Творения

(*) Разумеется Св. Иоанн монах (Дамаскин) коего слова здесь и в следующем вопросе приводит Св. Нил- из чина погребения.

113. Вопр. Как выясняет преподобный ту мысль Св. Иоанна Златоуста, что жизнь наша и пути худши есть?

Отв. "Путешествующий, в какую сторону захочет пойти, идет, и в какую не захочет, нейдет, и когда находится в гостиннице, знает когда пришел в оную, и когда имеет отойти: вечером пришел, в утро отойдет; а если бы захотел, может замедлить или ускорит отшествием. А мы, хочем или не хочем, должны неотложно изъити от миpa сего, и нам неведомо, когда изъидем; и не в нашей состоит то воле, чтобы остаться здесь на нисколько времени, хотя бы мы и желали, но внезапно находит на нас воистину страшное таинство смерти: душа с трудом отходит от тела, разрывая, по изволению Божию, и расторгая составы и нити, скреплявшия их естественный союз. И что сотворим тогда, если заранее не подумали об этом часе, если не приготовлялись к нему и обрящемся неготовыми? О, тогда уразумеем, в коликом подвиге находится душа, при разлучении с телом! Колико сокрушается, скорбит ища помощи; и нет, кто бы ей помог: возводит она очи свои к Ангелам, и молит их, но безуспешно; простирает руки свои к человекам, и нет ей помощи ни от кого, — ни от кого, разве от Бога и добрых дел".

114. Вопр. Какое наставление выводит преподобный из затруднительнаго и тяжкаго положения души, разлучающейся с телом?

Отв. "Разумея, говорит он, краткую нашу жизнь, попечемся о смертном часе, не вдаваясь в молвы миpa сего и в попечения неполезныя. Всуе бо мятется всяк человек, говорит св. Писание. Хотя бы мы и весь мир прибрели себе, но в гроб вселимся, ничего не взяв туда из миpa сего, ни красоты, ни славы, ни власти, ни чести, ни другаго какого-либо здешняго блага. Вот мы смотрим в гробы, — что же видим? созданную нашу красоту безобразну, безславну, не имеющую доброты. Видя напр. обнаженныя кости, узнаем ли из них: кто царь, кто нищий, кто славный, кто неславный? где красота и велелепие миpa сего? Не все ли обратилось в смрад и приняло вид отвратительный? И вот все, что мир имеет прекраснаго и вожделеннаго, изменилось в непотребство и ничтожество: как увядший цвет отпадает, как тень мимоходит, так преходит все человеческое. Почудимся такой превратности и воззовем в душе своей: о чудесе! что сие, еже о нас бысть таинство? како предахомся тлению? како припрягохомся (подверглись) смерти? Воистинну Божиим повелением, якоже есть писано. (*) За преступление заповеди Адам подпал болезни (всякому бедствию); и за вкушение от древа в Едеме, когда змий изблевал яд свой, всеродная (для всего рода человеческаго) вошла смерть, поражающая нас.

Но Владыка, который, глубиною неизреченной Своей мудрости, полагает пределы жизни нашей, и во власти Своей имеет державу смерти, снисшедши, низложил змия и, даровав нам Воскресение (заслужив нам то благодеяние, чтобы в определенное время воскреснули), преселяет рабов своих к иной жизни".

(*) См. чин погребения, после 9 песни, самогласны, песнь 8 гласа: Плачу и рыдаю…

115. Вопр. Доселе преподобный Нил учил о памяти смерти: как учить он о памяти суда страшнаго! Ибо та и другая вместе составляют для инока великое охранение, возбуждение и подкрепление.

Отв. "Теперь, вещает он ученикам и братии своей, приимем в ум свой, приимем второе пришествие Господне, и наше воскресение, и страшный суд, воспоминая все то, что Господь изрек в Евангелии Своем о сих событиях. По скорби дний тех, рек Господь, селнце померкнет, и луна не даст света своего, и звезды спадут с небесе, и силы небесныя подвигнутся. И тогда явится знамение (по толкованию Св. Отец — крест) Сына человеческаго на небеси: и тогда восплачутся вся колена земная, и узрят Сына человеческаго, грядуща на облацех небесных с силою и славою многою. И послет Ангелы Своя с трудным гласом велиим, и соберут избранныя Его от четырех ветр, от конец небес до конец их" (Матф. 24, 29–31). Сия словеса Господни написал богогласный Матвей. Возлюбленный же ученик Господа, Иоанн Богогласный, передает следующие глаголы Его: грядет час, в оньже ecu сущии во гробех услышат глас Сына Божия, и услышавше оживут, и изыдут сотворшия благая, в воскрешение живота: a сотворшии злая, в воскрешение суда (Иоан. 5, 28, 29). И паки евангелист Матфей пишет; егда приидет Сын человеческий в славе Своей, и вcu свяmиu Ангели с Ним: тогда сядет на престол славы Своея. И соберутся пред ним вси языцы, и разлучит их друг от друга, якоже пастырь разлучает овцы от козлищ. И поставит овцы одесную Себе, а козлища ошуюю.

