Творения

И Отец, и Сын, Которые в этом мире живут в согласии, это один Бог, ибо один есть как бы двое и двое словно один. 9. И не удивительно, когда и Сын в Отце, поскольку Отец любит Сына, и Отец в Сыне, поскольку Он подчиняется пожеланиям Отца и никогда не делал и не делает ничего, кроме того, что хотел или приказал Отец. 10. Наконец, о том, что Бог один, как Отец, так и Сын, сказал Исайя в том примере, который мы приводили выше: «Будут умолять тебя, говоря: у тебя только Бог, и нет иного Бога».[501] А также в другом месте сказал: «Так говорит Господь, Царь Израиля, и Искупитель его, Господь Саваоф: Я первый и Я последний, и кроме Меня нет Бога».[502] 11. Итак, он назвал две личности: Бога Царя, т. е. Христа, и Бога Отца, Который вывел Того из ада после казни, как, о чем мы уже говорили, сказал пророк Осия: «От власти ада Я искуплю их».[503] Ведь Исайя, говоря тогда и о той, и о другой личности, утверждал: «И кроме Меня нет Бога». Хотя мог бы сказать: «Кроме нас». Но нельзя было с помощью множественного числа разорвать тесную связь. 12. Ведь есть только один–единственный, свободный, всевышний Бог, не имеющий начала, ибо Сам Он начало [всех] вещей; и в Нем одновременно и Сын, и все заключено. 13. Поэтому, коль скоро разум и воля одного пребывает в другом или, лучше сказать, один разум и одна воля в обоих пребывает, заслуженно каждый из Них называется единым Богом.

Ибо все, что есть в Отце, перешло к Сыну, и все, что есть в Сыне, исходит от Отца. 14. Стало быть, нельзя почитать только Всевышнего и единственного Бога иначе, как через Сына [per filium]. Тот, кто полагает, что чтит одного Отца, не почитает ни Сына, ни Отца. 15. Кто же принимает Сына и произносит Его имя, тот вместе с Сыном и Отца чтит, ибо Сын есть посланник, вестник и первосвященник Всевышнего Отца. Он — дверь великого храма, Он — путь света, Он — вождь ко спасению, Он — врата жизни.

30. 1. Но поскольку появилось множество ересей и народ Божий разорван интригами демонов, нам следует в нескольких словах отгородить истину и дать ей собственное жилище, чтобы если кто захочет черпать воду жизни, спускался бы не к испорченным озерам, которые лишены протоков, но искал бы обильный источник Божий, подкрепляясь из которого он овладевал бы вечным светом. 2. Прежде всего надобно знать, что и сам Он, и посланцы Его предсказали, что появятся многие секты и ереси, которые разорвут целостность святого тела [Церкви], и призывали нас быть весьма осмотрительными, чтобы никогда не попадаться в сети и ловушки нашего врага, с которым, как того и хотел Бог, мы должны бороться. 3. Тогда [в прежние времена] нам были даны верные указания, которые мы всегда должны соблюдать. Многие же, забывшие их, покинув небесный путь, выбрали себе беспутную дорогу по извилинам и через пропасти, по которой повели беспечную и простодушную часть народа ко мраку и смерти. До чего это дошло, я сейчас открою. 4. Некоторые из наших были либо не слишком тверды в вере, либо не слишком сведущи, либо весьма неосторожны, они‑то и разорвали наше единство и пошатнули Церковь. 5. Те, чья вера была шаткой, хотя делали вид, что признают и почитают Бога, стараясь увеличить свое богатство и почет, жаждали высшего священства.

Побежденные лучшими [из нас], они предпочли удалиться со своими сторонниками, вместо того чтобы терпеть главенство тех, кем сами недавно жаждали руководить. 6. Некоторые же, недостаточно сведущие в Священных Писаниях, не могли ответить обличителям истины, утверждавшим, что невозможно или странно, чтобы Бог был заключен в чреве женщины; что не могло небесное могущество дойти до такого смирения, чтобы заслужить у людей презрение, насмешки, оскорбления и поругания, чтобы, наконец, претерпеть пытки и быть недостойным образом казненным через крестование. 7. Когда все это они не смогли ни с помощью собственного дарования, ни с помощью учения ни отразить, ни опровергнуть, поскольку не совсем понимали силу и смысл [этих таинств], уклонились от правильного пути и исказили Священные Писания, так что создали себе новое учение, лишенное как основания, так и прочности. 8. Иные же, обольщенные словами ложных пророков, о которых предвещали и истинные пророки, и сам [Христос], отвернулись от учения Божия и оставили истинное предание. 9. И все они, пойманные в ловушки демонов, которые должны были бы видеть заранее и остерегаться их, бесстыдно испортили и божественное имя, и культ. 10.

