Страница 61 из 154
2. Это самое говорит сын громов, божественный Иоанн: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин. 3:16). Дай мне единородного твоего, чтобы я даровал миру Своего Единородного; принеси Мне в жертву сына твоего не для того, чтобы тебе принести, но чтобы Мне принести в жертву Сына Моего Единородного за спасение мира, жертву живую, угодную, святую. Так и здесь: «дай Мне пить», не для того, чтобы напиться Мне, но чтобы тебе от Меня получить питье. «Женщина Самарянская говорит Ему: Как ты, будучи Иудей, просишь пить у меня, Самарянки? ибо Иудеи с Самарянами не сообщаются» (ст. 9). Строгая женщина! Вот чем тщеславится блудница! Вот как соблюдает она закон! Таков вообще род самарян: валяются в грязи блуда и хотят очиститься омовениями: «Как ты, будучи Иудей, просишь пить у меня, Самарянки? ибо Иудеи с Самарянами не сообщаются». Душу наполняют скверной, а тело думают очистить. Так и самарянка: душа ее осквернена, а она препирается о питье воды. Что же Иисус? Не поразил ее? Не сказал ей: Я — Бог от Бога; Я основал и утвердил небо и землю, — о воде ли и питье споришь со Мною ты, женщина, смердящая грехами? Но что (сказал Он ей)? «Если бы ты знала дар Божий и Кто говорит тебе: дай Мне пить, то ты сама просила бы у Него, и Он дал бы тебе воду живую» (ст. 10).
Видишь, как понемногу возбуждал Он любовь ее до страсти, сказав: «Если бы ты знала дар Божий и Кто говорит тебе: дай Мне пить, то ты сама просила бы у Него, и Он дал бы тебе воду живую». Что же отвечает ему на это женщина? «Господин! тебе и почерпнуть нечем, а колодезь глубок; откуда же у тебя вода живая? Неужели ты больше отца нашего Иакова, который дал нам этот колодезь и сам из него пил, и дети его, и скот его» (ст. 11, 12). Великое представление имела эта женщина о патриархе Иакове (слушайте, прошу вас, со всем вниманием), великое мнение имела об Иакове женщина самарянская и великую славу усвояла ему как патриарху, как праведнику, так как он был отцом двенадцати патриархов: двенадцать колен Израилевых ведут свое происхождение от Иакова. Знала она, конечно, и то, что он боролся с Богом и оказался столь сильным, что Бог сказал ему: «отпусти Меня, ибо взошла заря» (Быт. 32:26). Даже Бог, борясь с человеком, говорил: отпусти Меня, потому что ты друг мой, и взошла заря. А он отвечает: «не отпущу Тебя, пока не благословишь меня». Что это за борьба у Бога с человеком и что она обозначает, как не то, что Бог имел облечься ради нас нашею плотью? Что же Бог сказал ему? Ты не будешь больше называться Иаковом, но будет имя твое Израиль: «ибо ты боролся с Богом, и человеков одолевать будешь» (ст. 28).
Вот почему самарянка имела об этом патриархе высокое мнение, вот почему она и сказала Господу: «Неужели ты больше отца нашего Иакова, который дал нам этот колодезь и сам из него пил, и дети его, и скот его»? Что же на это Христос? Заметь мудрость Господа, заметь снисходительность наставника. Не сказал ей: да, Я — больше отца вашего Иакова. Не сказал ей и так, как сказал иудеям: «прежде нежели был Авраам, Я есмь» (Ин. 8:58), или еще так: «истинно говорю вам, что многие пророки и праведники желали видеть, что вы видите, и не видели» (Мф. 13:17). Ничего подобного не сказал Он ей, но ведет борьбу с патриархом и наглядным способом борется весьма сильно. Конечно, если бы Он сказал ей: да, Я — больше Иакова: он ведь от Меня принял благословение, а Я преподал ему его, — то она не могла бы так скоро возвести своего взора на такую высоту откровения и ей оставалось бы убежать. Ничего подобного не сказал Он ей, но из явлений видимых представляет ей доказательство ясное и бесспорное. Что именно говорит Он ей? «Всякий, пьющий воду сию, возжаждет опять, а кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек; но вода, которую Я дам ему, сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную» (ст. 13, 14). Были лица, посредствующие между Иаковом и Христом, но Он оставляет прение о лицах и обращается к сравнению между водой видимой и невидимой — благодатью.
