Страница 1 из 7
Святоотеческое наследие -
Библiотека твореній святыхъ отцевъ и учителей Церкви и церковныхъ писателей.
[ Главная ] [ Карта сайта ] [ Изслѣдованiя ] [ I-III вѣкъ ] [ IV вѣкъ ] [ V вѣкъ ] [ VI-X вѣкъ ] [ XI-XV вѣкъ ] [ Послѣ XV вѣка ] [ Acta martyrum ] [ E-Mail ]
[ Указатель ] [ Сборники ] [ А ] [ В ] [ Г ] [ Д ] [ Е ] [ З ] [ И ] [ І ] [ К ] [ Л ] [ М ] [ Н ] [ О ] [ П ] [ Р ] [ С ] [ Т ] [ Ф ] [ Х ] [ Ю ] [ Ѳ ] [ Ссылки ] [ Гостевая книга ] Сегодня - вторникъ, 6 марта 2007 г.
Сейчасъ на порталѣ посетителей - 4.
V ВѢКЪ
Блаж. Августинъ Иппонійскій († 430 г.)
ХРИСТIАНСКАЯ НАУКА
Книга 1. О предметахъ вообще, о главной цѣли Священнаго Писанія и главномъ правилѣ къ уразумѣнiю его.
1. Два главныхъ предмета, кои дóлжно имѣть въ виду, занимаясь ученымъ образомъ Священнымъ Писаніемъ: 1) способъ находить истинный смыслъ онаго, и 2) способъ сообщать, или излагать сей смыслъ другимъ. Посему и я сначала буду разсуждать о томъ, какъ находить смыслъ, а послѣ о томъ, какъ сообщать оный.
Рѣшаясь на сіе великое и трудное дѣло, боюсь, не безразсудно ли, предпріемлю его, когда соображаю, какъ не легко мнѣ выполнить это. — Точно не легко, если надѣяться на одни собственныя силы! Но, я всю надежду совершить мой трудъ возложилъ на Того, Кто благоволилъ уже много внушить мнѣ благихъ истинъ въ минуты моего размышленія о Его Святомъ словѣ: живо помню сіи истины, и нечего бояться мнѣ, чтобы Господь сталъ отказывать и въ прочихъ необходимыхъ для меня свѣденіяхъ, если только я благоразумно начну употреблять на пользу другихъ то, что мнѣ уже дано отъ Него.
Ибо если вещь такова, что чрезъ раздѣленіе ея съ другими людьми ни сколько не оскудѣваетъ; то если намъ даютъ ее, а мы напротивъ имѣемъ, и не даемъ ея другимъ, — мы пользуемся сею вещію не надлежащимъ образомъ. Господь сказалъ: имущему дано будетъ (Матѳ. 13, 12). Слѣдовательно Онъ дастъ имущимъ, т. е. такимъ людямъ, кои съ любовію употребляютъ на пользу другихъ то, что сами получили отъ Него, — умножитъ и преумножитъ дары свои. Упоминаемыхъ въ Евангеліи (Матѳ. 14, 17; 15, 34)
хлѣбовъ было только пять, а въ другомъ случаѣ только седмь, пока ихъ не начали раздавать алчущему народу; а какъ скоро начали, то сими хлѣбами насытилось нѣсколько тысячь человѣкъ, и сверхъ того наполнено было немало корзинъ и мѣшковъ. Вѣрую, что какъ хлѣбъ чудесно умножился въ ту пору, когда его преломляли, такъ и мои свѣденія, дарованныя мнѣ Господомъ для предпринимаемаго мною сочиненія, Его же всемогущею силою умножатся, когда я стану иждивать ихъ на пользу ближнихъ, — и настоящее служеніе мое не окажется скуднымъ, а утѣшитъ меня и моихъ братій чудеснымъ изобиліемъ.
2. Всякая наука занимается либо предметами, либо извѣстными знаками, предметы выражающими. Нѣтъ сомнѣнія, что всѣ предметы мы вообще познаемъ посредствомъ знаковъ, оные представляющихъ; но здѣсь предметомъ или вещію (res) собственно я называю то, что само по себѣ не употребляется къ означенію чего либо другаго, напримѣръ: дерево, камень, животное.
Надобно однакожъ замѣтить, что иногда одни и тѣже предметы служатъ вмѣстѣ и знаками для выраженія другихъ предметовъ, какъ напримѣръ: то древо, коимъ, по Писанію, Моѵсей усладилъ горкія вóды Мерры (Исх. 15, 25), — тотъ камень, который Іаковъ положилъ себѣ въ возглавіе (Быт. 28, 11)
, — то животное, которое Авраамъ принесъ вмѣсто своего сына на жертву (Быт. 22, 13). Съ другой стороны есть знаки (signa), коихъ все употребленіе именно состоитъ только въ означеніи или выраженіи предметовъ: таковы наши слова и вообще языкъ человѣческій; ибо слова употребляемъ мы только для того, чтобы выразить и означить ими извѣстный предметъ.