Ведь когда они назвались фригийцами,[504] новаци–анами,[505] валентинианами,[506] маркионитами,[507] антропианами или как‑то иначе, они прекратили быть христианами, поскольку, оставив имя Христа, приняли для себя человеческие и посторонние наименования.,11. Итак, есть только одна кафолическая Церковь, которая сохраняет за собой истинный культ. Она — источник истины, она — жилище веры, она—храм Божий. Если кто не входит в нее или, напротив, покидает ее, лишает себя надежды на вечную жизнь и спасение. Никто не должен оспаривать этого. 12. Ведь речь идет о жизни и о спасении; если кто с осмотрительностью и тщанием не заботится о них, тот их лишится. 13. Но все же, поскольку отдельные ли еретики или собрание их считают прежде всего себя христианами, а свою Церковь — кафолической, следует знать, что та Церковь воистину кафолическая, в которой есть исповедание и покаяние, которые исцеляют грехи и промахи, которым подвержено слабое тело. 14. Я между тем весьма кратко сказал об этом, чтобы всякий, кто жаждет избежать ошибки, не впал в еще большее заблуждение, пока будет постигать глубины истины. Позже мы полнее и точнее в особом сочинении выступим против всех сект лжецов. 15. Поскольку мы достаточно сказали об истинной религии и мудрости, в следующей. книге следует поговорить о справедливости.

Книга V. О СПРАВЕДЛИВОСТИ

1. 1. Я не сомневаюсь, что если коснется этого нашего труда, в котором защищается единственный Творец и Правитель безмерного мира, кто‑то из суеверных людей, то, будучи неспособен противостоять чрезмерному суеверию, он разразится бранью и, едва прочитав начало, отшвырнет его, отбросит и проклянет, а если терпеливо прочтет его или прослушает, то сочтет, что прикоснулся к преступлению и осквернил себя им. 2. Если так случится, то мы все‑таки требуем по человеческому праву, чтобы он осудил нас не раньше, чем разберется во всем. Ведь если дается возможность защищать себя злодеям, изменникам, колдунам, и нельзя никого осуждать, не разобрав обстоятельств дела, то нам не кажется несправедливым требовать, чтобы если кто‑то станет нападать на наш труд, то, если он читает, прочел бы до конца, если же слушает, выслушал бы полностью. 3. Однако мне известно упрямство людей, и мы никогда подобного не добьемся. Ибо они боятся, как бы они, захваченные нами, не были вынуждены сдаться, когда громогласно заявит о себе истина. 4. Вот они и шумят и протестуют, лишь бы не слушать, и закрывают глаза свои, лишь бы не видеть свет, который мы предлагаем. Этим они совершенно ясно показывают недоверчивость своего пропащего ума, ибо не желают ни узнать, ни вступить в спор, так как знают, что без особого труда будут повержены. 5. И потому, вступая в спор, они

Бьются, не мудрость пуская вперед, но силу приемля[508]

как сказал Энний. Так как они готовы осудить, словно преступников, тех, чья невиновность им известна, они не хотят и слышать о самой невиновности, как будто бы более несправедливым было бы осудить известную невиновность, нежели неизвестную. 6. Но, как я сказал, они боятся, что если станут слушать, то не смогут осудить. И потому они терзают почитателей Всевышнего Бога, т. е. праведных людей, преследуют их и убивают, ибо не могут сами назвать причины неприязни, по которым столь сильно их ненавидят. 7. Поскольку же они сами заблуждаются, то гневаются на тех, кто идет верной дорогой, и поскольку сами не могут исправить себя, заблуждения свои пополняют жестокими поступками, оскверняют себя кровью невинных и вырывают посвященные Богу сердца из растерзанных тел. 8. С такими вот людьми мы теперь будем бороться и спорить; будем стараться привести от вздорного убеждения к истине тех, кто с большим удовольствием глотает кровь, нежели слова праведников.