Творения

А после закланія агнца, когда они пробуждаются для пиршества, какъ мы можемъ плакать и поститься въ день Господень, слыша, что апостолы говорятъ въ Постановленіяхъ: озлобляющій душу свою въ день Господень проклятъ Богомъ? Видишь ли, какая строгость и какой отпоръ имъ, когда дело не можетъ совершиться согласно слову апостольскому? Вся истинность повеленія заключается въ намереніи, и изъ Постановленій апостольскихъ видно, что оно дано ради единомыслія, какъ показываетъ связь речи. Мы совершаемъ Пасху после равноденствія, хотя бы и они совершали, такъ какъ и они вместе съ нами часто совершаютъ ее. А когда они совершаютъ Пасху прежде наступленія равноденствія, то совершаютъ одни. И если бы мы совершали Пасху вместе съ ними, то намъ случилось бы въ одномъ году совершать две Пасхи — после равноденствія и прежде равноденствія; а въ следующемъ затемъ году мы совсемъ и не стали бы праздновать Пасхи. Такимъ образомъ все наше установленіе оказалось бы деломъ заблужденія, а не истиною, потому что прежде равноденствія еще не наступаетъ конецъ года и не исполняется годовое кругообращеніе времени, назначенное Богомъ для людей, если не пройдетъ равноденствіе.

Гл. 12. Много можно было бы говорить о томъ, какъ прекрасно устроили отцы, или лучше, чрезъ нихъ самъ Богъ установилъ въ Церкви самое точное и истинное празднованіе этого всечестнаго и всесвятаго праздника, чтобы онъ совершался после равноденствія, когда приходится праздновать его въ четырнадцатый день луны, дабы мы не праздновали его въ самый четырнадцатый день. Ибо у іудеевъ соблюдается одинъ только день; у насъ же не одинъ, но шесть, целая неделя. Посему и самъ законъ говоритъ, распространяя пределы времени: возмите себе овча единолетно, непорочно, совершенно отъ десятаго дня месяца, и будетъ вамъ соблюдено даже до четвертагонадесять дне и заколите его къ вечеру въ четыренадесятый день месяца, т. е. луны (Исх. 12, 5–7). А Церковь соблюдаетъ обычай совершать праздникъ Пасхи, то есть седмицу [229], назначенную и самими апостолами въ ихъ Постановленіяхъ, отъ втораго дня недели, когда покупали агнца. И если четырнадцатый день луны приходится во второй день недели, то съ этого дня начинается закланіе агнца [230]; точно также [231], если онъ приходится и въ третій день недели, и въ четвертый, и въ пятый, и въ кануне субботы и въ субботу [232], — потому что шесть дней назначено на совершеніе этого дела [233].

Ибо ни отъ шестнадцатаго, ни отъ девятаго [234] дня луны мы не можемъ начинать седмицы сухояденія и Пасхи, называемой святою, но отъ десятаго до наступленія пятнадцатаго, находящагося между двумя теченіями ночи и дня [235]. Такъ наблюдается это число четырнадцати дней луны; впрочемъ къ нему присоединяется наступленіе пятнадцатаго дня ради необходимой точности солнечнаго теченія после равноденствія и луннаго теченія впродолженіе четырнадцатаго дня и полной седмицы до воскреснаго дня; мы начинаемъ счетъ отъ десятаго дня луны, въ который выбирался агнецъ и котораго буква означаетъ имя Іисуса [236], поелику именемъ Его взимался прообразъ Его агнецъ, предназначенный отъ десятаго дня. Но ни отъ начала шестнадцатаго дня, ни отъ девятаго дня луны мы не можемъ начинать счета, или оканчивать. Ибо годы солнца и луны, вследствіе разности въ ихъ теченіи, значительно отставая, производятъ это неравенство. Не для соблазна это определено Богомъ, но устроено Имъ съ точностію, по премудрому Его распоряженію, которое Онъ ввелъ въ свой міръ, установивши пределы светилъ, и временъ, и месяцевъ, и годовъ, и солнечныхъ движеній — это все следствіе промыслительнаго о людяхъ попеченія, проистекающаго изъ Его человеколюбія.

Гл. 13. Годъ по солнечному теченію состоитъ изъ трехъ сотъ шестидесяти пяти дней и трехъ часовъ, а годъ по лунному теченію состоитъ изъ трехъ сотъ пятидесяти четырехъ дней; поэтому отъ луннаго обращенія остается лишнихъ одиннадцать дней и три часа [237]. Поэтому въ первый годъ бываетъ одиннадцать такъ называемыхъ епактъ [238] и три часа: во второй годъ — двадцать два дня и шесть часовъ; въ третій годъ — тридцать три дня и девять часовъ; и такимъ образомъ составляется одинъ месяцъ, такъ называемый вставный; ибо вставляются тридцать дней, и остаются три дня и девять часовъ. Эти последніе, приложенные къ 11 днямъ и тремъ часамъ отъ четвертаго года, составляютъ 14 дней и 12 часовъ. Когда приложены будутъ другіе 11 дней и 3 часа, образуются 25 эпактъ и 15 часовъ. Когда же въ шестой годъ прибавляются другіе 11 дней и 3 часа — образуются 36 дней и 18 часовъ, которые составляютъ одинъ вставный месяцъ. Такимъ образомъ черезъ три года вставляются два месяца: одинъ месяцъ — въ первые три года, а другой — во вторые три года. Отъ эпактъ еще остается 6 дней и 18 часовъ. Приложенные къ 11 днямъ и 3 часамъ седьмаго года, они составляютъ 18 [239] эпактъ и 21 часъ. По приложеніи къ нимъ въ восьмой годъ опять 11 дней и 3 часовъ, получаются 28 дней, эпакта [240] и 24 часа, которые составляютъ 2 дня. Изъ этихъ часовъ, приложенныхъ къ 28 днямъ, составляются полныхъ 30 дней.

