Страница 58 из 167
102:13), и о том, что ожидает нас за гробом, и о будущем безмятежном покое: «возвратись, душа моя, в покой твой» (Пс. 114:6). Зачем так велико небо? Он отвечает: небеса поведают славу Божию (Пс. 18:2). Зачем ночь и день? Не для того только, чтобы сменять друг друга, но и для того, чтобы назидать: «нет наречий и языков, где не слышны были бы голоса их» (ст. 4). Зачем море облегает землю? «Бездна, как одежда, — покров ее» (Пс. 103:6). Так сказано в еврейском. Подобно указанному вы узнаете (из псалмов) и все другое: о Христе, о воскресении, о будущей жизни, о (загробном) блаженстве, о воздаянии, об учении нравственности и все, относящееся к догматам. И тысячами других наставлений переполнена эта книга. Если ты впал в искушение, ты почерпнешь здесь обильное утешение; если согрешишь, найдешь здесь тысячи готовых лекарств; впадаешь ли в бедность или в какое несчастье, она укажет тебе многие пристани. Будешь ли ты праведным — и тогда извлечешь из нее великую пользу; будешь ли грешником — отсюда получишь утешение. Так, если ты, будучи праведным, терпишь бедствия, то (в утешение) услышишь: «ради Тебя нас умерщвляют каждый день, считают за овец закалаемых» (Пс. 43:23). «сие постигло нас, но мы не забыли Тебя» (ст. 18). Если надмевают тебя твои подвиги, (псалмопевец) напоминает тебе: «не войди в суд с рабом Твоим, ибо не оправдается пред Тобою никто из живущих» (Пс. 142:2).
Если ты грешник и отчаиваешься в себе, ты тотчас услышишь возглашающего: «ныне, если голос Его услышите, не ожесточайте сердец ваших, как (было) тогда, когда прогневляли» (Пс. 94:7, 8) — и тотчас восстанешь. Если глава твоя увенчана диадемой, ты научишься здесь, что «не спасается царь многою силою и исполин не спасется множеством крепости своей» (Пс. 32:16), — и сохранишь скромность. Если ты богат и славен, опять услышишь: горе вам, «надеющиеся на силу свою и множеством богатства своего хвалящиеся» (Пс. 48:7), и: «человек — как трава, дни его, как полевой цветок, так и он отцветет» (Пс. 102:15) — и ничто земное не будешь почитать великим. Ведь, если прекраснейшее на земле — слава и власть — так ничтожно, то что другое из земного может быть достойно внимания? Но ты впал в уныние? Скажи: «Тобою поразим врагов наших, и именем Твоим уничтожим восстающих на нас» (Пс. 43:6). Но ты видишь благоденствующих не по заслугам? Послушай, что говорит (псалмопевец): «они, как трава, скоро засохнут, и, как зеленый злак, скоро отпадут» (Пс. 36:2). Или ты видишь, что и праведные, и грешные терпят одинаковую участь? Посмотри, причина не одна и та же: «много», говорит, «наказаний грешному» (Пс. 31:10), о праведных же совершенно иначе: «много скорбей у праведных, но от всех их избавит их Господь» (Пс. 33:20), и в другом месте: «смерть грешников люта» (ст.
22), но: «честна пред Господом смерть преподобных Его» (Пс. 115:6). Постоянно читай это и отсюда наставляйся. Каждое из этих слов — беспредельное море мыслей: мы только окинули их беглым взглядом. Если же вы пожелаете тщательно исследовать сказанное, то увидите великое богатство как здесь, так равно и в других писаниях.
2. Но так как это исследование сопряжено с трудом — и не малым, то ограничимся пока сказанным уже, чтобы вместе и душу усладить пением, и труд свой облегчить. Итак, пусть воспевают уста и пусть назидается ум. Само по себе и это уже не малое дело. В самом деле, если (псалмопение) не позволяет тебе завидовать, огорчаться и впадать в уныние безвременно, и (внушает) не ценить высоко ни богатство, ни скорби, ни бедность, ни даже саму жизнь, то этим самым оно освобождает тебя от всех Страстей. Другими словами, если мы приучили язык к пению псалмов, то душа постыдится желать противного тому, что воспевает язык. В этом случае нам самим нужно (взять) гусли Давида, чтобы душа наша отзывалась на псалмы — и в себе самой, и добрыми делами. Если же мы остановимся только на половине дела, т. е., слыша псаломскую песнь и отзываясь душей, в своих делах оказываемся противниками воспеваемого, тогда и лекарство нам послужит в осуждение, и ярость диавола возрастет, — потому что прежде, чем мы услышим, лукавый диавол боится, чтобы мы не исправились, услышавши; когда же мы и услышавши, остаемся теми же самыми, тогда он освобождается от страха. Итак, будем псалмопение сопровождать согласными с ним делами, чтобы низвергнуть жесточайшую ярость демона и привлечь благодать Духа.
