Страница 80 из 154
Отвергаю ложных языческих богов: на небе не может быть многих богов. Единого и единственного Бога воспеваю; ненавижу арианство. Не говорю: было некогда время, когда (Бог) не был Отцом, но проповедую, что Бог всегда Бог, что Он всегда Отец, и Отец так, как Ему самому ведомо. Верую в Господа нашего Иисуса Христа, Сына Божия единородного; от Бога рожденного прежде всех веков, как ведает только сам Рожденный; рожденного, не сотворенного; рожденного, не созданного; рожденного, не приобретенного; из самого отеческого существа без времени воссиявшего, не совне привзошедшего (т. е. пришедшего — прим. ред.) откуда–либо, не подкинутого или незаконного сына, но истинное сияние истинного Отца, неизменное отображение невидимого образа.
Понимаю различие двух Его природ: не разделяю единого Сына на двух Сынов. Верую и в Духа Святого, Духа истины, от Отца исходящего, неразделимого от Святой Троицы: Ему вверяю мое освящение, на Него уповаю о своем воскресении из мертвых.
4. Этому постоянно поучайтесь и душой и языком; это непрестанно держите и в мыслях и на устах. Вы имеете апостольское правило веры и боголюбивой жизни: ведь без веры дела мертвы. «Говорю по [рассуждению] человеческому, ради немощи плоти вашей. Как предавали вы члены ваши в рабы нечистоте и беззаконию на [дела] беззаконные, так ныне представьте члены ваши в рабы праведности на [дела] святые» (Рим. 6:19). Блудник пусть будет целомудренным, несправедливый пусть будет справедливым, хищник — щедрым, корыстолюбивый — нищелюбивым, бесчеловечный и златолюбивый прежде — пусть теперь явится христолюбивым, хульник — песнотворцем, спешивший в театры пусть теперь спешит во двор Божий, увлекавшийся конскими ристалищами пусть посвятит свое внимание апостолам, подвиги которых для подражающих им спасительны. Как будущие невесты Христа украсьте свои души и тела. Пусть будут взоры ваши отображением душевной тишины; лица ваши пусть будут ясным отпечатком внутреннего благочестия; из уст ваших пусть исходит благоухание псалмов и гимнов скромных, целомудренных, приличных девиц, готовящихся к браку; пусть души ваши будут чистыми, белыми, чтобы они могли принять окраску, подобную царской багрянице.
Едва, наконец, мы пробудились, едва ободрились, едва нашли полезное, едва избежали вражды. Мы отрекаемся от лукавого совершенно, отрекаемся от пагубных и порочных увлечений. Мы сочетаемся отныне Спасителю, единому Богу. Прими рукописание нашего исповедания, чтобы, боясь наказания, мы сохранили то, в чем здесь обещались; прими символ нашего завета с Тобою, чтобы стыдясь символа, мы сохранили нравы свои непоколебимыми и неизменными. Будь милостив к рабам своим — пленным, обнаженным и мертвым; возврати нам прежнее родство; одень тех, которых обнажил дьявол; помажь нас елеем Твоего святого помазания, чтобы не причинило нам опять вреда укушение змея. Мы хотим соблюсти Твои заповеди, хотим быть в Твоем винограднике, хотим вблизи Тебя трудиться в качестве работников. Все дни жизни нашей мы прожили порочно; остальное время жизни хотим провести в добре. Хочешь помиловать как блудных, — помилуй; хочешь спасти как мытарей, явить человеколюбие свое как разбойникам, спасти как гонителей, — спаси как хочешь. Помилуй кающихся, как был долготерпелив к согрешающим; помилуй припадающих, как был милостив к отвергавшим Тебя; помилуй умоляющих, как сносил оскорбляющих.
Открой нам, обуреваемым, пристань крещения; открой нам, израненным, безболезненную врачебницу; открой нам, одряхлевшим, беспечальное горнило; открой нам, повинным смерти, спасительный гроб; открой нам Твоего тридневного умерщвления живоносный образ; открой нам возрождения девственную утробу; открой нам усыновления непорочную матерь; открой нам врата бессмертия; открой нам дверь небесную, потому что Ты сам сказал: «просите, и дано будет вам» (Мф. 7:7). Подтверди на деле то, что ты сказал; что обещал, исполни, как неложный.
Говоря так, ожидайте, что и Господь вам скажет: «веруете ли, что Я могу это сделать? По вере вашей да будет вам» (Мф. 9:28, 29). Ему слава во веки веков. Аминь.
