Страница 1 из 4
Тексты, справочники и документы [Pagez.ru]
Начало: Тексты, справочники и документы Первая страница Святоотеческое наследие Разные тексты Свт. Филарет (Дроздов) OrthodoxyLib Православный интернет Евангельский синопсис Духовные стороны Добротолюбие избранное Пролог в поучениях День за днем Церковный календарь
Священномученик Иларион (Троицкий)
О жизни в Церкви и о жизни церковной
По поводу письма преосвященного епископа Андрея к пастырям Уфимской епархии
В предыдущей, июнь-июльской, книжке "Христианин" (с.400-407) перепечатано из "Уфимских епархиальных ведомостей" (№11. С.458-470) "Письмо к пастырям Уфимской епархии" преосвященного епископа Андрея [1]. "Борьба с сектантством может быть только искреннею, без умалчиваний" - так озаглавлено это письмо. Часть письма была напечатана в начале июня и в "Биржевых ведомостях".
В этом письме преосвященный автор говорит о миссии среди сектантов и вообще о нашей церковной жизни, между прочим касаясь моей книжки "Христианства нет без Церкви", книжки, напечатанной Издательским советом при Святейшем Синоде. Еще в начале 1911 года в "Христианине" была напечатана моя статья "Христианство и Церковь" (Т.1. С.61-85,282-306). Упомянутая книжка, обратившая на себя внимание преосвященного епископа Андрея, представляет лишь переработку именно этой статьи.
"Я, - пишет преосвященный Андрей, - конечно, безусловно разделяю все догматические мысли отца Илариона". Для меня вполне достаточно, так как сущность своего трактата я и усматриваю в тех богословских мыслях, какие в нем раскрыты. Значит, в главном мы с преосвященным Андреем согласны. Но преосвященный Андрей как будто всем моим богословским рассуждениям не желает придавать никакого значения.
Он выражает пожелание, чтобы рассуждения академических монахов были менее академичны и более жизненны. В другом случае преосвященный автор высказывает даже такую мысль, будто никакие брошюры, подобные моей, и даже библиотеки не нужны, так как церковному делу они не помогут. "Истины таблицы умножения и все им подобные в напоминаниях уже как будто и не нуждаются".
Охотно соглашаюсь, что в своей брошюре избранный вопрос я обсуждаю академически, но решительно не могу согласиться, будто высказанные мною мысли столь же общепризнанны, как истины таблицы умножения, которые действительно в напоминании не нуждаются. Я первый был бы искренне рад, если бы это было так, и если бы мне не было нужды кого бы то ни было убеждать или опровергать.
К сожалению, вопрос о взаимоотношении Церкви и христианства весьма нуждается в академическом обсуждении. Дело Христа многими часто бессознательно представляется в превратном виде. Едва ли многие на вопрос: в чем сущность дела Христова, ответят: в том, что Он создал Церковь, создал в воплощении новое человечество. Такому ответу мало благоприятствует даже наше школьное богословие, которое изучают в семинариях.
Там сущность дела Христова указывается в страдании за чужие грехи, за грехи всего человечества. А от страданий Христа перейти к Церкви как Телу Христову - очень трудно. Поневоле наше богословие умаляет значение Церкви, низводит ее вслед за католиками до земного учреждения, организации под главенством иерархии. Дело Христово в современном сознании как-то интеллектуализировано.
Говорят об учении Христа, будто Христос учением спас род человеческий. Забывают символьное исповедание, по которому ради нашего спасения Сын Божий сошел с Небес, воплотился от Духа Святого и Марии Девы и вочеловечился. Об учении в Символе веры - ни слова. Но когда на Христа смотрят как на Учителя только, тогда открывается возможность отделять христианство от Церкви, тогда можно говорить об "истинных христианах", отлученных от Церкви.
Тогда и на Церковь можно смотреть только лишь как на организацию, имеющую лишь культурно-историческое значение. Тогда можно делить между личностью и Церковью и приписывать значение личности вне всякой связи с Церковью, следовательно, допускать возможность и благодатной жизни, и спасения вне Церкви. Смею уверить преосвященного Андрея, что в серьезных богословских книгах нашего времени могу указать такие именно мысли; встречал я их даже и в писаниях иерархов.