Тогда речет Царь сущим одесную Его: приидите благословеннии Отца моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения миpa. Сущим же ошуюю Ею речет, идите от Мене проклятии во огнь вечный, уготованный диаволу и ангелом его. И идут сии в муку вечную: праведницы же — в живот вечный (25, 31–34, 41, 46)".

116. Вопр. Какия чувствования выражает преподобный Нил, праведнии сии предвещат о втором пришествии Христовом и о суде?

Отв. "Что, взывает он, что, братия, может быть страшнее и ужаснее того грознаго зрелища и видения, которое на страшном суде представят нам собою все согрешившие и непокаявшиеся, когда, за нераскаянность свою, отошлются они, праведным определением Божиим, к вечным мучениям, когда, в лютом трепете, возопиют они неуслышанно и восплачутся горько? Как не тронемся и не возрыдаем, вообразив в уме своем те страшныя и лютыя муки, о которых сказует Писание: огнь вечный, тьму кромешную, пропасть глубокую, червя лютого и неусыпающаго, скрежет зубов, и прочия страдания, имеющия постигнуть людей, согрешивших и делами своими прогневавших преблагаго Бога, от нихже первый есмь аз окаянный? Какой страх, братия, объимет нас, когда поставятся престоли, разгнутся книги, и Бог сядет на суде со славою, и Ангели будут предстоять Ему в трепете? И что сотворим тогда мы, во многих грехах виновные, когда услышим, как Господь призывает благословенных Отца Своего в царствие небесное, грешных же, отделив от среды избранных, отсылает в муку? Какой дадим ответ? что скажем, когда все дела наши предстанут нам в обличение, и все наши тайныя слова, помышления, всё, днем и ночью, сокровенно содеянное — обнаружится пред всеми? Какой срам тогда покроет нас? Отречься от студных дел не будет возможности; истина уличит, и страх превеликий и стыд поразит души грешных.

Не то будет с праведными: они в радости и веселии внидут в чертог небесный, приемля награду за добрыя свои дела. И кто может, братия, изрещи страх оный и ужас втораго пришествия Господня, и суда страшнаго и неумытнаго (неподкупнаго, нелицемернаго)? "Если бы, говорит некто из отцев, возможно было тогда умереть, весь мир умер бы от страха".

117. Вопр. Какое наставление преподал Авва Нил в заключение сказаннаго в главе сей?

Отв. "Посему-то, вещает он братии, убоимся и ужаснемся, и углубим все cиe в уме нашем. И хотя бы сердце наше и отвращалось памяти и помышления о грядущих страхах, станем принуждать его к тому, и да вещаем в душе своей выну: "увы, омраченная душа, се приближилось время твоего с телом разлучения! Доколе не отстанем от злых дел? доколе в разленении пребываем? что не помним страшный час смертный? что не трепещем страшнаго судища Спасова? какой принесешь туда ответ и оправдание? Се дела твои предстоят, обличая тебя и свидетельствуя противу тебя! Но, о душе, доколе имаши время, примись за благое житие; прибегни ко Господу, предвари Его и верою возопий: "согреших, Господи, согреших пред Тобою много, но ведаю благосердое Твое человеколюбие. Посему припадаю и молюся Твоей благости: да приидет на мя милость Твоя (*), Владыко; яко смятеся душа моя, и болезненна есть во исхожденни моем от окаянного моего и сквернаго телесе сего; да не когда лукавый супостата совет срящет, и препнет ее во тьме за ведомые и неведомые в житии сем бывшие ми грехи.

(*) Эта молитва принадлежит великомученику Евстратию и преп. Макрине. Милостив буди ми, Владыко, и да не узрит душа моя мрачного взора лукавых демонов; но да приимут ее Ангели Твои светлии и пресветлии. Имеяй власть оставляти грехи, остави ми, да почию, и да не обрящется грех мой пред Тобою, еже согреших, немощи ради естества моего, словом, делом и помышлением, в разуме и неразумии.