Страница 35 из 83
Что касается внешней истории текста и его наружного вида, то про нее нет нужды много говорить. Так же, как и в ветхозаветном тексте, знаки препинания, разделения слов, придыхания и прочее сперва находились в зачаточном состоянии. Нынешнее деление новозаветного текста — явление очень позднее. Деление его на главы первый сделал Стефан Лангтон, профессор Парижского университета, потом архиепископ Кентерберийский и кардинал (t 1228 г.). Но это деление требовало
еще усовершенствований и поправок. Между прочим, к последним приложил руку
180
и кардинал Гуго де Сен-Шер (Hugues de Saint-Cher), которому Женеб-рар несправедливо приписал всю честь первоначального разделения Нового Завета на
главы. Нынешнее разделение, как оно есть, произошло постепенно уже после
181
НИХ .
На стихи разделил текст Нового Завета парижский типографщик Роберт Стефан. Первое издание с разделением на стихи было выпущено им в 1555 году. Текст был греко-латинский, а цифры стихов стояли на полях. В самый текст они были
внесены уже через десять лет Феодором Бэзой. Однако мысль разделения на стихи
182
не принадлежит Роберту; он имел предшественников .
Библейские переводы
183
Изучающему Свящ. Писание необходимо быть знакомым с переводами его . Я приведу данные только о главнейших.
1. Перевод LXX
Перевод Семидесяти толковников, по древнему и об--147-
148-149_страниц_не отсканированы!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
1751 г.) при императрице Елисавете Петровне. Это издание — точная копия перевода LXX, в которой основной канвой, конечно, остался древний славянский. Но в нем еще довольно несовершенств, и для толкователя (различать от простого
благочестивого читателя, имеющего целью личное спасение!) требуется
188
прибегание к еврейскому и греческому подлинникам .
3. Русский перевод
История этого перевода грустного свойства, и в нескольких строках нельзя
189
пытаться ее передать . Достаточно сказать, что в результате ее мы имеем теперь так называемый синодальный перевод Библии (закончен был в 1875 г.) на русский язык, в котором за основу взят еврейский текст, но при освещении его грекославянскими переводами (расположение глав и стихов, произношение собственных имен и т. п.). Перевод отличается точностью и даже буквальностью190.
Кроме вышеуказанных переводов необходимо упомянуть, хотя бы кратко, о еще некоторых .
4. Перевод Акилы
Автор сперва был язычником, потом перешел в христианство, наконец, отлученный от Церкви за усиленные занятия астрологией, принял иудейство. В отместку христианам составил перевод еврейской Библии на греческий язык (во второй половине II века), в котором уничтожал мессианские места. (Переводя, например, Йс. 7, 14, вместо ларфеѵо<;, «Дева», — vsavi<;„ «молодая женщина», и т.
п.). Перевод, в общем, рабски копирует еврейский подлинник. Сохранился в гексаплах Оригена191.
5. Перевод Симмаха
192
Автор (жил при императорах Комм оде и Севере, 180-211 г.) , подобно предыдущему, тоже был прозелитом и тоже мстил своим переводом, но уже самарянам (он был раньше самарянином) за то, что не получил от них власти, которой домогался. Евсевий, Иероним, арамейское предание называют Симмаха евионитом193. Перевод его свободный, чистый, изящный194.
6. Перевод Феодотиона.
И этот также был раньше еретиком (маркионитом или евионитом) и перешел в иудейство195. Перевод Феодотион составил в половине (или немного раньше) II века, и имел пред глазами чаще текст LXX, чем подлинный еврейский.
-150-
Поэтому Церковь, в тех местах, где первый был неисправен, поправляла его даже по переводу Феодотиона. До 400 стихов в книге Иова и до сих пор в греческой Библии остаются в переводе Феодотиона. Наш славянский перевод книги пророка Даниила сделан с него же196. Самый перевод содержит много еврейских слов, хотя и некритичен. Церковь, несмотря на то что кое-чем воспользовалась от него, была осторожна с ним. Помнила и то, что блаж. Иероним выразил словами: «Феодотион, наравне с Акилой и Симмахом, многие тайны о Спасителе сокрыл ложным
197
толкованием». Иного от еретика и ждать нельзя .
