Страница 32 из 154
Но не всегда ли Он ходил один с двенадцатью учениками, употребляя все простое — и пищу, и одежду, и жилище? Но какое малодушие и какая неуместная робость! Пилат, подумав, что он действительно подвергнется опасности, если пренебрежет этим, выходит как бы с намерением исследовать дело (это именно значит выражение: «сел на судилище»); а между тем, не сделав никакого исследования, предает Его, думая тем преклонить их. А что он с таким намерением делал это, послушай, что он говорит: «се, Царь ваш» (ст. 14). Когда же они сказали: «распни Его» (ст. 15), — он опять присовокупил следующие слова: «Царя ли вашего распну» (ст. 15)? Но они вопияли: «нет у нас царя, кроме кесаря» (ст. 15), и тем добровольно сами себя подвергли наказанию. Потому и Бог предал их, что они уже наперед сами отвергли от себя Его промышление и покровительство. И так как они единогласно отреклись от Его царства, то Он и попустил им подвергнуться их собственному приговору. То, что было сказано, конечно, могло уже укротить их гнев; но они боялись, чтобы Христос, будучи отпущен, не собрал опять вокруг Себя народ, и потому всячески старались не допустить этого. Великое, поистине, зло — властолюбие, великое это зло, и может погубить душу. Поэтому–то они никогда Его и не слушали. Пилат, вследствие одних Его слов, хотел Его отпустить; а они не перестают говорить: «распни»!
Но почему они настоятельно желают подвергнуть Его такого рода смерти? Потому, что это была смерть самая позорная. Опасаясь, чтобы впоследствии не осталось какой–нибудь памяти о Нем, они стараются подвергнуть Его и казни позорной, не разумея того, что препятствиями возвышается истина. А что они это предполагали, послушай, что говорят они: «мы вспомнили, что обманщик тот сказал: после трех дней воскресну» (Мф. 27:63). Поэтому они все привели в движение и употребили все меры, чтобы очернить последующие события; поэтому непрестанно кричали: «распни», — т. е., кричала беспорядочная толпа, подкупленная начальниками.
3. Мы же не только станем читать об этом, но и будем все это содержать в своем уме, — терновый венец, одежду, трость, побои, удары по ланитам, заплевания, посмеяния. Постоянное памятование об этом в состоянии уничтожить какой бы то ни было гнев. Будут ли нас осмеивать, или будем мы терпеть что–либо несправедливо, — постоянно станем говорить: «раб не больше господина своего» (Ин. 15:20), и будем представлять себе слова иудеев, которые они в неистовстве говорили Христу: «Ты Самарянин и бес в Тебе» (Ин. 8:48); «изгоняет бесов не иначе, как [силою] веельзевула» (Мф. 12:24). Для того Христос и потерпел все это, чтобы мы шли по стопам Его и терпеливо переносили насмешки. Насмешки раздражают несравненно более, чем ругательства, и однако же Он не только перенес их, но и все сделал для того, чтобы издевавшихся над Ним избавить и освободить от предстоящего им наказания. Так и апостолов Он послал для их спасения, и потому–то ты слышишь, как они говорят: (знаем), «что вы сделали это по неведению» (Деян. 3:17), и такими словами привлекают их к покаянию. Этому станем и мы подражать; ничто так не умилостивляет Бога, как любовь ко врагам и благотворение обижающим нас. Когда кто–нибудь обидит тебя, ты смотри не на него, но на диавола, который побуждает его к тому; на диавола изливай весь свой гнев, а о нем даже жалей, так как он находится под влиянием диавола. Если ложь — от диавола (Ин.
8:44), то тем более от него же безрассудный гнев. Равным образом, когда увидишь издевающегося над тобою, помышляй, что это диавол побуждает его, потому что насмешки — не христианское дело. И если тот, кому заповедано плакать (Мф. 5:4), кто слышал слова: «Горе вам, смеющиеся ныне» (Лк. 6:25), — если тот поносит других, осмеивает и раздражается, то он заслуживает с нашей стороны не порицания, а слез. Ведь и Христос возмутился духом, кода помыслил об Иуде. Итак, будем стараться осуществлять все это на деле. Если же мы не будем так поступать, то мы напрасно и без пользы, или — лучше сказать — на зло себе пришли в этот мир. Одна вера не может ввести нас в царство небесное; напротив, из–за ней–то особенно и будут осуждены те, которые ведут жизнь порочную, потому что «тот, который знал волю господина своего, и не был готов, бит будет много» (Лк. 12:47), и опять: «если бы Я не пришел и не говорил им, то не имели бы греха» (Ин. 15:22). Какое же мы будем иметь оправдание, когда мы находимся внутри царских чертогов, удостоились проникнуть в самое святилище, сделались причастниками очистительных таинств, и, между тем, живем хуже язычников, которые не сподобились ни одного из этих даров. Если они, ради суетной славы, обнаружили столько любомудрия, то тем более надлежит нам, для угождения Богу, упражняться во всякой добродетели. А между тем, мы не пренебрегаем даже богатством.
