Страница 44 из 72
Как раньше бывало? Когда, скажем, преподобный Герман Аляскинский, равноапостольный, приехал на Аляску, там вообще все были язычники. Однако своей праведной жизнью, своим мудрым словом он обратил их сердца к православной вере. Святой равноапостольный Николай Японский действовал таким же образом. И сейчас пастырь на приходе - это миссионер, особенно если приход сложился в таком месте, где храма раньше никогда не было, или, скажем, пятьдесят лет уже нет.
И, конечно, пастырь должен прежде всего привести людей к православию и к жизни по Евангелию. Одно из другого следует, одно с другим соединено очень тесно и органично: насколько человек правильно верует в Бога, право верует, настолько он правильно и живет. И человек, живущий правильно, по Евангелию, обязательно будет иметь именно православную веру, потому что настоящее глубокое знание о православии, о догматах дается благодатью Духа Святаго, а благодать стяжается жизнью по Евангелию. Поэтому немощных людей, которые всегда есть в приходе, нужно постепенно приводить к настоящей православной вере, сначала давая им, как младенцам, молочко, а потом постепенно предлагая твердую пищу.
- Значит ли это, что основной костяк духовных людей на приходе, хотя и полезен, но не является необходимостью для создания приходской общины?
- Скажем так: он очень желателен. Когда я попал на приход и был назначен настоятелем, то прежде всего постарался собрать такой костяк. Слава Богу, были люди, с которыми я общался уже много лет, которые обращались ко мне еще тогда, когда я был насельником святой обители. И на приход я пришел уже не один. Я привел с собой сотрудников, которые мне стали сразу же очень деятельно помогать. Если бы не они, конечно, храм поднять не удалось бы. А потом один за другим приходили люди. Они и сейчас приходят, приход умножается. И теперь я не единственный пастырь на приходе: нас уже трое, и еще помогает один батюшка. У каждого свои духовные чада, у каждого свои взгляды. Я считаю, что в общем, самое важное у нас есть: это "единство в главном, свобода во второстепенном, любовь во всем". И между нами, и между всеми нашими духовными чадами очень мирные отношения. Немыслимо, чтобы в нашем храме кто-то начал ссориться, ругаться, спорить. А главное, что в целом все мы имеем православные взгляды и во всем, что касается главного в духовной жизни, мы согласны между собой.
- А что можно посоветовать батюшке, который попал на новый, только что открытый приход, и которому негде взять таких сотрудников?
- Если бы меня сейчас отправили в какую-то деревню совершенно одного, я бы, наверное, поступил так, как преподобный Георгий Косовский: я пришел бы и начал служить молебны, Литургии, службы. Со временем, я думаю, Господь послал бы людей, которые просто пришли бы молиться в храм. Без промысла Божия не открывается ни один храм. Святой праведный Иоанн Кронштадтский говорил, что если в каком-то месте есть храм, значит там есть пять праведников. Поэтому если Господь считает нужным где-то открыть храм или святую обитель, значит в этом месте есть достойные люди, для которых этот храм и открывается. И дело пастыря - этих людей привлечь. Может быть, они пока еще нецерковные, но Господь-то их знает заранее, и, конечно, они придут туда, где творится молитва к Богу. Со временем, конечно, у них будут возникать какие-то вопросы
. Надо терпеливо выслушивать и отвечать людям на эти вопросы, совершать требы. То есть в основу я все-таки положил бы молитвенную жизнь.
Я не пошел бы искать благотворителей, я стал бы молиться. А остальное, я думаю, Господь устроил бы: и благотворителей привел бы, и прихожан привел бы, и костяк прихода из них Сам собрал бы. И постепенно слово Божие росло бы, ширилось, Церковь Божия распространялась бы в пределах этого селения. Думаю, что именно так надо поступать.
Когда люди соберутся, тогда уже можно начинать делать что-то серьезное: приют открыть, какую-то благотворительную, просветительскую деятельность начать, потому что самое главное богатство прихода - это люди. Нужно сделать все, чтобы этих людей собрать, привлечь и составить из них настоящую приходскую общину.