Из всего вышеуказанного нам урок, как обращаться с сочинениями Неверов и сектантов: бери что угодно на пользу и отбрасывай то, что приносит вред. А пользоваться, в общем, можно. Так и апостол Павел поступал и прочие (Деян. 17, 28; 2 Петр. 2, 22; 1 Кор. 15, 33 и др.)
7. Таргумы, или халдейские парафрасты
Таргумы — это свободные переводы священного еврейского языка Библии на арамейское наречие, иначе — запись синагогического толкования Свящ. Писания. Причина их появления была та, что евреи, по возвращении из вавилонского плена, свой язык стали забывать, а арамейский, пли сирохалдейский, язык принимать в обиход. Из этих таргумов более авторитетными признаются: таргум Онкелоса на Пятикнижие и таргум Ионафана на пророков. Все эти переводы принадлежат иудеям. Много в них вставок разных, толкований, новых воззрений, баснословии, и
198
надежным пособием к изучению священного текста они не могут быть.
8. Пешито
О нем была уже краткая речь. Перевод этот употреблялся в Сирии и был церковным. Кем составлен, неизвестно, по только в начале христианства, то есть в первом веке, он, вероятно, уже существовал. По крайней мере, ко времени св. Ефрема Сирина (+ 377 г.) он уже «устарел». Пешито буквален, удобопонятен, ясен, иногда близок к LXX. В настоящее время довольно еще распространен (у несториан, яковистов, маронистов, в Индии, Китае, Туркестане, Персии и т. д.). Великий Ефрем Сирин свои толкования составлял по этому переводу. Отсюда его
199
важность .
-151-
9. Вульгата200
Этот перевод для католиков имеет то же значение (даже еще большее), что для нас греко-славянский. В основу его лег древнеиталийский перевод Библии, а сама Вульгата составлена блаж. Иеронимом. Занимался он ею 16 лет (389-405). Язык перевода — обычный в то время литературный латинский. Переводчик выражает мысль (а не букву, по собственным его словам) точно и изящно, хотя и не в такой степени изящно, как в остальных своих сочинениях, что, конечно, объясняется желанием его приблизиться к подлиннику. Вообще же блаж. Иероним держится середины — не слишком буквален и не слишком далек от еврейского текста. В общем, перевод, из-за поспешности работы, недостатка филологических основательных пособий и прочего, даже по признанию тонких и осторожных иезуитов, нельзя считать «во всех отношениях абсолютным и совершенным —
201
absolutam et perfectam» . И если принять в расчет, что, кажется, нет возможности очистить его от бесчисленного количества ошибок переписчиков и корректоров, вкравшихся в текст на протяжении веков, то понятно будет, какой критический «абсолютный» авторитет должен иметь перевод в глазах всякого непредвзятого человека. И все-таки католики его канонизовали. Но за это и казнились, и казнятся до 202
сих пор .
История библейского Канона. Как на нее смотрит наука и как должно смотреть на нее спасающемуся?
Мы подошли к самому важному вопросу, нарочно отодвинутому мною на конец. Он заключается в следующем: откуда узнали, что те книги, которые выдаются за священные и за произведения пророческие и апостольские, действительно принадлежат им? Кто это знает, кто может доказать, раз автографов не сохранилось?
Обычно вопрос этот исследуют рационалистическим образом, не без азарта и горячности с той и другой стороны, поскольку от него зависит направление культуры и крушение личного мировоззрения. Ибо всякому понятно: раз Библия не есть подлинное Слово Божие, а выдумка и подделка человеческая, то с ней можно что угодно делать и жить после этого тоже как угодно.
Внешне это дело обстоит обычно так, что выискиваются исторические свидетельства в пользу достоверности или недостоверности того или иного памятника. В зависимости от этого стоит и его удельная ценность.
-152-
Но ясное дело — та кой подход несостоятелен. Все равно, доказать подлинность вещей, которых мы сами никогда не видели и не увидим, по свидетельству чужих лиц, нельзя. Для неверного все будет неубедительно, и малейшая отрицательная инстанция, малейшее свидетельство «против» будут ему гораздо милее тысячи других «за», потому что достоверность тех и других основывается на личных чувствах, на субъективной вере, на которой строятся уже объективные доказательства.