Страница 10 из 79
Степени этого порока: не хотеть преуспевать в добре, добродетели или быть нерадивым, по обязанности ничего не делать в совершенстве; обязанности меньшей важности часто опускать, о малых грехах мало заботиться; по страху трудности отчасти или вовсе пренебрегать даже важными обязанностями; оставить заботу об исправлении себя, отчаиваться в преуспеянии, в добре и исправлении нравов или по крайней мере откладывать с одного времени до другого.
Итак, к пороку уныния относятся: беспечность, или порок, по которому мы избегаем всякого труда и напряжения сил; любовь к покою, удобству, по которой боимся всего трудного или что соединено с неудобством, требует большого напряжения сил и оставляем дело; празднолюбие, или порок, по которому мы ничего или по крайней мере не то делаем, что следует, и не так, как должно. Все это противно христианской любви, которая радуется о добре, жаждет правды, всегда делает правильно и стремится к большему совершенству.
* * *
Зловредность уныния. — Вредные действия уныния:
холодность к добродетели и людям;
негодование и зложелательство против тех, которые понуждают что-нибудь делать, увещевают, исправляют худое;
малодушие, или совершенная безнадежность на свои силы и на помощь Божию в исполнении обязанностей;
вялость, или расслабление духа, нерадение, небрежность в исполнении обязанностей;
рассеянность души по внешним предметам, которые льстят чувствам, страсть к театрам, зрелищам, увеселениям, играм, к пустой болтовне, забавам;
отчаяние, по которому человек, отчаиваясь в исправлении нравов, в достижении добродетели и спасения, оставляет и заботу о спасении.
* * *
Средства против уныния. — Ими могут быть:
размышление о последних событиях: смерти, Страшном Суде, вечном мучении в аде, о Царстве Небесном, о кратковременности, суетности настоящих вещей, благ или неприятностей, о высокой важности нравственного блага и о вечной награде;
воспоминание о том, что Бог присутствует при нас, помогает в добром и воздает каждому по делам;
размышление о том, как Спаситель и святые угодники переносили много трудностей для добродетели и небесных благ, а люди мирские для приобретения земных, суетных благ;
заботливость и о малом в деле добра, избежании зла. Ибо кто верен в малом, тот будет верен и в большом; а кто пренебрегает малым, тот мало-помалу упадет (см. Лк. 16, 10; Сир. 19, 1);
усердие в занятии религиозными предметами, ежедневное возобновление намерения трудиться для добродетели и спасения и понуждение себя к этому страхом смерти, которая, может быть, ныне придет и застанет нас неготовыми к переходу в вечность, — надобно же потрудиться для своего спасения, пока есть время;
полезно соблюдение порядка в исполнении своих дел; надобно делать не всегда одно и то же, не слишком долго, не больше, нежели сколько можно правильно сделать, и не слишком разнообразное; распределяй время и всякому времени назначай свое приличное дело; не откладывай надолго никакого полезного дела, а делай, как только можешь; ничего не делай с небрежностью, и все делай только с доброй целью — лучше делать немного да хорошо, нежели много кое-как, небрежно; старайся лучше делать одно за другим, и прежде то, что находится под руками, нежели очень многое вместе или в превратном порядке;
особенно надобно вооружиться терпением, преданностью воле Божией, частой молитвой о помощи; после молитвы можно заняться чтением назидательных книг, рукоделием, как научил святого Антония Великого ангел, явившийся ему в виде монаха для научения, как прогнать уныние[17]; иногда полезно войти в общение и собеседование с человеком опытным в духовной жизни, благовременное посещение такого человека и беседа с ним в меру, без празднословия, прогоняет уныние, доставляет большое облегчение, придает силы и усердия к подвигам благочестия.
Примечание. От чувственного самолюбия, когда бывает чрезмерный страх какой-нибудь чувственной неприятности, происходит порок нетерпеливости, или печали и гнева. Но как тот и другой часто происходят и от корыстолюбия, то скажем наперед о корыстолюбии.
Корыстолюбие
Из потребности совершенства и счастья собственного в человеке, который по опыту знает, как полезно для этой цели имущество, происходит потребность и пожелание иметь, сберегать и умножать имущество, богатство. Это пожелание, если подчинено разуму, не имеет в себе ничего худого, и умеренная забота об имуществе принадлежит даже к обязанностям человека.