Они неоднократно пренебрегали даже собственной жизнью и во время войны жертвовали своими детьми неистовству демонов, и презирали собственную природу ради угождения демонам; а мы не хотим пренебречь даже серебром ради Христа и гневом для угождения Богу, но воспламеняемся и бываем ничем не лучше страдающих горячкой. И как эти последние, будучи одержимы болезнью, горят как бы в огне, так и мы, точно мучимые некоторым огнем, никогда не бываем в состоянии удержаться от пожелания, а напротив, усиливаем гнев и любостяжание. Потому–то я стыжусь и изумляюсь, когда вижу между язычниками людей, пренебрегающих богатством, а у нас — всех, безумно преданных ему. Если же и найдутся такие, которые презирают богатство, — за то они бывают одержимы другою какою–нибудь страстью, напр., гневом и завистью, так что трудное дело — найти чистое любомудрие. А причина этого в том, что мы не стараемся получить врачевство от Св. Писания и слушаем его не с умилением, скорбью и стенанием, но без всякого внимания, когда случится свободное время. Оттого–то, когда бежит стремительный поток житейских дел, он все потопляет и гудит всякую пользу, какая и была, может быть, приобретена.
Ведь если бы кто, имея рану, приложил к ней лекарство, но не привязал бы его тщательно, а позволил ему отпасть, и допустил в свою язву попасть воде и пыли, и жару, и бесчисленному множеству других вещей, которые могут растравлять его рану, — в таком случае, конечно, он не получил бы никакой пользы, но не от слабости врачебных средств, а от собственной беспечности. Так обыкновенно случается и с нами, когда мы божественным словам внимаем мало, а житейским заботам предаемся всецело и непрерывно. В этом случае всякое семя подавляется и все делается бесплодным. Итак, чтобы этого не было, откроем, хотя немного, глаза, воззрим на небо, посмотрим на гробницы и могилы отошедших людей. И нас ожидает тот же конец, и эта необходимость переселения часто настает для нас прежде наступления вечера. Станем же готовиться к этому отшествию. Нам нужно многое запасти на этот путь, потому что там великий жар, большой зной, совершенная пустыня. Нельзя уже там остановиться в гостинице; нельзя ничего купить; но все надобно взять с собою отсюда. Послушай, что говорят девы: «пойдите к продающим» (Мф. 25:9); но те, которые пошли, ничего не приобрели. Послушай, что говорит Авраам: «между нами и вами утверждена великая пропасть» (Лк. 16:26). Послушай, что говорит Иезекииль о том дне: «Ной, Даниил и Иов не спасли бы сыновей» (Иез. 14:14, 18). Но не дай Бог нам услышать эти слова!
Дай Бог, напротив, чтобы мы запаслись здесь всем нужным для вечной жизни и с дерзновением узрели Господа нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу, со Св. Духом, слава, держава, честь ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
БЕСЕДА 85
«Тогда наконец он предал Его им на распятие. И взяли Иисуса и повели. И, неся крест Свой, Он вышел на место, называемое Лобное, по–еврейски Голгофа; там распяли Его» (Ин. 19:16–18).
1. Иисус Христос распят был между двух разбойников. — Для чего предназначалась надпись на кресте Иисуса Христа? — 2. Одежда нешвенная. — Почему Иисус Христос препоручил свою матерь своему ученику. — Смерть Иисуса Христа была не позором, а славой. — 4. Пламенная любовь Марии Магдалины. — 5. Осуждение пышности погребальных церемоний. — Последний долг следует отдавать мертвым, но без излишества. — Смерть распятого Иисуса показывает, что смерть не есть смерть. — Погребать мертвых нужно так, чтобы это служило к славе Божией: должно раздавать щедрые милостыни.