Вопреки всем подобным рассуждениям, я в своей книжке решительно заявляю: "Насущной потребностью настоящего времени можно считать открытое исповедание той непреложной истины, что Христос создал именно Церковь, и что совершенно нелепо отделять христианство от Церкви и говорить о каком-то христианстве помимо Святой Христовой Церкви Православной". "Нет христианства, нет Христа, нет благодати, нет истины, нет жизни, нет спасения - ничего нет без Церкви, и все это есть только в единой Церкви!
" К таким выводам я прихожу, поставляя в основе дела Христа факт воплощения Бога и обожения твари, как это и быть должно в православном богословии. Обожение человеческого естества продолжается в Церкви, и Церковь поэтому не организация только, но действительное мистическое, всегда живое и благодатью Духа Святого дышащее Тело Христово.
Все эти и подобные мысли едва ли можно сравнить с истинами таблицы умножения. Против таблицы умножения не спорят, но об основных положениях моей книжки мне приходилось спорить с весьма просвещенными богословами. Мне весьма приятно слышать от преосвященного Андрея сочувствие своим мыслям, но далеко не все мыслят так, а потому я испытал чувство неудовлетворенности, когда увидел, что с пастырями Уфимской епархии преосвященный Андрей беседует по поводу лишь побочных мыслей моей книжки, оставляя в стороне ее богословское содержание, которое мне лично только и дорого.
С нашей противосектантской полемикой я знаком сравнительно немного, но поскольку познакомился - вынес из нее неутешительные впечатления. Полемика обратилась в какой-то спорт, соединенный с злоупотреблением словами Священного Писания. Полемика с сектантами часто лишь какая-то перестрелка текстами, причем и сектанты, и миссионеры за ними становятся равно на фальшивую и бесплодную почву.
Спор "от Писания" еще во II веке был признан не только бесполезным, но даже и вредным. В своей книжке я пытаюсь дать богословскую оценку самому бесцерковному пониманию христианства. Преосвященный Андрей, по-видимому, единственным источником сектантства склонен считать недостатки церковной жизни. "В нас самих весь источник развития "евангельского христианства"; из-за нас и праздношатаи религиозные наплодились...". Не могу с этим согласиться вполне.
Недостатками жизни церковной питается и греется сектантство, но источник его, думается мне, глубже - именно в понятии бесцерковного христианства. Ведь недостатки церковной жизни, например, мы с преосвященным Андреем видим несравненно шире и больше, нежели и сектанты, но ведь не бежим мы в сектантство. Надеюсь, мы равно исповедуем согласно 34 и 37 апостольским правилам необходимость соборного управления в Церкви, которое совершенно подавлено в Русской Церкви злой волей Петра I.
Однако мы не бежим из будто бы "господствующей" Церкви, например, к раскольникам, хотя у них соборы собираются и теперь беспрепятственно. Почему? А потому, что знаем мы и убеждены в том, что отпадение от Церкви в раскол ли, в ересь ли, в сектантство ли - есть полная погибель и духовная смерть. Для нас нет христианства вне Церкви. Если Христос создал Церковь и Церковь - Тело Его, то оторваться от Тела Его - значит умереть.
Мы не отпадаем потому, что у нас церковное представление о сущности дела Христова. Почему это сектанты так соблазняются церковными непорядками и даже недостатками отдельных личностей, курением и картежной игрой батюшек, что отпадают от Церкви? Не потому, что они будто бы "живые люди", как обмолвился преосвященный Андрей. Неужели кто при церковных непорядках остается в Церкви, тот уж и не живой человек? Нет, не "искренность" здесь причина.
Причина та же: лживое представление самого дела Христова, по которому дело Христово сохраняет свое значение и без Церкви.
Сектант (иногда и православный человек тоже!) думает, что ему достаточно слова Божия, о котором он непременно говорит каким-то противным сентиментальным тоном. Опять потому, что для него Христос только Учитель, а не Спаситель. Вот я и хочу внушить, раскрыть и доказать всякому читателю своей книжки, что при истинном понимании дела Христова нельзя говорить о христианстве без Церкви, что всякий человек может духовно жить и спасаться только в Церкви, а вне Церкви человек при всех своих кажущихся добродетелях - ничто.