Беседа на притчу о смоковнице
1. При виде цветущего дерева или быстротечного источника мы не только обращаем к ним наши взоры, но и устремляем на них свое внимание, как бы переносясь мыслью к самым этим предметам. Точно также рассказ о делах и событиях иногда настолько овладевает нашим вниманием, что мы уносимся мыслью на место действия рассказа, оставаясь телом на том же самом месте. Подобное случилось сейчас и со мною, возлюбленные. Выслушав рассказ евангелиста о том, что произошло в Вифании со смоковницей, телом я здесь, а воображением представляю себя там; вот я мысленно следую за Владыкою Иисусом и вижу смоковницу, вижу ее до Господнего повеления — цветущей и зеленеющей, а после Господнего повеления — иссохшей и унылой. «Поутру же», рассказывает евангелист, «возвращаясь в город, взалкал; и увидев при дороге одну смоковницу, подошел к ней и, ничего не найдя на ней, кроме одних листьев, говорит ей: да не будет же впредь от тебя плода вовек. И смоковница тотчас засохла» (Мф. 21:18, 19). Вот что было сейчас прочитано нам. Поражает меня это чудо; мои мысли разбегаются. Всякий раз, когда я хочу изобразить это событие в слове, тотчас вслед за рассказом передо мною встает это чудо.
Представьте себе человека, который увидел золотой сосуд, наполненный драгоценными каменьями, а на этих каменьях надписи таинственного содержания; его внимание с одной стороны привлекает самый сосуд своим изящным видом, а с другой — и камни, лежащие в сосуде; он спешит и красоту камней посмотреть, и таинственные надписи прочитать. В таком же точно положении оказываюсь и я; с одной стороны само это событие, как оно записано в евангелии, приковывает мое внимание своим блеском и красотой, а с другой стороны влечет меня к себе и духовный смысл его, обещающий еще более чудесного. «Поутру же», говорит, «возвращаясь в город», Иисус, «взалкал». О, неизъяснимое и невыразимое таинство! Взалкал Питатель вселенной; взалкал Тот, кто пятью хлебами напитал до сытости пять тысяч; взалкал Тот, кто из брения создал живые глаза; взалкал Тот, Кто ходил по волнам морским сухими ногами; взалкал Тот, Кто одною мыслью воду превратил в вино; взалкал Тот, Кто души из тел исторгал и опять словом Своим возвращал их в тела! Но как же говорит Исаия: «Вечный Господь Бог не утомляется и не изнемогает» (Ис. 40:28)? А что Христос — Бог, это очевидно для всякого сколько–нибудь верующего словам Писания: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог» (Ин. 1:1). Как же, следовательно, Бог взалкал? Взалкал образ раба, напитала же пять тысяч Владычняя воля.
К смоковнице приблизился видимый человек, мыслимое же в нем божество было повсюду. Увидел бесплодность смоковницы человек, иссушил ее словом Бог. Он сказал: «да не будет же впредь от тебя плода вовек», — и за словом последовало дело, и тотчас смоковница засохла. Слово человеческое, а дело божеское. Вообще много вопросов возбуждает у нас это событие со смоковницей по своему внутреннему смыслу; и мне кажется, что с этой именно стороны многими оно было толкуемо не совсем основательно. Впрочем, я укажу вам и взгляды на этот предмет наших предшественников, и то, что явилось плодом наших собственных усилий. В самом деле, смысл этого события, если придерживаться буквы рассказа, трудно разрешим, а просвечивающая в нем таинственность глубоко скрыта. Прежде всего, почему было нужно иссушить смоковницу словом, а не сделать ее тем же словом плодоносной? Ведь кто иссушил ее словом, Тот мог словом сделать ее плодоносной. Затем, чем была виновна смоковница, скажет кто–нибудь, если ей не время было плодоносить, по словам евангелиста Марка (11:13), так как тогда была зима? И если то, что совершил Господь над смоковницей, не заключает в себе таинственного смысла, тогда должно оказаться, что это дело, с одной стороны, заслуживает похвалы, а с другой — может подвергнуться порицанию.
Должно восхвалять за это Господа, потому что Он иссушил ее одним словом, но можно и упрекать за то, что проклял ее несправедливо. Затем должно подумать, возлюбленные, образом чего была смоковница, — потому что Христос ничего не совершал, что бы не имело таинственного значения. Ни одного из Его дел нет такого, которое бы не было весьма полезно; ни одного нет такого, которое бы не свидетельствовало громко об истине; ни одного нет такого, которое бы не двигало ум к восприятию небесного. Так и относительно этой смоковницы многие говорили, что она подобна синагоге, к которой пришел, говорят, Господь, ища от нее плода веры, и не нашел, — только учением пророков и закона она была украшена как бы листьями, — поэтому и иссушил ее, сказав: «да не будет же впредь от тебя плода вовек». Но я пытаюсь оспорить это толкование, потому что его мысль не совсем основательна. В самом деле, как мог проклясть Господь, говоривший: «благословляйте, а не проклинайте» (Рим. 12:14)? Даже и синагогу как мог Он проклясть и иссушить, когда говорит: «Сын Человеческий пришел не губить души человеческие, а спасать» (Лк. 9:56 и 19:10)