Троицкие листки

Благословен еси, Христе Боже наш, Иже премудры ловцы (Апостолы) явлей, низпослав им Духа Святаго, и теми уловлей вселенную: Человеколюбче, слава Тебе! Скорое и известное (истинное) даждь утешение рабом Твоим, Иисусе, внегда унывати духом нашим; не разлучайся от душ наших в скорбех; не удаляйся от мыслей наших во обстояниих (бедствиях), но присно нас предвари. Приближися нам, приближися, везде Сый! Как со Апостолы Твоими всегда еси, сице и Тебе желающим соедини Себе, Щедре: да совокуплени Тебе поем, и славословим Всесвятаго Духа Твоего. Утешителя (ходатая) имуще ко Отцу — Христа Бога, Утешителю иному, пришедшему к нам на землю днесь, Духу Святому, верою поклонимся. Божественный Душе Святый, Иже всем разделяяй дарования и вся творяй волею, вдохни ми светоносное Твое дарование, яко да славлю Тя, Отцу и Сыну совокупляема. Из Отца неизреченно исходяща, и на Сыне неслиянно почивающа, Духа честнаго и всесильнаго, Тя превозносим во веки. Хотением Твоим дарования раздаваяй имже хощеши, Утешителю, Тебе Бога знающим, Твою благодать подаждь верою вопиющим. Песньми немолчными благодать Духа, в дыхании бурне облиставшую Богоглаголивых Апостол, согласно славим, со бесплотными лики вопиющие: свят еси, Господи! Во пророцех первее глаголавый и законом (Моисеевым) проповеданный несовершенным (людям), Бог истинный Утешитель познавается днесь служителем и свидетелем Слова.

Вся подает Дух Святый: точит (источает) пророчествия, священники совершает, некнижныя (Апостолы) мудрости научи, рыбари Богословцы показа, весь собирает Собор церковный (всю Церковь). Единосущне и сопрестольне Отцу и Сыну, Утешителю, слава Тебе! Свет — Отец, Свет — Слово, Свет — и Святый Дух, Иже во языцех огненных Апостолом послася, и Тем весь мир просвещается Троицу почитати Святую. Дух Святый бе убо присно, и есть, и будет, ниже начинаем, ниже престаяй, но присно Отцу и Сыну счинен и счисляем (соединен и совокуплен). Живот и животворяй, Свет и света Податель, Самоблагий и Источник благостыни, Имже Отец познавается, и Сын прославляется, и от всех познавается едина Сила, едино счетание (соединение), едино поклонение Святыя Троицы — Дух Святый — Свет и Живот, и живый Источник умный (духовный), Дух премудрости, Дух разума; Благий, Правый, Умный; обладаяй, очищаяй прегрешения; Бог и боготворяи; Огнь, от Огня происходяй; глаголяй, деяй (действуя), раздавали дарования; Имже пророцы вси и божественнии Апостоли с мученики венчашася. Странное (дивное) слышание, странное видение: Огнь разделяяйся в подаяние дарований! О Душе премудрости и страха Божия, истины, совета и разума, мир подаваяй, вселися в ны, яко да освятившееся Твоим вселением, из нощи утреннююще, славословим Тя, Человеколюбче.

Всесвятый Душе, исходяй из Отца и Сыном пришедый к безкнижным учеником, Тебе Бога познавших спаси и помилуй всех! Царю Небесный, Утешителю, Душе истины, Иже везде сый и вся исполняяй, Сокровище благих и жизни Подателю, прииди и вселися в ны, и очисти ны от всякия скверны, и спаси, Блаже, души наша. — Прииди к нам, Душе Святый, соделовая причастники Твоея святости, и света невечерняго, и божественныя жизни, и благоуханнейшаго раздаяния, Ты бо река Божества, из Отца Сыном происходящий. Душе правый, на пути правыя настави Тебе богословящия. Ныне в знамение всем яве языцы (огненные языки) быша. Иудеи бо, от нихже по плоти Христос, неверием недуговавше, Божия благодати отпадоша, и (мы) сущии от языков (язычников) Божественнаго света сподобихомся, утвердившеся словесы учеников, вещающих славу Благодетеля всех Бога, с нимиже сердца с коленами приклонше, верою поклонимся Святому Духу, утвердившеся Спасителем душ наших.