Такимъ образомъ въ осьмой годъ нарастаютъ 30 дней, — одинъ месяцъ въ два года. Следовательно во весь осмилетній періодъ [241] нарастаютъ 90 дней, или три полныхъ вставныхъ месяца, именно отъ первыхъ двухъ трехлетій образуется по одному месяцу и одинъ месяцъ отъ двухъ последнихъ летъ. Въ этихъ трехъ вставныхъ, трехсоставныхъ месяцахъ происходитъ разность Пасхи у іудеевъ и христіанъ и другихъ [242].

Гл. 14. Вотъ въ чемъ состоитъ отличіе у упомянутыхъ Авдіанъ. Они приводятъ въ заблужденіе мужей и женъ и хвастаются, будто они въ этомъ отношеніи поступаютъ согласно древнему преданію и постановленіямъ апостольскимъ; между темъ они не соблюдаютъ никакой точности и не понимаютъ очевидной, выраженной въ Постановленіяхъ апостольскихъ, заботливости, которую они обнаружили совсемъ не для того, чтобъ показать, будто іудеи правильно совершаютъ праздникъ, но для пресеченія страсти къ спорамъ техъ, изъ коихъ каждый желаетъ совершать по своему, а не въ согласіи со всеми. Ибо Христосъ желаетъ единой Пасхи, одобряетъ такую, и пріемлетъ того, кто совершаетъ ее безъ спора и вместе съ теми, которые совершаютъ ее съ точностію, вместе со всею святою Церковію, торжествующею праздникъ разнообразно. А чтобы со временъ Константина произошло разногласіе относительно Пасхи, это очевидно клевета. Прежде Константина были раздоры и служили предметомъ насмешки, такъ какъ еллины говорили и смеялись надъ разногласіемъ въ Церкви; но при Константине стараніемъ епископовъ разногласіе это уничтожено и настало общее согласіе.

Что же можетъ быть полезнее и пріятнее того, какъ если народъ отъ крайнихъ пределовъ земли въ одинъ день освобождается для служенія Богу и все вместе совершаютъ бденіе и одни и те же дни проводятъ въ бденіи, молитве, единомысліи, богослуженіи, посте, сухояденіи, въ чистоте и другихъ богоугодныхъ делахъ, приличныхъ этому всечестному дню? Но думаю, что достаточно сказано о разногласіи Авдіанъ по этому предмету.

Этотъ старикъ Авдій, вследствіе доноса епископовъ царю, сосланъ былъ царемъ въ ссылку въ пределы Скифіи за то, что отторгалъ народъ отъ Церкви. Проживая тамъ (о числе летъ не могу сказать) и проникнувъ еще дальше, во внутреннія страны Готфіи, онъ огласилъ христіанскимъ ученіемъ многихъ изъ Готфовъ. Отъ него въ самой Готфіи получили начало монастыри, монашеская жизнь и девство и строгое подвижничество. Эта община действительно ведетъ удивительный образъ жизни, и все въ ихъ монастыряхъ идетъ прекрасно, кроме споровъ касательно перемены времени празднованія Пасхи и неразумно понимаемаго ученія объ образе Божіемъ.

Гл. 15. Ужаснее и страшнее всего то, что Авдіане не молятся ни съ кемъ изъ православныхъ, хотя бы тотъ отличался честнымъ поведеніемъ, не имелъ ничего достойнаго обвиненія, не могъ быть уличенъ въ любодеяніи, или прелюбодеяніи, или корыстолюбіи, но единственно потому, что онъ находится въ общеніи съ Церковію. Действительно страшно переменять имя христіанъ святой Церкви, не имеющей другаго имени, кроме имени Христа и христіанъ, и называться именемъ Авдія, делать собранія и желать носить на себе названіе простаго человека, хотя бы секта эта отличалась безупречностію жизни и всякою справедливостію. После смерти Авдія, присоединились къ его обществу многіе епископы, и прежде всехъ некто Ураній въ Месопотаміи. Онъ увлекъ некоторыхъ изъ Готфіи и поставилъ ихъ епископами: таковъ былъ некто Силуанъ и некоторые другіе, изъ которыхъ некоторые уже умерли и между прочимъ Ураній, который славился въ среде этой секты. После же смерти этихъ епископовъ, — Уранія и Силуана изъ Готфіи, многіе отделились, и общество Авдіанъ дошло до малаго числа въ пределахъ Халкиды и въ пределахъ Евфрата. Ибо не только многіе изъ нихъ, но и наши, жившіе тамъ, христіане изгнаны были изъ Готфіи, когда настало великое гоненіе отъ царя языческаго и сделалось ужаснымъ; и вследствіе ненависти къ Римлянамъ за то, что римскіе императоры были христіане, весь родъ христіанскій былъ изгнанъ изъ этихъ странъ.