Страница 38 из 69
какая-нибудь часть, потому что труженики, подобные Иванову, могут случиться на
всех поприщах, и все-таки не нужно допустить, чтобы они умерли с голоду. Если
случится, что один, отделившись от всех других, займется крепче всех своим
делом, хотя бы даже и своим собственным, но если он скажет, что это,
по-видимому, собственное его дело будет нужно для всех, считайте его как бы на
службе и выдавайте насущное прокормление. А чтобы удостовериться, нет ли здесь
какого обмана, потому что под таким видом может пробраться ленивый и ничего не
делающий человек, следите за его собственной жизнью; его собственная жизнь
скажет все. Если он так же, как Иванов, плюнул на все приличия и условия
светские, надел простую куртку и, отогнавши от себя мысль не только об
удовольствиях и пирушках, но даже мысль завестись когда-либо женою и семейством
или каким-либо хозяйством, ведет жизнь истинно монашескую, корпя день и ночь
над своей работой и молясь ежеминутно, — тогда нечего долго рассуждать, а нужно
дать ему средства работать, незачем также торопить и подталкивать его —
оставьте его в покое: подтолкнет его Бог без вас; ваше дело только смотреть за
тем, чтобы он не умер с голода. Не давайте ему большого содержания; дайте ему
бедное и нищенское даже, и не соблазняйте его соблазнами света. Есть люди,
которые должны век остаться нищими. Нищенство есть блаженство, которого еще не
раскусил свет. Но кого Бог удостоил отведать его сладость и кто уже возлюбил
истинно свою нищенскую сумку, тот не продаст ее ни за какие сокровища здешнего
мира.
1846
XXIV
Чем может быть жена для мужа в простом домашнем быту, при нынешнем порядке
вещей в России[145]
Долго думал я, на кого из вас напасть: на вас или на вашего мужа? Наконец
решаюсь напасть на вас: женщина скорей способна очнуться и двинуться.
Положенье вас обоих, хотя вы считаете себя на верху блаженства, по мне, не
только не блаженно, но даже хуже положения тех, которые считают себя в горе и
несчастии. У вас обоих есть много хороших качеств душевных, сердечных и даже
умственных, и нет только того, без чего все это ни к чему не послужит: нет
внутри себя управленья собою. Никто из вас не господин себе. В вас нет
характера, признавая характером крепость воли. Ваш муж,
чувствуя этот недостаток в себе, женился нарочно затем, чтобы найти в жене себе
возбужденье на всякое дело и подвиг. Вы за него вышли замуж затем, чтобы он был
вашим возбудителем во всяком деле жизни. Оба друг от друга ждут того, чего нет
у обоих. Говорю вам: положенье ваше не только не блаженно, но даже опасно. Вы
оба расплыветесь и распуститесь среди жизни, как мыло в воде; все ваши
достоинства и добрые качества исчезнут в беспорядке действий, который один
сделается вашим характером, и станете вы оба — олицетворенное бессилие. Молите
Бога о крепости. У Бога можно все вымолить, даже и
крепость, которую, как известно, никакими средствами не может достать
бессильный и слабый человек. Поступите только умно. «Молись и к берегу
гребись», — говорит пословица. Произносите в себе и поутру, и в полдень, и
ввечеру, и во все часы дня: «Боже, собери меня всю в самое меня и укрепи!» — и
действуйте в продолженье целого года так, как я вам сейчас скажу, не рассуждая
покуда, зачем и к чему это. Всю хозяйственную часть дома возьмите на себя;
приход и расход чтобы был в ваших руках[146].
