Страница 3 из 106
Итак, Павел писал послания другим, побуждаемый какой–нибудь причиной и целью (на это он и указывает, говоря Коринфянам: «а о чем вы писали ко мне» (1 Кор. 7:1), и Галатам изъясняет то же самое, как в предисловии, так и во всем послании). Для чего же и по какой причине он писал к Римлянам? Ведь он ясно свидетельствует о них, что они полны благости, исполнены всякого разумения и могут иных научить (Рим. 15:14). Итак, для чего же он писал к ним послание? «По благодати», говорит он, «данной мне от Бога, быть служителем Иисуса Христа» (Рим. 15:15–16). Потому и в начале послания он сказал: «я готов благовествовать и вам, находящимся в Риме» (Рим. 1:15). А то, что Римляне могут и других научить, это и другое подобное сказано больше в похвалу и поощрение, так как и они имели нужду в исправлении посредством послания. И так как Павел сам еще не был в Риме, то он двумя способами исправляет мужей — и полезным писанием, и ожиданием его прибытия. Такова была святая душа Павла; она обнимала всю вселенную и всех заключала в себе, считая родство по Боге самым высшим. Павел всех любил так, как будто сам родил их, а лучше сказать, обнаруживал любовь больше всякого отца. Такова–то благодать Духа: она побеждает телесные болезни и создает самую горячую любовь.
Особенно же это можно видеть на душе Павла, который, как бы получивши крылья, под воздействием любви неутомимо всех обходил, нигде не медлил и не останавливался. Он знал, что Христос, сказав Петру: «любишь ли Меня? Паси овец Моих» (Ин. 21:15), указал этим на высочайшую степень любви, и потому сам в избытке обнаружил ее в себе. Итак, мы, соревнуя Павлу, будем назидать, если не весь мир, не целые города и народы, то, по крайней мере, каждый — собственный свой дом, свою жену, своих детей, друзей, соседей. И никто пусть не говорит мне: я неискусен и несведущ. Нет никого более неученого, чем Петр, и более неискусного, чем Павел. Он и сам признается в этом и, не стыдясь, говорит: «хотя я и невежда в слове, но не в познании» (2 Кор. 11:6). Однако невежда Павел и неученый Петр победили тысячи философов, заставили молчать бесчисленных ораторов, совершив все это собственным усердием и благодатью Божьей. Какое же оправдание найдем для себя мы, когда оказываемся не в состоянии научить и двадцать человек и быть полезными для живущих вместе с вами? Это пустой предлог и пустая отговорка. Не малоученость, не малообразованность, но леность и сон препятствуют нам учить.
Потому, отрясши этот сон, со всем прилежанием позаботимся о собственных членах, чтобы, наставляя ближних своих страху Божьему, мы и здесь насладились полным спокойствием, и так сделались участниками бесчисленных благ, по благодати и человеколюбию Господа нашего Иисуса Христа, через Которого и с Которым слава Отцу и Святому Духу, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
БЕСЕДА 1
«Павел, раб Иисуса Христа, призванный Апостол, избранный к благовестию Божьему, которое Бог прежде обещал через пророков Своих, в святых писаниях» (Рим. 1:1–2).
Освящение от любви. — Достоинство, приобретаемое за деньги, не есть достоинство в собственном смысле.
1. Моисей написавший пять книг, нигде не поставил своего имени, а равно и те, которые после него описывали последующие события, даже Матфей, Иоанн, Марк, Лука; но блаженный Павел всюду в своих посланиях ставит свое имя. Почему это? Потому что те писали для находившихся возле них и, присутствуя лично, не имели нужды говорить о себе самих; а Павел посылал писания издали и в виде письма, почему для него и необходима была прибавка имени. Если же в послании к Евреям он не делает этого, то по своему благоразумию. Так как евреи его ненавидели, то, чтобы они, услышав в начале послания его имя, не отказались слушать далее, он, скрыв свое имя, этим мудро достиг их внимания. Если же пророки и Соломон надписывали имена свои, то предоставляю вам самим исследовать, почему одни это делали, а другие не делали: ведь не всему нужно мне учить вас, а надобно и вам самим трудиться и исследовать, чтобы не сделаться еще ленивее. «Павел, раб Иисуса Христа». Для чего Бог переменил ему имя и бывшего Савла назвал Павлом? Для того чтобы ему и в этом отношении не быть меньше апостолов, но какое преимущество имел верховный из учеников, такое же приобрел и Павел, и получил основание для большего с ними союза. Не без намерения же называет он себя рабом Христовым. Рабство имеет многие виды. Есть рабство по сотворению, о котором сказано: «ибо все служит Тебе» (Пс. 118:91), и еще: «раб мой Навуходоносор» (Иерем.
