Страница 101 из 120
Да не отпадем мы от отеческого благоволения, да не отвергнем наследие отца небесного, печать и знак родства с ним, чтобы не случилось нам отринуть и сыноположение, и благоволение, и учение его, чтобы не отпасть от обетованной жизни и не быть извергнутыми из духовного чертога, чтобы не услышать от самого начальника мира: «Не знаю вас, идите прочь от меня, виновники ненависти, вражды, соблазнов» [563]. Да не услышим таких слов от него, который, чтобы избавить нас от этого, послал мир через своих святых учеников и апостолов. Они ведь ставят этот мир превыше всего и свои проповеди и писания начинают со слов «Мир и милость вам от бога». Вот и мы, исполнители их служения, пришли возвестить вам этот мир и вместе с Павлом говорим: «Мир храните со всеми и святыню, без которых никто не увидит господа» [564]. Если никто, не имея мира со всеми, не увидит бога, то разве сможет узреть его и в будущем веке тот, кто не хранит мира с соотечественниками? Не он ли услышит тогда: «Да истребится нечестивый, чтобы не видеть ему славы господней»? [565]. Никто из вас да не услышит этот голос проклятия! Собранные воедино, примиренные в мире и любви и согласии, сохраняйте бога среди вас и сладостное его обетование — господа нашего Иисуса Христа, который облегчает нам тяготы здешней жизни и во время благоприятное дарует вечную жизнь, славу и царство.
Эту вечную жизнь все мы да сподобимся получить милостию и человеколюбием мироподателя господа нашего Иисуса Христа, ему же подобает слава, честь и поклонение со безначальным его отцом и животворящим его духом ныне и всегда и во веки веков, аминь.
ГОМИЛИЯ 35 [566] [567]
Пророк Исайя провозвестил о Евангелии: «Господь пошлет на землю слово усеченное» [568]. «Усеченное» — это слово, которое объемлет большую мысль в немногих изречениях. Итак, рассмотрим сегодня снова и те евангельские речения, которые мы уже рассматривали, и те, которые еще остались, чтобы напитались мы заключенным в них чистым смыслом и стали всецело причастны божественному вдохновению.
«В то же время берет Иисус Петра, Иакова и Иоанна и их одних возводит на высокую гору, там он преображается перед ними, и лицо его стало светлым, как солнце» [569]. «Вот наступило время благоприятное, вот пришел день спасения» [570], братья, день божественный, новый, вечный, не измеряемый промежутками, не растущий, не убывающий, не ведающий ночи. Это день «солнца правды», день, когда не бывает перемен и затмений. С этого дня, когда он благоволением отца и содействием святого духа из человеколюбия озарил нас и вывел из мрака в дивный свой свет, он все время сияет у нас над головой, он — солнце незаходимое. Он — солнце правды и истины, не являет себя и не дает себя познать тому, кто идет путем лжи, кто возвещает неправду и творит ее, нет, он открывает и вверяет себя озарением света. В Писании говорится об этом: «Свет взошел для праведника и супруга его — радость» [571]. Богу воспевает такую песнь пророк–псалмопевец: «Фавор и Ермон о имени твоем будут ликовать» [572] и тем изображает радость, которую получили позже очевидцы этого сияния. А Исайя говорит: «Расторгни всякие узы неправды, порви путы насильственных сделок и всякую неправую запись изгладь» [573]. Что же наступит потом? — «Тогда взойдет заря для тебя и принесет тебе исцеления, и пойдет пред тобой правда твоя, и осенит тебя божественная слава».
И дальше: «Если не будешь никого связывать, не будешь поднимать перста и роптать, если от всего сердца дашь хлеба голодному и напитаешь униженного, тогда свет твой взойдет из тьмы, и мрак для тебя станет, как полдень». Ведь тех, кому явно светит это солнце, он и самих делает солнцами, сказано ведь: «Просияют праведники, как солнце, в царстве своего отца» [574].