Но забота и любовь к имуществу обращаются в порок, когда кто желает и любит имущество, как имеющее внутреннюю цену и как цель; или, хотя и смотрит на него только, как на средство, но желает его с жадностью; неправедными способами приобретает его; бывает скуп, не употребляет его для той цели, для которой оно дано от Бога. Такая беспорядочная любовь к имуществу, деньгам называется вообще любостяжанием, которое разделяется на два вида: корыстолюбие — страсть к приобретению большего, нежели сколько требуется на нужды, ничем приобретенным не довольствующаяся, и скупость — страсть приобретенное удерживать без употребления несмотря на вопиющую нужду.
* * *
Зловредность корыстолюбия. — Корыстолюбие, как господствующая в душе страсть, бывает причиной многих пороков и опасностей для спасения души. Апостол говорит: Желающие обогащаться впадают в искушение и в сеть и во многие безрассудные и вредные похоти, которые погружают людей в бедствие и пагубу; ибо корень всех зол есть сребролюбие (1Тим. 6,9-10). Как желание обогащаться, так и обладание богатством погружают наш дух в бесчисленные заботы житейские, развлекают, подавляют ими; более или менее охлаждают, очерствляют сердце; питают, усиливают гордость, тщеславие, роскошь, утучняют чувственность, часто открывают путь целому полчищу пороков, всегда доставляют средства к 1Тим. Потому требуется много благоразумия, осторожности и твердости воли, чтобы не подвергнуться им.
Святой Григорий Великий перечисляет шесть порождений корыстолюбия: ожесточение сердца против милостыни, по которому корыстолюбец, как бесчувственный, не трогается никакими скорбями других для оказания им помощи; хитрость и обман, какие употребляются для корысти; ложь; клятва; предательство; насилие, с которым сильный угнетает других налогами, похищением, взятками. Сюда же относятся ссоры, ругательства, вражда, грабительство и т. п.
А хотя бы и не было грубых пороков, однако же приобретение богатства почти всегда бывает соединено с большими трудами и заботами, обладание соединено со страхом, а потеря сопровождается скорбью. Если на корабле бывает тяжести больше надлежащего, то она потопляет его; а когда тяжесть умеренна, то корабль быстро несется.
* * *
Средства против корыстолюбия. — Средств к подавлению страсти корыстолюбия может быть шесть.
Первое. Размышление о вредных действиях и следствиях корыстолюбия.
Второе. Помышление о кратковременности, суете и опасности обладания богатством. По словам Спасителя, как нельзя служить двум господам, нельзя одинаково служить и Богу, и маммоне. Кто привязывается к богатству, тот часто доходит до забвения Бога. Потому богатому трудно войти в Царство Небесное (см. Мф. 6, 24; 19, 23–24). Потому надобно остерегаться, чтобы не привязывать своего сердца к вещественным благам. Ибо любостяжание состоит не во многом только стяжании, но и в пристрастии к нему. Если богатство течет к вам, говорит Псалмопевец, то не прилагайте к нему сердца (см. Пс. 61, 11), то есть не имейте пристрастия, привязанности к нему так, чтобы не радоваться о его обильном притечении и не скорбеть о лишении его. Мы должны быть так расположены к земным благам, чтобы считать их только за средства, данные нам от Бога для высших целей и зависящие от Его воли. Апостол говорит: Я вам сказываю братия: время уже коротко, так что… пользующиеся миром сим должны быть, как не пользующиеся; ибо проходит образ мира сего. А я хочу, чтобы вы были без отяготительных забот (1Kop. 7, 29–32).
Третье. Для подавления страсти корыстолюбия полезно размышлять о смерти, которая все похитит у нас, но мы не знаем, когда это будет, может быть, ныне же. Мы как ничего не принесли в мир, так ничего не можем и вынести из него. Потому неразумно заботиться о заготовлении себе многих вещей на отдаленное будущее.
Четвертое. Одним из лучших средств против этой страсти признают милостыню, которая расширяет сердце любовью к нуждающимся, приучает к щедродательности. Чем больше возникает эта страсть, тем больше надобно принуждать себя к подаянию милостыни.