Страница 102 из 154
мачехою Иакова старшего. Была с ними и Саломия и некоторые другие в это четвертое путешествие. Они пришли ко гробу не поздно в субботу, но рано утром, и даже не утром, когда была еще тьма, но уже утром — на восходе солнца, как сказал евангелист. Отсюда видно, что так называемое утро более приближается к восходу солнца, не так как раннее утром. Это я говорю, возлюбленные, потому что некоторые раньше говорили, что вторым путешествием должно считать описываемое евангелистом Иоанном и бывшее утром, когда еще была тьма, а третьим является описанное Лукою, ранним утром, как будто прежде бывает так называемое утром и с ним уже соединяется раннее утро. Это уже с первого взгляда кажется мне нелепым, да и опровергается тем, что евангелист Марк говорит, что просто «по прошествии субботы» пришли женщины ко гробу, «при восходе солнца» (Лк. 16:2). Если же бы ранее утро было после простого утра, тогда, конечно, первое и соединялось бы с восходом солнца, а не последнее. И Даниил, говоря о Дарие, так выразился: «поутру же царь встал на рассвете и поспешно пошел ко рву львиному» (Дан. 6:19). Но самое главное, если бы описанное у Иоанна посещение было вторым, а у Луки третьим, тогда и кроме этого обнаружилось бы много других нелепостей.
Если Петр и Иоанн уже ходили ко гробу и своими глазами видели, что было внутри гроба, как говорит сам Иоанн, то как могли они потом, когда женщины — по словам Луки — возвещали им слова ангелов, счесть за ложь рассказываемое теми? Или зачем было Петру одному ходить ко гробу, и притом как бы в изумлении и страхе, и ограничиваться одним наружным осмотром гроба, если он уже ходил туда с Иоанном, проникал в сам гроб и все обстоятельно рассмотрел? Итак, я считаю совершенно нелепым — ставить рассказанное Иоанном впереди того, что передается Лукою. Остается теперь разъяснить, сколько же именно Марий, о которых упоминают евангелисты? Об этом было немало споров. Я думаю, что их пять. Впрочем, вникните в мои слова со всею тщательностью. Есть, конечно, Мария Магдалина, из которой Господь изгнал семь бесов, — почему она и была столь ревностной, в благодарность за такое благодеяние. Затем, Мария Иаковлева: под таким наименованием известна Богородица, как мы уже сказали. Так как по причине величия и невероятности чуда истина бессеменного рождения не могла сразу обнаружиться (иначе Дева подвергалась бы опасности быть побитой камнями, если бы только распространился слух, что Христос не был сыном Иосифа), ради этого в глазах всех она считалась женою Иосифа и, следовательно, была мачехою Иакова, сына Иосифа.
Если же кто вздумал бы возражать, почему она называлась не по имени Иосифа как мужа, но по имени Иакова в качестве его мачехи, то ответить на это нетрудно. Иаков пользовался большою известностью, как человек богобоязненный, воздержный и праведный, — недаром все его называли праведным. Кроме того, я полагаю, что в то время, когда Господу Иисусу Христу исполнилось тридцать лет от рождения и Он выступил на проповедь евангелия, Иосифа уже не было в живых. Ведь когда Господь был младенцем, и даже когда Он достиг двенадцати лет, Иосиф упоминается в евангелиях; а во время чудотворения и честных страданий Спасителя нигде уже не упоминается об Иосифе. Без сомнения, когда Иисусу было сказано: «вот Матерь Твоя и братья Твои стоят вне, желая говорить с Тобою» (Мф. 12:47; Мк. 3:32), без упоминания об Иосифе, то это очевидно показывает, что Иосифа тогда в живых уже не было. Вот почему Пресвятая Дева Господом на кресте и вручается Иоанну. Тогда вполне понятно и то, почему она была известна под именем Марии Иаковлевой, а не Иосифовой. Третья же Мария есть мать Иакова младшего и Иосии, о которой упоминает ев. Марк, отличная от нее. Она же, я думаю, есть и Мария Иаковлева, указываемая евангелистом Лукою, потому что указание евангелиста Луки, конечно, нельзя относить к Богородице, в виду сказанного раньше.