Не ведите общей расходной книги, но с самого начала года сделайте смету всему
вперед, обнимите все нужды ваши, сообразите вперед, сколько можете и сколько вы
должны издержать в год, сообразно вашему достатку, и все приведите в круглые
суммы. Разделите ваши деньги на семь почти равных куч. В первой куче будут
деньги на квартиру, с отопкою, водой, дровами и всем, что ни относится до стен
дома и чистоты двора. Во второй куче — деньги на стол и на все съестное с
жалованьем повару и продовольствием всего, что ни живет в вашем доме. В третьей
куче — экипаж: карета, кучер, лошади, сено, овес, словом — все, что относится к
этой части. В четвертой куче — деньги на гардероб, то есть все, что нужно для
вас обоих затем, чтобы показаться в свет или сидеть дома. В пятой куче будут
ваши карманные деньги. В шестой куче — деньги на чрезвычайные издержки, какие
могут встретиться: перемена мебели, покупка нового экипажа и даже
вспомоществование кому-нибудь из ваших родственников, если бы он возымел
внезапную надобность. Седьмая куча — Богу, то есть деньги на церковь и на
бедных. Сделайте так, чтобы эти семь куч пребывали у вас несмешанными, как бы
семь отдельных министерств. Ведите расход каждой особо, и ни под каким
предлогом не занимайте из одной кучи в другую. Какие ни представлялись бы вам в
это время выгодные покупки и как бы ни соблазняли они вас своею дешевизною, не
покупайте. На это можете отважиться потом, когда побольше укрепитесь. А теперь
не позабывайте ни на миг, что все это вами делается для покупки твердого
характера, а эта покупка покамест для вас нужнее всякой другой покупки, и
потому будьте в этом упрямы. Просите Бога об упрямстве. Даже и тогда, если бы
оказалась надобность помочь бедному, вы не можете употребить на это больше
того, сколько находится в определенной на то куче.
Если вы будете держать это в
голове своей беспрестанно, то вы никогда не заедете без надобности сильной в
магазин и не купите себе неожиданно для себя самой какое-нибудь украшенье для
камина или стола, на что так падки у нас как дамы, так и мужчины (последние еще
больше и суть не женщины, а бабы). Ваши прихоти будут невольно и
нечувствительно сжиматься, и дойдет наконец до того, что вы почувствуете сами,
что вам не нужно иметь больше одной кареты и пары лошадей, больше четырех блюд
за столом, что званый обед может также насытить людей и на простом сервизе, с
прибавкой одного лишнего блюда да бутылки вина, разнесенного без всяких
тонкостей в простых рюмках. Вы даже не только не сгорите от стыда, если пойдет
по городу слух, что у вас не comme il faut[147], но еще посмеетесь тому сами, уверившись истинно, что
настоящее comme il faut есть то, которое требует от человека Тот Самый, Который
создал его, а не тот, который приводит в систему обеды, даже и не тот, который
сочиняет всякий день меняющиеся этикеты, даже и не сама мадам Сихлер[148]. Заведите для всякой денежной кучи
особенную книгу, подводите итог всякой куче каждый месяц и перечитывайте в
последний день месяца все вместе, сравнивая всякую вещь одну с другою, чтобы
уметь узнавать, во сколько раз одна нужнее другой, чтобы видеть ясно, от какой
прежде нужно отказаться в случае необходимости, чтобы научиться мудрости
постигать, что из нужного есть самое нужнейшее.
Держитесь этого строго в продолжение целого года. Крепитесь и будьте упрямы,
и во все это время молитесь Богу, чтобы укрепил вас. И вы окрепнете непременно.
Важно то, чтобы в человеке хотя что-нибудь окрепнуло и стало непреложным; от
этого невольно установится порядок и во всем прочем. Укрепясь в деле
вещественного порядка, вы укрепитесь нечувствительно в деле душевного порядка.
Распределите ваше время; положите всему непременные часы. Не оставайтесь поутру
с вашим мужем; гоните его на должность в его департамент, ежеминутно напоминая
ему о том, что он весь должен принадлежать общему делу и хозяйству всего
государства (а его собственное хозяйство не его забота: оно должно лежать на
вас, а не на нем), что он женился именно затем, чтобы, освободя себя от мелких
забот, всего отдать отчизне, и жена дана ему не на помеху службе, но в
укрепленье его на службе. Чтобы все утро вы работали порознь, каждый на своем
поприще, и через то встретились бы весело перед обедом и обрадовались бы так
друг другу, как бы несколько лет не видались, чтобы вам было что пересказать
друг другу и не попотчевал бы один другого зевотой. Расскажите ему все, что вы
делали в вашем доме и домашнем хозяйстве, и пусть он расскажет вам все, что
производил в департаменте своем для общего хозяйства. Вы должны знать
непременно существо его должности, и в чем состоит его часть, и какие дела
случилось ему вершить в тот день, и в чем именно они состояли. Не пренебрегайте
этим и помните, что жена должна быть помощницей мужа. Если только в течение
одного года вы будете внимательно выслушивать от него все, то на другой год
будете в силах подать ему даже совет, будете знать, как ободрить его при