Ничто, ничто так не возвышает души, не окрыляет ее, не освобождает от земли и не разрешает уз тела, ничто так не располагает к любомудрию и к презрению всего житейского, как мелодия псалмов и пение, сопровождаемое ритмом. Потому–
Сама природа наша так тесно и нежно привязана к пению и песням, что даже плач и капризы грудных детей им успокаиваются. Ведь, действительно, кормилицы, нося детей на руках и укачивая их, усыпляют их, напевая им разные песни. По той же причине и путешественники часто прибегают к песням, погоняя вьючных животных в полдень, чтобы этими песнями смягчить для них изнурительность пути. И не только путешественники, но и земледельцы, как во время давления винограда и собирания плодов, так и во время ухода за лозами или за другой какой работой, часто поют. Тоже самое делают моряки за греблей. Точно также женщины за ткацким станком, перебирая челноком натянутую основу, иногда каждая про себя, иногда все вместе поют одну какую–либо песню. Итак, делают это и женщины, и земледельцы, и моряки, стараясь пением подбодрить себя в своих трудах, как будто душа, под пение, легче может перенести все тяжелое и горькое. А чтобы такой сильной привязанностью нашей души к этому роду наслаждения не воспользовались демоны и не развратили всех, вводя свои блудные песни, в ограждение от них Бог воздвигнул псалмы, в одном деле соединив и пользу, и удовольствие. От мирских песен вред и погибель, и вообще много ужасного может быть причинено ими, так как они располагают душу к бесстыдству и беззаконию, изнеживают и расслабляют ее.
От духовных же песен, напротив, большая выгода и польза и великое освящение, и они могут послужить основанием всякому любомудрию, так как и сами слова их очищают душу, и, кроме того, душе, их воспевающей, приобщается Дух Святой.
Итак, будем воспевать душой исполненные любомудрия псалмы, чтобы понемногу взойти и на высшую ступень. Если ты навыкнешь петь псалмы, тогда сумеешь петь и гимны. А это дело более божественное. Именно, псалмам свойственно все человеческое, а гимны, напротив, не заключают в себе ничего человеческого. Гимны, а не псалмы, воспеваются горними силами. Напротив, не «красна песнь[9] во устах грешника» (Сир. 15:9). Почему и Павел увещевает: «во благодати воспевая в сердцах ваших Господу» (Кол. 3:16), не просто устами, но со вниманием. Воспевать так — значит воспевать Богу, но если только звук голоса раздается в воздухе, тогда ты воспеваешь воздуху.
Не нужно особого места, не нужно времени, но на всяком месте и во всякое время можно в уме воспевать псалмы. Ходишь ли ты по площади, или находишься в пути, или беседуешь с друзьями, всюду можно возноситься душой (к Богу), можно взывать (к Нему) молча. Так взывал Моисей, и Господь услышал его. Если ты ремесленник, то и в мастерской за работой ты можешь петь псалмы. Будучи ли солдатом, или восседая на судилище, ты можешь делать тоже самое. Можно петь и без голоса, только бы внутри звучала мысль. Ведь мы поем не человеку, но Богу, а Он слышит и голос сердца, и проникает в сокровеннейшие наши мысли. И как духовные мужи, имеющие помазание от Святого Духа, всегда молятся за ближних и возносят усердные молитвы, так будем поступать и мы, каждый день будем приступать к Богу и за самих себя, и за братьев наших. Как можно приступать к Богу? Имея правую жизнь и чистую совесть, чего никак иначе нельзя достигнуть, как только прилежа закону Божию день и ночь. И пусть никто мне не говорит, будто «прежде толкования я не мог знать смысла псалмов». И без толкования всякому, сколько–нибудь желающему быть внимательным, может даже один стих внушить великое любомудрие, побудить к решению и принести великую пользу в жизни. Например, ты скажешь: «блажен муж, боящийся Господа» (Пс. 111:1).