Страница 56 из 56
17
Lev Šestov. Kirkegard i egzistencijalnaja filisofija, Paris, 1939, стр. 18-19.
18
Gabriel Marcel. Erniedrigung des Menschen, Frankfurt, M., 1957, стр. 29-30.
19
Ср. J. F. Angelloz. Rainer Maria Rilke, стр.321-22, 1936.
20
Цит. H.J. Flechtner. Selbstbesinnung der Philosophie, стр. 86, 1941.
21
Н. Бердяев. Философия творчества, культуры и искусства. т.2, стр. 18. М., Искусство. 1994.
22
там же, стр.10. А.Мацейна Бердяева цитирует по книге -- Die Weltanschauung Dostoewskijs, стр.13, 1925.
23
Goethes Faust, стр. 9, 1932.
24
Hölderlin und das Wesen der Dichtung, стр. 11, 1937.
25
там же, стр. 11-12.
26
там же, стр.13
27
Religiöse Gestalten, стр. 112, 1947
28
См. Religiöse Gestalten, стр. 114, 1947 г.
29
Ср. Dostojevskij in Deutschland, стр. 193-194, 1931.
30
Здесь автор хочет высказать свое мнение по поводу имеющейся в легенде критики Западной Церкви. Эта критика выражается не в прямом осуждении деяний Церкви или образа жизни руководящих лиц Церкви, но в личном осуждении учения Христа. Великий инквизитор -- кардинал и монах, представляя Западную Церковь, хочет доказать, что он был последователен, отдаляясь от Христа, ибо Христос провозглашал неосуществимые и непосильные для природы человека законы. Однако, как увидим позже, вся критика инквизитора направленная на учение Христа не имеет под собой никакого основания. Тем самым становится безосновательной и ссылка Достоевского на Западную Церковь как противоречащую Христу. Защита учения Христа в предлагаемом читателю исследовании становится также защитой и Римской Церкви.Вне сомнения, защищая Римскую Церковь, автор отнюдь этим не хочет сказать, что в ней нет пороков, вытекающих из человеческого начала. Однако такие пороки имеются в каждой религиозной общине. Но не эти пороки имеет в виду Достоевский. В своей легенде он хочет раскрыть не обычные человеческие пороки Церкви, но ту «высшую идею Рима», сущность которой составляет удаление от Христа. Однако в действительности, как увидим позже, эта идея является идеей самого Христа. Выстояв перед критикой инквизитора, она тем самым теряет тот смысл, который хотел ей придать Достоевский.
В своей глубинной сущности великий инквизитор не является представителем Римской Церкви. Он -- представительего, то есть духа пустыни; он представитель того начала в человеке, которое не устояло перед тремя искушениями и тем самым отдалилось и от Христа и от Им учрежденной Церкви. Путь инквизитора -- это не принципиальный путь Римской Церкви, но путь человека--атеиста, нигилиста, который идет с духом пустыни, и здесь не имеет никакого значения то, в какой области этот человек себя проявляет.
31
Ср. Die Weltanschauung Dostojevskijs, стр. 1. ("Миросозерцание Достоевского", гл. 1, стр. 9, в книге Н. Бердяев. Философия творчества, культуры и искусства. 1994.
32
Ср.Tolstoi und Dostojevski,, стр. 231. (Д. Мережковский. Толстой и Достоевский.)
33
Ср. Преступление и наказание. стр. 435, М., 1983.
34
Ср. Tolstoi und Dostojevski, стр. 232.
35
Ср. Преступление и наказание. стр.471. М., 1983.
36
Ср. Преступление и наказание. стр. 245-247.
37
Там же, стр. 261.
38
Der Brenner, 7 Folge, 1922, стр.4.
39
Geschichtsphilosophie, стр.592, Hersg. V. N. Hartmann, Berlin, 1942.
40
Ср. Миросозерцание Достоевского. В книге -- Н. Бердяев. Философия творчества, культуры и искусства. стр.38. М., 1994.
41
Ф.Ницше. Так говорил Заратустра. Стр.10, М., 1990
42
Der Her, стр. 621, Würzburg, 1937.
43
Religiöse Gestalten. стр. 121-124
44
там же, стр.232.
45
Religiöse Gestalten. стр.114.
46
Lebensformen, стр.152. Berlin, 1930.
47
В этой главе автор, полностью признавая апологетическое значение чуда, как средство пробуждения или укрепления веры, пытается напомнить читателю о другом, несколько забытом смысле чуда, именно: об органической его связи с искупительным подвигом Христа. Вне сомнения, роль чуда, как необыкновенного события, необычайно значительна и его влияние неоспоримо и необходимо. Автор только хочет обратить внимание на то, что Христос, как Спаситель мира, не удовлетворился лишь тем, что вызывал в людях удивление, но что Он через чудо уже осуществлял свою спасительную Миссию. В этом искупительном характере чуда автор и видит различие между чудесами Христа и чудесами лжехристов и лжепророков, чьи чудеса не обладают этим искупительным характером. Они исчерпываются тем, что вызывают всего лишь удивление и тем самым становятся чистым знаком, лишенным онтологической основы. Между тем чудеса, совершаемые Христом есть не только знаки, но вместе -- искупительные деяния.
48
О таком смысле чудес Христа говорит и папа Лев Х111 в своей энциклике «Graves de communi».
49
Der Herr, стр. Х111, Würzburg, 1937.