Страница 33 из 109
4. Смотри, как после удаления того, тотчас приходит этот, не просто и не без цели, а для того, чтобы и он, ничего не зная, принес снеди, и узнал от самого отца весь ход дела. Если бы он успел застать брата, то, может быть, увлеченный яростью, и убил бы его; если он хотел (сделать) это уже после, тем более сделал бы это во время самого происшествия. Но десница Божия хранила отрока, сделав его достойным благословения, а того (Исава) лишив и благословения, и первенства. Пришедши же, сказано: «Приготовил и он кушанье, и принес отцу своему, и сказал отцу своему: встань, отец мой, и поешь дичи сына твоего, чтобы благословила меня душа твоя» (ст. 31). Смотри, как праведник опять приходить в беспокойство, и как смущается духом. Услышав (слова Исава), он сказал: «Кто ты? Он сказал: я сын твой, первенец твой, Исав» (ст. 32). Заметь, как он, много думая о (своем) деле, не удовольствовался ответом: «Я сын твой Исав»; но еще прибавил: «первенец». «И вострепетал Исаак весьма великим трепетом, и сказал: кто ж это, который достал дичи и принес мне, и я ел от всего, прежде нежели ты пришел, и я благословил его? он и будет благословен» (ст. 33)? Вот как праведник, пришедши в затруднение, и рассказывая ему о случившемся, наносит ему жестокую рану присовокуплением слов: «Я благословил его, он и будет благословен».
А сделал это праведник потому, что устами его руководила премудрость Божия, дабы Исав, в точности все узнав, сам уже видел, что ему не может быть уже никакой пользы ни от первородства, ни от настоящей ловли. Услышав же это, говорит Писание, «Исав …поднял громкий и весьма горький вопль» (ст. 34). Что значит: «Громкий и весьма горький вопль»? Этими словами Писание означает досаду и чрезвычайный гнев, каким (Исав) исполнился, узнав случившееся. «И сказал отцу своему: отец мой! благослови и меня. Но он сказал: брат твой пришел с хитростью и взял благословение твое» (ст. 34, 35). Брат твой, говорит отец, предупредив тебя, восхитил великое обилие всех благословений. Но дабы ты знал, что благодать свыше содействовала ошибке праведника, вот посмотри, как он сам признает это, говоря: «Брат твой пришел с хитростью»; он как бы оправдывается пред сыном и объясняет ему, что я–де по неведению излил благословения на того, и готов был дать их тебе; но он, пришедши с обманом, взял благословение твое; он получил то, что было приготовлено тебе; не по моей вине это сделалось. «И сказал, — сказано, — он (Исав): не потому ли дано ему имя: Иаков, что он запнул меня уже два раза? Он взял первородство мое, и вот, теперь взял благословение» (ст. 36). Не напрасно, говорит, получил он такое прозвание: имя его значит запинание, которое он и сделал мне, лишив меня и первенства, и благословения.
Что же далее Исав (говорит) Исааку? «Неужели ты не оставил мне благословения»? Исаак ему отвечал (ст. 36): знай, что все благословения я излил на него, если я сделал его господином над тобою. Заметь, как тотчас с этого начинает Исаак, и ничего другого уже не говорит, а только предрекает Исаву рабство и подчинение: «Вот, я поставил его господином над тобою и всех братьев его отдал ему в рабы; одарил его хлебом и вином; что же я сделаю для тебя, сын мой» (ст. 37)? Ничего более не остается. Если я сделал его господином твоим, всех братьев рабами его, и я желал ему обилия во всем нужном, то, что еще остается? И «Исав сказал отцу своему: неужели, отец мой, одно у тебя благословение? благослови и меня, отец мой!» (ст. 38). После того как сказал отец: «Благословил его, он и будет благословен», и изъяснил ему все благословение (данное Иакову), Исав говорит: благослови и меня, отче. Разве у тебя одно только и есть благословение? Разве не можешь ты удостоить своего благословения и меня, столь любимого тобою, первенца, которого послал ты на ловлю? Смутил он отца такими словами; «И возвысил Исав голос свой и заплакал». Он увидел, что отец его в недоумении, и не может и не хочет переменить того, что уже сделано; и вот он к крику присоединяет плач, желая привести отца в большее сострадание.
