в сердце. В этом все малое, но не малозначительное, приготовление благоговейно стать пред Богом в сердце. Здесь начало молитвы, а доброе начало половина дела.