Страница 28 из 107
В день святого Иоанна Богослова. Майя 8, 1845 года
В 1856 году, в благословенные дни священного коронования благочестивейшего Государя, Императора Александра Николаевича, Святейший Синод входил в рассуждение о доставлении православному народу способа читать Священное Писание, для домашнего назидания, с удобнейшим по возможности разумением, и потом, с Высочайшего соизволения, принял для сего деятельные меры.
О значении церковной молитвы о соединении церквей
При начале Божественной литургии, между первыми молитвенными прошениями к Господу Богу, Православная Церковь произносит следующее: "О мире всего мира, благостоянии святых Божиих церквей и соединении всех, Господу помолимся".
Слыша сие, некоторые, расширяя сердце свое любовью, миролюбием и веротерпимостью, молятся не только о "благостоянии и соединении", то есть о сохранении в единстве "святых Божиих церквей" православных, частных, составляющих Вселенскую Церковь, например Константинопольской, Александрийской, Антиохийской, Иерусалимской, Российской, но и воссоединении церквей, уклонившихся от Православия, например, Римской, Армянской.
А некоторые, ограждаясь строгой ревностью о Православии, молятся при сем только "о соединении святых Божиих церквей" православных.
Кто не уважает ревность о Православии? Кто не признает достоинства всеобъемлющей любви? Которого же, однако, из двух вышеуказанных значений молитвы преимущественно должен держаться соединяющий молитву свою с молитвой Православной Церкви? Или, лучше сказать, которое из двух значений преимущественно внушает нам сама Православная Церковь словами своего чиноположения?
Точно ли Православная Церковь молится только о православных церквях? Уча нас в сей самой молитве простирать нашу любовь до пределов "всего мира", стесняет ли она пределы своей любви к церквям? Не желает ли она спасения инославным церквям, чрез возвращение их в соединение с Православной Церковью?
Как выражает Православная Церковь свою молитву о соединении церквей? - "О мире всего мира, и благостоянии святых Божиих церквей, и соединении всех, Господу помолимся". Если бы молитва должна была иметь ограниченное значение о православных только церквях, то надлежало бы поставить слова так: "О благостоянии и соединении всех святых Божиих церквей Господу помолимся". Но не так поступлено, а разделена молитва на две части: 1) "о благостоянии святых Божиих церквей", 2) "и соединении всех". Молитва сия приносится всегда, и в мирное, и в немирное для церквей время. Следовательно, первая часть молитвы имеет следующее значение: "о благостоянии", то есть о состоянии мира и единства "святых Божиих церквей" православных, чтобы "благостояние", уже им дарованное, было сохранено, а если где-либо, чем-либо нарушено, было вновь даровано благодатью Божией. Согласно с сим и вторую часть молитвы должно разуметь "о соединении церквей", чтобы оно было сохранено, поскольку существует, и восстановлено было, поскольку где-либо нарушено. В сей второй части молитвы поставлено слово "всех", которого нет в первой, а сие дает разуметь, что значение второй части обширнее, нежели первой.
Из того, что вторая часть не соединена с первой, а отделена, должно заключить, что не все, содержащееся в первой, должно быть отнесено ко второй, и потому нет нужды дополнять вторую так: "о соединении всех святых Божиих церквей", а надлежит дополнить так: "о соединении всех церквей". Посему Православная Церковь молится о соединении церквей так, чтобы соединение православных церквей существующее было благодатью Божией сохранено, и чтобы благодатью Божией восстановлено было соединение с Православной Церковью и тех церквей, которые отделило от нее какое-либо неправое учение.
Против сего изъяснения молитвы не представят ли в качестве возражения то, что в диптихах, на проскомидии, неправославных не поминают? - Ответствуем, это дело иное.
Иное дело молиться о соединении с Православной Церковью неправославных церквей в обширном составе молитв, объемлющих весь мир, а иное поминать неправославных в диптихах при таинстве Евхаристии. Неправославные самим неправославием отлучили себя от общения таинств Православной Церкви, сему соответствует непоминание их при таинстве Евхаристии и исключение из диптихов.
А что и в Литургии верных можно молиться о воссоединении церквей, отделившихся от Православной, о том зри в Литургии Василия Великого молитву: "Утоли раздоры церквей". Раздоры церквей оттого, что иная церковь не покоряется в некоторых частях православному учению и, следовательно, впадает в состояние раскола: Святой Василий и такую церковь не исключает из своей молитвы: "Утоли раздоры церквей".