Тогда Исаак, сжалившись над ним, «сказал ему: вот, от тука земли будет обитание твое и от росы небесной свыше; и ты будешь жить мечом твоим и будешь служить брату твоему; будет же [время], когда воспротивишься и свергнешь иго его с выи твоей» (ст. 39, 40). Так как ты сам, говорит, желаешь получить от меня благословение, то знай, что для меня невозможно сделать противное воле Божией; впрочем, и тебе я испрашиваю (от Бога) наслаждение «от росы небесной»; знай, что ты будешь вести военную жизнь. «Ты будешь жить мечом твоим и будешь служить брату твоему».
5. Но, слыша это, никто не должен удивляться, что Иаков после этого, страшась брата, делается странником, и удаляется в чужую (землю); никто, судя по такому началу, не должен думать, что пророчество не сбылось. Если Господь обещает что–нибудь, то, хотя бы мы и видели вначале какие–либо случаи, противные обетованиям, — не будем смущаться: ведь невозможно, чтобы (обетования Божии) совершенно не исполнились. А так бывает для того, чтобы праведники, во всех случаях более и более прославляясь, ясно всем нам показывали обилие силы Божией (в них действующей). И это ты можешь видеть в жизни каждого праведника, если со тщанием будешь рассматривать все повествования о них; так и теперь случилось. Не на то смотри, что (Иаков) тотчас обратился в бегство, но подумай о последующей его славе, — о том, что, по прошествии некоторого времени, этот самый, сделавшийся для него страшным, брат оказывает ему такое почтение; и после бедствий в чужой стране, он пришел в столь великую славу, что потомство его распространилось до бесчисленного множества, и целый народ стал называться его именем. Теперь же божественное Писание, показывая нам такой гнев брата его, что он замышлял и убийство, говорит: «И возненавидел Исав Иакова за благословение, которым благословил его отец его» (ст. 41). А что это был не просто временный гнев, (Писание) указывает нам особо великую силу его злобы: враждоваше, говорит, т.
е. постоянно был во вражде, упорствовал в злобе, так что из самых слов его становилось очевидно его намерение, скрываемое в глубине души. «Сказал, — говорится, — Исав в сердце своем: приближаются дни плача по отце моем, и я убью Иакова, брата моего» (ст. 41). Подлинно, гневный безумствует не меньше самих беснующихся. Посмотри, как этот демон, вошедши, делает безумными, подобно беснующимся, и побуждает их делать все вопреки очевидности; они и не видят ничего здраво и не делают ничего, как следует, но все делают, как люди с поврежденными чувствами, потерявшие и самую способность рассуждать. Так и гневом воспламененные не узнают присутствующих, не помнят ни родства, ни дружбы, ни приличия, ни достоинства, и вообще ничего не принимают в соображение, но совершенно увлекаемые гневом, несутся в бездну. Что может быть жальче их, когда побежденные и порабощенные страстью, они доходят даже до убийства? Поэтому блаженный Павел, желая исторгнуть самый корень зла, пишет такое увещание: «Всякое раздражение и ярость, и гнев, и крик, и злоречие со всякою злобою да будут удалены от вас» (Еф. 4:31). Не только, говорит, не хочу я, чтоб вы гневались и приходили в ярость, но не хочу и того, чтобы вы говорили что–либо ближнему, с криком, — разумея здесь тот крик, который происходит от гнева.
Когда внутри возбуждается страсть и надмевается сердце, то уже и язык не может произносить слова тихо, а, обнаруживая расположение духа, побуждается говорить ближнему с криком. Итак, этот блаженный, желая, чтобы слушающие его, жили в постоянном мире, говорит: «и гнев», то есть всякое огорчение, от какой бы причины оно ни происходило, «и ярость», и всякий «крик да будут удалены от вас». Потом, желая иссушить самый корень зла, и сделать его бесплодным, говорит: «со всякою злобою».
Аминь.
БЕСЕДА 54
«Призвала (Ревекка) младшего сына своего Иакова, и сказала ему» (Быт. 27:42).
Увещание к подвигам добродетели указанием на то, что дано Богом человеку и что обещано. — Зависть Исава к Иакову и совет последнему матери, согласны с заповедью Христа апостолам. — Напутствие Исаака Иакову. — Путешествие Иакова в Месопотамию и видение таинственной лествицы с обетованиями в будущем и настоящем. — Увещание слушателей — просить прежде всего у Господа не земных, а вечных благ.