И евангелист Марк, упомянув о ней выше в таких словах: «Мария Магдалина, и Мария, мать Иакова меньшего и Иосии» (Мк. 15:40), ниже опять эту самую Марию Иаковлеву называет просто Иаковлевой: «по прошествии субботы Мария Магдалина и Мария Иаковлева и Саломия купили ароматы, чтобы идти помазать Его» (Мк. 16:1). Если же она была матерью кого–нибудь другого, а не Иакова младшего и даже не Иакова, называемого братом Господним, очевидно тогда ее нужно отличать от трех указанных. Между тем есть еще Мария Клеопова, сестра Богородицы, которую упоминает Иоанн Богослов при кресте (Ин. 19:25). Есть и еще Мария, сестра Марфы и Лазаря (Ин. 11:2). Зная все это, возлюбленные, и держась твердо, не допускайте тем, кто захотел бы клеветать на Писание, делать это. В нем, как говорящем Святым Духом, заключается полная правдивость и истина. И только слабость человеческого ума и нежелание из тщеславия сознаться в ней — свое собственное несовершенство приписывает Писанию в качестве разногласий. Вы же, честная и святая паства Христова, принимайте пищу душ ваших, — разумею божественное Писание, — как истинную и непорочную. Истина ведь питает вас, потому что истина и воскресение и жизнь есть Христос Бог наш. А если что–нибудь из Св.
Писания мы не понимаем, как следует, то будем иметь терпение до будущего века, когда будем удостоены созерцать Бога лицом к лицу и просвещены будем ведением всего сущего, когда и Бога познаем уже не отчасти, но как и сами мы познаны были от Него (1 Кор. 13:12). А в этом для всякого разумного создания и заключается высочайшее блаженство, устрояемое любовью и почерпаемое во Христе Иисусе Господе нашем, Которому слава и держава со безначальным Его Отцом и животворящим Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
На сказанное в Евангелии, что иудеи говорили о Спасителе: «как Он знает Писания, не учившись» (Ин. 7:15)?
И на слова Спасителя: «О дне же том и часе никто не знает» (Мф. 24:36)
1. Вот опять я приглашаю вас к наслаждению евангельскими струями, вот опять призываю почерпать вместе со мною эту чистую и светлую влагу, следуя словам пророка: «в радости будете почерпать воду из источников спасения» (Ис. 12:3)! Источников много, но спасение одно, один источник всех благ — Господь наш Иисус Христос, источивший всякую мудрость и всякое ведение. И удивительно, что собственно странного находили иудеи в том, что Он знает книги не учившись? Об этом именно прочитано было нам сегодня, — что когда Спаситель предлагал Свое божественное учение, иудеи удивлялись и говорили: «как Он знает Писания, не учившись»? О книгах спрашивают они, когда речь идет об источнике слова, или лучше сказать о самом Боге — Слове; допытываются, откуда знает книги Христос, Который даровал закон и вдохновил пророков, от Которого истекает всякое ведение, и учение, и совет, и разумение, потому что «всякая премудрость — от Господа» (Сирах 1:1). Спрашивают о книгах у (Источника) слова, из которого черпали вдохновение все пророки и от которого все богословы получили все то, что стало достоянием их душ. Его воспринял Моисей, от Него почерпали все пророки, этим источником пользовались все апостолы, как об этом свидетельствует и Иоанн: «и от полноты Его все мы приняли» (Ин. 1:16). Требуешь (изучения) книг от Бога, как будто книги породили разум, а не разумом изобретено искусство письма?
Разве разум от книг? Напротив разуму обязаны книги своим происхождением: как не искусство произвело вещество, но вещество послужило поводом к развитию искусства, так не книги породили разум, но разум создал самое искусство письма. Не книги сначала, а потом разум, но сначала разум, а благодаря ему появились и книги. Прежде всего то, что есть дар Божий, а потом уже то, что является плодом искусства. Не глаз произвел предметы видимые, но глаз служит к познанию того, что им созерцается; не ремесла дали руки, но руки трудились над развитием ремесла; не бег выработал ноги, но ногам обязаны люди способностью бегать. Так и не книги одарили человека разумом, но разум изобрел книжное искусство. Итак, почему требуешь ты плода от Того, кому принадлежит и сам корень? Что «Он знает Писания, не учившись»? Тебя не удивляет то, что Он воскрешает мертвых, но поражает то, что Он знает книги не учившись, от природы? Первые изобретатели письма ни от кого не учились своему изобретению, а сделали его сами, но и они были тем не менее просто люди; а воскресить мертвых — это превышает силы человека. Что же? На великое ты не обращаешь внимания, а о малом сомневаешься? Конечно, Христос есть источник всякой мудрости и всякого разума: от Него ничто не скрыто.