Когда Антиохийский патриарх Иоанн со своими епископами не покорился православному определению Ефесского собора и на председателя его, святого Кирилла Александрийского, произнес осуждение, и, следовательно, впал со своей церковью в состояние раскола, можно ли подумать, что святой Прокл и Константинопольская церковь, молясь о соединении всех церквей, не молилась сей самой молитвой и о воссоединении Антиохийской церкви?
Итак, пусть благочестивая ревность молится преимущественно "о благостоянии Святых Божиих церквей" православных и о сохранении в них благодатью Божией "единения духа в союзе мира". Но пусть и всеобъемлющая любовь христианская молится и "о соединении всех" церквей, и о воссоединении в Православной Церковью уклонившихся от нее неправыми учениями, да будет, по обетованию Господа нашего Иисуса Христа, "едино стадо", как уже есть Он "Единый Пастырь" и Владыка Своей Церкви на земли и на небеси, во времени и в вечности.
Дополнение. Сие исследование написано было по чтению славянского текста литургии, в котором слово "все" не иначе можно было изъяснить, как чрез дополнение из предыдущей части текста "всех церквей". Уже по написании сего, нам случилось иметь в виду греческий текст литургии, в котором читается не twn paswn, а twn pantwn, то есть "всех" христиан. Но сие не противоречит нашему толкованию, потому что, если бы надлежало дать тексту ограниченное значение, то надлежало бы сказать: peri tuV twn panwn orqodoxwn cristianwn enozewV, "о соединении всех" христиан православных между собою, и о соединении с ними и с Православной Церковью и прочих христиан, не принадлежащих к единству Церкви Православной.
О стологадании[20]
О стологадании печально слышать, что многие, как будто дети какою-нибудь новою игрою, с жаром занялись оным, не подумав, чем играют и чем кончиться может игра. Разделяю ваше мнение, что занятие сие непозволительно.
Представим себе, что сын в доме отца, имея свободу пользоваться всем, что ему нужно, и многим, что приятно, не довольствуется сим и, встретив хранилище, от которого ему не дано ключа, подделывает ключ и отпирает оное, положим, не для того, чтобы украсть, а только чтобы посмотреть, что там скрыто. Не есть ли это неблагородно? Не должно ли быть совестно сыну? Не должно ли быть неприятно отцу? Вот суд о всяком гадании или ворожбе, в том числе и о стологадании, по самому простому взгляду на сие дело.
Но если внимательнее посмотреть на опыты: суд должен сделаться строже.
Я не любопытствую, но общее любопытство, а в некоторых желание знать истину и отречься от лжи и вреда приведены в такое движение, что до меня сами собою доходят многие сведения о стологадальных опытах, и притом такими путями, что нельзя сомневаться в истине сих сведений.
Одному гадателю стол дал предсказание о некотором происшествии, которое должно было возбудить ожидание и могло расположить к некоторым приготовлениям, и назначил время, в которое сему происшествию надлежало последовать. Назначенное время прошло, и предсказанного не случилось. Что, если бы, при вере в стологадание, сделаны были некоторые приготовления, соответственные предсказанному происшествию? Это необходимо кончилось бы стыдом, а могло кончиться и вредом.
Пред одним страстным стологадателем стол оклеветал близкую к нему особу. Теперь, говорят, борющийся с подозрением стологадатель и оскорбленная особа проводят бессонные ночи.
Сих немногих опытов довольно, чтобы понять, как немало виновны и как ведут себя к неблагоприятным последствиям непокоряющиеся премудрому и благому Богу, запершему от нас сокровенное и будущее, и покушающиеся отпереть оное поддельными ключами.
Но это еще не все. Стологадатели поняли, что дерево не может понимать вопросов и давать сообразные с вопросами ответы. Посему они спрашивали, кто им отвечает, и многие из них получили в ответ имена разных умерших. Теперь спрашивается: действительно ли стологадателям отвечают души умерших, которых имена им объявляются, или имена сии употребляются ложно и под ними скрываются некие неизвестные? В сем последнем случае сии неизвестные суть лжецы, приписывающие себе чужие имена, но ложь не принадлежит чистым существам, отец лжи есть диавол. Итак, стологадатели осторожно должны размыслить, с кем имеют дело и от кого хотят узнать сокровенное. Здесь можно вспомнить наставление Преподобного Антония Великого относительно демонов: Если выдают они себя за предсказателей; никто да не прилепляется к ним.