484. Грех кощунства

Что такое кощунство? Кощунство — это шутка, насмешка или поругание святыни. Заметьте, друга мои, шутка над святыней — то же, что и поругание, оскорбление святыни. Это тяжкий грех против третьей заповеди Божией (смотри "Православный Христианский Катехизис"). Почему же шутить над святыней значит оскорблять ее? А потому, что где святыня, там и благодать Божия, там таинственное присутствие особенной силы Божией, освящающей и спасающей человека. А можно ли шутить, смеяться над силой Божией? Не значит ли это — нам, ничтожным тварям, смеяться над Самим Творцом своим и Богом?... И подумать, братие, страшно о такой дерзости!

При царе Давиде был такой случай. Перевозили священники израильские Ковчег Завета Божия на колеснице из одного города в другой. Некто Оза, опасаясь, чтобы Ковчег Господень не упал с колесницы, вздумал поддержать его, как обыкновенную вещь, но лишь только без благоговения коснулся его рукой, как пал мертвым. Так Господь требует почтения ко всякой святыне! Благоговейный страх, смиренное, молитвенное расположение сердца — вот чем должна быть занята душа при мысли о всем, что свято, что близко к Богу, что освящено Его благодатью. Близки к Богу святые Божии угодники: как же можно шутить или смеяться над ними? Не оскорбление ли это будет Самому Богу? Позволишь ли ты смеяться над близким тебе человеком — отцом, матерью, дорогим твоим другом или благодетелем? Нет; ты, человек, не понесешь этой шутки, оскорбительной для чести близких тебе людей: можно ли думать, что Господь ни во что поставит кощунственные речи о святых Его угодниках? Ты обидишься, если кто-то будет осмеивать портрет твой или близких твоих? Как же дерзнешь ты шутить или смеяться над святыми иконами? Ты оскорбишься, если кто-нибудь станет читать твое письмо, искажая его смысл, обращая твои слова в смехотворство?

Как же ты решаешься обращать в шутку святые словеса Божии, начертанные во Священном Писании, прилагать их к беседе, где не подобает, возбуждать ими смех, как будто это — не словеса Божии, а шутки и кривлянье балаганного скомороха?.. Удержи, брате, язык твой от грешного слова кощунного! Убойся Бога: «Бог поругаем не бывает» (Гал. 6; 7), и не допустит, чтобы ты безнаказанно позволял себе ради греховной потехи (не говорю уже — ради прямой хулы) смеяться над всем, что требует от нас благоговейного себе почтения и поклонения!

Конечно, Бог милосерд и долготерпелив; но Он — и правосуден; как и наши предки говорили: "Бог долго терпит, но больно бьет!" Вот тому примеры. В 1886 году на Черном море погиб русский пароход "Царица". Вот что рассказывает очевидец этого крушения в журнале "Благовест" (1887, № 9): "В каюте I класса стоял образ святителя Николая, около которого офицеры очень небрежно курили табак. Я заметил, что это неприлично, но в ответ получил насмешку и еще большее глумление над святыней; один из них нарочито набрал дыма в рот, и потом пустил его в самый лик святителя... Возмущенный этим кощунством я сказал офицеру: "Смотрите, святитель Николай сколь милостив, столь же и грозен; он не потерпит этого и вас накажет." Спустя немного времени раздался страшный треск и... дальнейшие подробности крушения нашего парохода известны из газет". Рассказанный случай тем поучительнее, что святитель Христов Николай почитается в Православной Церкви покровителем в море плавающих.

А вот рассказ одного почтенного старца, простеца, о самом себе, о том, как строго наказал его Господь за кощунственное глумление над святым пророком Божиим Илией. "На грешной душе моей лежит, как тяжелый камень, смертный грех. Оттого я и не ем рыбу, не ем и молоко и мясо, и ничего скоромного шестой десяток уже в рот не беру; не в похвальбу будь это сказано: не пью я ни вина, ни пива. Смолоду было со мной сатанинское наваждение, такое ужасное, что добрым людям и рассказать страшно. Тогда я и ел, и пил, и вина-то напивался, бывало, до бесчувствия и безобразия. Что уж мне теперь, старому человеку, таиться? Раскаюсь я перед миром всем крещеным. От людей ведь утаишь, а от Бога не утаишь: Он все видит, милосердый наш Батюшка, и до поры до времени терпит нас, окаянных грешников, — тут старик рукавом кафтана отер слезы, катившиеся по бледному, изнуренному лицу, и продолжал. — Молодого-то меня уму-разуму наставлять было некому: полугодовалым остался я от кормильцев моих — от отца с матерью. Говорят, в одни суточки прибрал их Бог. Дай-то, Господи, их душенькам Царство Небесное, рай пресветлый; упокой их, Господи, помилуй их, Христос Небесный. После них я и остался один-одинешенек, как перст на свете, но недаром поговорка говорится: "Свет не без добрых людей". В нашей деревне жил мужик, кузнец, дядя Максим.