- Должен ли настоятель предпринимать для этого какие-то сознательные действия , или все должно складываться естественным путем и нужно дать место Богу, чтобы Господь Сам действовал?
- Если священник ударится в популизм, что, к сожалению, иногда бывает, то вокруг него соберутся люди, привлеченные именно внешней стороной, оберткой, и духовные отношения между ними не сложатся.
Прежде всего пастырь сам должен быть духовен, то есть быть причастен благодати Духа Святаго. Причем есть объективная благодать, которую пастырь получает в Таинстве хиротонии, а есть та благодать, которую пастырь стяжает своей праведной жизнью, своим жительством по евангельским заповедям. В праведном пастыре все это соединено вместе, личность пастыря неотделима от священства, это всегда нечто единое. Если же пастырь недостоин своего высокого служения, то в нем попирается священство, в нем оскорбляется Божия благодать, хотя Таинства, которые он совершает, все же совершаются.
Если пастырь высокодуховен: смиренен, кроток, мудр, любвеобилен, - то обязательно найдутся люди, в которых его любовь зажжет ответную искорку. Его пример праведной жизни породит желание ревностно ему последовать, его смиренное слово и поведение покажутся достойными подражания, и всегда вокруг него соберутся люди, может быть даже, живущие далеко от этого храма. Нередко бывает так, что пастырь служит где-то далеко, в "медвежьем уголке", в какой-нибудь деревне, а прихожане к нему приезжают из больших городов, из Москвы и Санкт-Петербурга. Приезжают, живут подолгу, считают для себя полезным такое общение и составляют таким образом общину этого пастыря. Это вполне естественно.
Поэтому, думаю, что пастырь должен быть самим собой. Во-первых, он должен быть молитвенником и, во-вторых - любящим отцом для своих прихожан и слугой для их духовных нужд, и не только духовных, но и телесных. И если в основу общины будет положена такая жертвенная любовь пастыря, эта община обязательно будет крепка.
Как стать членом общины?
Допустим человек пришел в храм и увидел при нем такую общину, может быть, даже духовную семью. Что он должен делать, чтобы стать ее членом? И какие его качества могут ему воспрепятствовать стать членом такой общины?
- Нередко в наш храм приходят люди, которые говорят мне: "Батюшка, что нужно, чтобы быть членом вашей общины? Мне очень понравилось в вашем храме. Что нужно делать, чтобы вы меня приняли?" Я говорю: "Как прихожанин, пожалуйста, ходи, когда у тебя будет желание, время, возможность. Храм открыт для всех ежедневно. А дальше уже жизнь покажет, туда ли ты пришел, тот ли ты человек, тот ли я человек, каким тебе показался".
И человек начинает ходить. И видишь, что он действительно присутствует на всех богослужениях - по праздникам, по воскресным дням. Видишь, что для него дорого все, что связано с храмом, он старается остаться, помочь, предлагает свои услуги: полы помыть, что-то сделать. То есть человек счастьем считает для себя чем-то помочь храму. А бывает, что человек после нескольких таких посещений уходит. Видно, здесь не поняли, не оценили, не приняли его, и он идет в другой храм. Ну что ж, вольному воля: может быть, он какие-то недостатки у нас увидел. Конечно, они есть у каждого человека, в каждой общине.
А тот, кто начинает сам постепенно проявлять ини-циативу, по делам которого видно, что он действительно стремится войти в жизнь общины, тот таким образом вполне органично входит в нее. Все совершается само собой: человек становится членом прихода, то есть нужным этому храму. Его труд, сама его личность делаются необходимыми. Постепенно он знакомится со всеми и становится членом этой семьи.
Наша община так и создалась. Я не вывешивал никаких объявлений, люди сами приходили, оставались, и годами пребывают при этом храме, причем приезжают порой из отдаленных концов Москвы.
- Какими принципами Вы руководствуетесь, когда отбираете людей в качестве духовных чад или, по крайней мере, для приходской общины?