«Итак, братья, отвергнем дела тьмы и станем творить дела света», чтобы не только ходить благообразно, как в тот день, но и стать сынами дня. Идемте, поднимемся на гору, где Христос просиял, чтобы увидеть, что там было. Нет, со временем само божественное слово возведет нас туда, когда мы станем достойны этого дня. А теперь, молю вас, напрягите и устремите око вашего разума к свету евангельской проповеди, чтобы преобразиться вам сразу «обновлением ума вашего» и привлекши свыше на себя божественное сияние стать подобными «подобию славы господа», чье лицо сегодня просияло на горе, как солнце. Что значит, «как солнце»? Было время, когда этот солнечный свет не был заключен в шаре, как в сосуде. Ведь свет перворожден, а шар создан в четвертый день творения [575] тем, кто произвел все. Он соединил с шаром свет и тем образовал светило, дарующее день и днем сияющее. Точно так же и божественный свет существовал прежде, чем он, словно в сосуде, находился в теле Христовом. Свет этот предвечный, а тот прибавок, который от нас воспринял сын божий, был произведен позже, ради нас; восприняв в себя полноту божества, он (прибавок. — T. М.) явился светилом боготворящим и богосветлым. Лицо Христа просияло, как солнце, а одежда его стала бела, как снег. Марк говорит: «светлая и очень белая, как снег, как на земле не может выбелить белильщик» [576].
Итак, и тело Христово, которому поклонялись, и одежду его освещал один и тот же свет, но неодинаково: лицо стало сияющим, как солнце, а одежда — светлой от соприкосновения с телом. Этим он показал, каким будет одеяние славы, в которое оденутся те, кто в будущем веке будут пребывать рядом с богом, какова та одежда безгрешности, лишившись которой за свое преступление, Адам увидал свою наготу и устыдился [577]…
ГЛАВЫ ФИЗИЧЕСКИЕ, ТЕОЛОГИЧЕСКИЕ, ЭТИЧЕСКИЕ И ПРАКТИЧЕСКИЕ [578]
30. Любая разумная и умопостигаемая природа, будь то ангельская или человеческая, сущностью своей имеет жизнь, благодаря которой и пребывает неизменно бессмертной, непричастная гибели. Но та разумная и умопостигаемая природа, которая находится в нас, обладает жизнью не только как сущностью, но и как энергией, потому что животворит соединенное с ней тело и называется поэтому жизнью тела. В этом случае говорится о жизни по отношению к чему–то, и это есть ее (природы. — T. М.) энергия. Ведь о сущности самой по себе нельзя говорить как о том, что существует «по отношению к чему–то». Умопостигаемая же природа ангелов не обладает жизнью как такой энергией, поскольку не получила от бога из земли связанного с собой тела, чтобы иметь силу животворить его. Но и она вмещает в себя противоположности, т. е. зло и добро. И свидетельствуют об этом злые ангелы, отпавшие вследствие превозношения. И ангелы тоже составлены из сущности самой по себе и одного из противоположных качеств: добродетели, разумею я, или порока. Отсюда обнаруживается, что даже они не обладают благом как сущностью.
31. Душа любого бессловесного животного есть жизнь тела, одушевленного ею, и этой жизнью она обладает не как сущностью, а как энергией, как тем, что существует «по отношению к чему–то», а не самостоятельно. Ведь она (душа. — T. М.), очевидно, не обладает ничем, помимо того, что действует посредством тела, поэтому, когда оно уничтожается, то и она неизбежно уничтожается вместе с ним. Ведь она не менее смертна, чем тело, поскольку обо всем, что существует, говорится как о существующем относительно смерти. Вследствие этого она и умирает вместе со смертью [тела].
32. Душа любого человека есть жизнь тела, одушевленного ею, и она обладает животворной энергией по отношению к другому, энергией, которая проявляется по отношению к тому, что ею животворится. Но она обладает жизнью не только как энергией, но и как сущностью, поскольку живет сама по себе. Ведь она зрится как имеющая разумную и умопостигаемую жизнь, явно отличную от жизни тела и того, что производится телом. Поэтому, когда тело уничтожается, она не уничтожается с ним вместе. Кроме того, что не уничтожается, она пребывает еще и бессмертной, потому что не соотносится с чем–то, а имеет жизнь как сущность саму по себе.
33. Разумная и умопостигаемая душа сущностью своею имеет жизнь, но вмещает в себя и противоположности, т. е. зло и добро. Поэтому очевидно, что она обладает добродетелью, равно как и пороком, не как сущностью, а как некиим свойством и бывает расположена и к тому и другому свойству, смотря по тому, какое из них присутствует. [Свойство] присутствует не в каком–то месте, но тогда, когда умопостигаемая душа, получившая свободную волю от своего создателя, внимает себе и желает жить сама по себе. Поэтому и составляет разумную и умопостигаемую душу не та энергия, о которой говорилось. Ведь [энергия], существующая по отношению к чему–то, не способна вступать в соединение. Состоит же [душа] из самой по себе сущности и из одной из тех противоположностей, о которых уже было сказано, я разумею добродетель и порок.