25:9), — потому что всякая тварь порабощена своему Творцу. Другой вид — рабство от веры, о котором говорится: «благодарение Богу, что вы, быв прежде рабами греха, от сердца стали послушны тому образу учения, которому предали себя. Освободившись же от греха, вы стали рабами праведности» (Рим. 6:17–18). Наконец, есть рабство по образу жизни, о котором сказано: «Моисей, раб Мой, умер» (Иис. Нав. 1:2); хотя и все иудеи были — слугами, но Моисей преимущественно сиял жизнью. А так как Павел был рабом во всех видах рабства, то вместо самого почетного титула употребляет наименование: «раб Иисуса Христа». А имена домостроительства он прилагает, восходя снизу вверх. Имя Иисус принесено ангелом, сошедшим с небес, когда Сын Божий родился от Девы, а имя Христос происходит от помазания и принадлежит Ему также по плоти. И каким, спросишь, елеем Он был помазан? Он помазан не елеем, но Духом. А писание и таковых обыкновенно называет христами. Преимущественное в помазании есть Дух, потому и елей приемлется. Где же писание называет христами не помазанных елеем? Там, где говорит: «не прикасайтесь к помазанным Моим, и пророкам Моим не делайте зла» (Пс. 104:15). Ведь тогда елей не приготовлялся для помазания. «Призванный Апостол». Павел везде называет себя призванным, свидетельствуя этим о своей признательности, потому что не сам искал и нашел, но, будучи призван, явился и повиновался.
И верующих он также называет призванными святыми, хотя они призваны только для того, чтобы уверовать; Павлу же вручено еще другое — апостольство, служение, заключающее в себе бесчисленные блага, совмещающее и превосходящее все дарования. И что еще можно сказать больше того, что Христос, оставляя землю, поручил апостолам, все то, что сам совершал на земле? И Павел, восхваляя это достоинство апостолов, восклицает: «от имени Христова просим: примиритесь с Богом» (2 Кор., 5:20), то есть — вместо Христа. «Избранный к благовестию Божьему». Как в доме каждый избран для особого дела, Так и в церкви бывают различные разделения служения. Но мне кажется, что Павел указывает здесь не только на жребий своего служения, но и на то, что он издревле и свыше был назначен для него. Так и Иеремия говорит, что Бог сказал о нем: «прежде, нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя: пророком для народов поставил тебя» (Иерем. 1:5). Так как Павел писал городу тщеславному и напыщенному, то он во всем и показывает Божье рукоположение и говорит, что сам Бог призвал, сам Бог избрал его. Он делает это для того, чтобы послание его признали достоверным и приняли. «К благовестию Божьему». Итак, не один Матфей или Марк есть евангелист, равно как не один Павел есть апостол, но также и первые, хотя Павел по преимуществу называется апостолом, а те евангелистами.
Самое же благовестие он называет в зависимости не от настоящих только благ, но и от будущих. Как же Павел говорит, что он благовествует о Боге? «Избранный», говорит, «к благовестию Божьему». Правда, Отец был известен и прежде евангелий, но, если и был известен, то одним только иудеям, и притом не всем, как надлежало. Тогда не знали Бога, как Отца, и многое представляли недостойно Его. Потому Христос и сказал, что придут «истинные поклонники», и что «таких поклонников Отец ищет Себе» (Ин. 4:23). Впоследствии же и сам Отец вместе с Сыном открылся всей вселенной; предвозвещая об этом Христос сказал: «да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобой Иисуса Христа» (Ин. 17:3). Благовестием же Божьим апостол называет (свою проповедь) для того, чтобы в самом начале возбудить внимание слушателя. Он пришел не с печальной какой–либо вестью, как приходили пророки — с обличениями, укоризнами, угрозами, но с добрыми вестями, с благовестием Божьим о бесчисленных сокровищах постоянных и непреложных благ, которые «прежде обещал через пророков Своих, в святых писаниях». Сказано ведь: «Господь даст слово: провозвестниц великое множество» (Пс. 67:12); и еще: «как прекрасны на горах ноги благовестника, возвещающего мир» (Ис. 52:7)!