Ведь если бы Он сказал: да, Я — больше Иакова, — она тотчас же удалилась бы, убежала бы в город, уклонилась бы от ответа и, не выслушав объяснения, стала бы говорить в городе: безумный Он, что ли, или помешанный? Не то беснуется, не то бредит; странный и ничтожный человек, и вдруг говорит, что Он больше отца нашего или — лучше сказать — того, кто был отцом двенадцати колен Израилевых, получил благословение от Бога, ушел из своей страны бедным, а возвратился — по особому промышлению о нем Божию — богатым. Но Господь снисходил к женщине и, применяясь к ее слабости, мало–помалу возводил Свою собеседницу на высшую высоту. Рыболовы (как они поступают, слушай внимательно) бросают крючок в море, и когда заметят, что рыба взяла, не тотчас вытаскивают ее, но понемногу спускают ей, чтобы без помехи она проглотила приманку как следует, и когда почувствуют, что крючок проник в самые внутренности ее, тогда быстро без всякого колебания вытаскивают рыбу. Так и Христос поступил с женщиной. Не открыл ей с самого начала красоту Божества и не дал ей обещаний великих благ, ни возвестил о Себе, как Творце Иакова, но постепенно подготовляет ее душу к восприятию истины следующими словами: «всякий, пьющий воду сию, возжаждет опять, а кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек; но вода, которую Я дам ему, сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную» (ст. 13, 14).
Не вдаваясь в сравнение лиц, Он указывает на обилие благодатных даров и таким образом на деле показывает Свое преимущество перед теми, т. е. Иаковом и его сыновьями. Что же на это женщина? «Господин», говорит она, «дай мне этой воды, чтобы мне не иметь жажды и не приходить сюда черпать» (ст. 15). Видишь, как скоро она поверила, что данная Христом вода уже не оставляет после себя места жажде? «Господин! дай мне этой воды, чтобы мне не иметь жажды и не приходить сюда черпать». Постепенно Христос возбудил в ней сильное желание Его духовной воды. Она поверила, что есть вода, после питья которой уже не чувствуется более жажды, употребление которой уничтожает рукописание грехов. «Господин! дай мне этой воды, чтобы мне не иметь жажды и не приходить сюда черпать. Иисус говорит ей: пойди, позови мужа твоего и приди сюда» (ст. 15, 16). Если имеешь, говорит, общника по сожитию, пусть он разделит с тобою и веру; не одна прими дар духовной благодати, но «пойди, позови мужа твоего и приди сюда». Не одну Еву пришел Я спасти через Приснодеву и Богородицу Марию, но и мужа хочу я воззвать опять в рай, ставши Сам мужем. «Пойди, позови мужа твоего и приди сюда». Хорошо, возлюбленные, учитель вселенной Павел с тою же самою целью писал коринфянам: «Почему ты знаешь, жена, не спасешь ли мужа» (1 Кор. 7:16)? Но не будем уклоняться в сторону. «Пойди, позови мужа твоего и приди сюда.
Женщина сказала в ответ: у меня нет мужа». Начала уже жена открывать грехи свои, начала исповедываться и говорить прежде всего: «у меня нет мужа». Я погружена в бездну блуда и невоздержания, и мужа не имею. «Иисус говорит ей: правду ты сказала, что у тебя нет мужа» (ст. 17). «Ибо у тебя было пять мужей, и тот, которого ныне имеешь, не муж тебе; это справедливо ты сказала» (ст. 18). Что это значит: «Ибо у тебя было пять мужей, и тот, которого ныне имеешь, не муж тебе»? Необходимо объяснить. Пять мужей имела эта женщина и все они умерли; после этого она впала в блуд, и тогда никто уже не хотел вступить с нею в законный брак. Она же, не будучи в состоянии обуздать своих страстей, имела тайную связь. Таким образом, она не была ни явной блудницей, ни законной женой, имела мужа тайно: а Христа думала обмануть как человека, сказав Ему: «у меня нет мужа». На это Христос, знающий сокровенные тайны сердец и ведущий все прежде его совершения, говорит ей: «правду ты сказала, что у тебя нет мужа, ибо у тебя было пять мужей, и тот, которого ныне имеешь, не муж тебе; это справедливо ты сказала. Женщина говорит Ему: Господи! вижу, что Ты пророк. Отцы наши поклонялись на этой горе, а вы говорите, что место, где должно поклоняться, находится в Иерусалиме» (ст. 19, 20). Какого пророка видишь ты в Нем, женщина?