Отсюда видно: что такое называю я знаками? Именно то, что употребляется къ означенію предметовъ. Впрочемъ, въ смыслѣ отвлеченномъ, всякой знакъ есть вмѣстѣ и предметъ, — ибо что не есть предметъ, то собственно есть ничто, — но не всякой предметъ есть знакъ. Различая такимъ образомъ предметы и знаки, я при разсужденіи въ послѣдствіи о предметахъ, буду говорить такъ, что хотя бы нѣкоторые изъ нихъ могли вмѣстѣ служить и знаками другихъ предметовъ, то это не помѣшаетъ главному раздѣленію моего изслѣдованія на двѣ части, по коему въ одной буду разсуждать я о самыхъ предметахъ, а въ другой о знакахъ.
Пусть только читатель твердо помнитъ что въ первой части моего трактата мнѣ слѣдуетъ разсматривать, что такое предметы, сами въ себѣ, а не что они могутъ еще означать кромѣ самихъ себя.
3. Предметы вообще суть троякаго рода: одними изъ нихъ дóлжно наслаждаться, другими пользоваться, а иными и наслаждаться и пользоваться вмѣстѣ. Тѣ, коими дóлжно наслаждаться, дѣлаютъ насъ блаженными, а тѣ, коими — пользоваться, помогаютъ намъ достигать блаженства, т. е. вспомоществуютъ къ достиженію такихъ вещей, кои дѣлаютъ насъ блаженными, и къ тѣснѣйшему соединенію съ ними.
Что касается до насъ, наслаждающихся и пользующихся, то, будучи поставлены какъ бы въ срединѣ между тѣми и другими предметами, мы затрудняемъ свое шествіе, если начинаемъ наслаждаться тѣми изъ нихъ, коими только дóлжно пользоваться, а иногда и совсѣмъ совращаемся такимъ образомъ съ пути своего, такъ что обладаніе вещами, коими дóлжно наслаждаться, замедляется, или и вовсе уходитъ отъ насъ, по причинѣ любви нашей къ другимъ, низшимъ предметамъ.
4. Наслаждаться значитъ не иное что, какъ сильно любить извѣстную вещь, для нея самой; пользоваться же вещiю, значитъ употреблять оную средствомъ къ достиженію того, что любимъ, если впрочемъ оно достойно любви: ибо не позволенное и незаконное употребленіе есть злоупотребленіе, а не употребленіе. Такъ напримѣръ: еслибъ кто-нибудь изъ насъ былъ странникъ, немогущій жить благополучно нигдѣ, кромѣ отечества, и если бы, желая окончить бѣдственное свое странствованіе, онъ рѣшился возвратиться въ отечество: то для него въ такомъ случаѣ нужны были бы колесницы, или корабли, коими надлежало бы ему пользоваться, дабы возвратиться въ отечество для наслажденія въ немъ счастливою жизнію.
Но если бы пріятности пути и самое движеніе колесницъ заняли его такъ, что онъ сталъ бы наслаждаться тѣмъ, чѣмъ надлежало только пользоваться, и не думалъ уже о скорѣйшемъ окончанiи своего пути: то, занятый превратнымъ удовольствіемъ, онъ отчуждился бы отъ своего отечества, пріятности коего однѣ могли доставить ему истинное блаженство.
Равнымъ образомъ и мы, странствующiе въ удаленiи отъ Господа въ настоящей смертной жизни, если желаемъ возвратиться въ отечество, гдѣ можемъ бытъ блаженными, — должны пользоваться симъ міромъ, а не наслаждаться, дабы невидимое Божіе видимо было для насъ сквозь сотворенныя вещи, т. е. дабы посредствомъ видимыхъ и чувственныхъ вещей приобрѣсть намъ познаніе о вѣчномъ и духовномъ.
5. То, что долженствуетъ быть предметомъ нашего наслажденія, есть Отецъ, Сынъ и Духъ Святый — достопокланяемая Троица, составляющая одинъ нѣкій высочайшій предметъ, общій для всѣхъ наслаждающихся Ею, — если впрочемъ можно назвать Ее предметомъ, а не причиною всѣхъ предметовъ, хотя и сіе послѣднее названіе ниже Ея.
Ибо не легко найти имя, приличное толикому Величеству, какъ развѣ сказать только: Тріединый Богъ, изъ Котораго все, чрезъ Котораго все, и въ Которомъ все; Отецъ, Сынъ и Духъ Святый — Каждый Богъ, и Всѣ вмѣстѣ — единъ Богъ; каждый полное Существо, и всѣ вмѣстѣ — Одно Существо. Отецъ не есть ни Сынъ, ни Духъ Святый; Сынъ не есть ни Отецъ, ни Духъ Святый; Духъ Святый не есть ни Отецъ, ни Сынъ: но Отецъ есть только Отецъ, Сынъ — только Сынъ, Духъ Святый — только Духъ Святый.
— Всѣ три равно вѣчны, равно неизмѣняемы, имѣютъ одинаковое величіе, одинаковую силу. Въ Отцѣ единство; въ Сынѣ равенство; въ Духѣ Святомъ согласіе единства и равенства: и Сіи три — Всѣ Едины ради Отца, всѣ равны ради Сына, Всѣ соединены ради Святаго Духа.
6. Говоря такимъ образомъ, сказалъ ли я однакожъ что-нибудь достойное Бога? Нѣтъ; вполнѣ чувствую, что я хотѣлъ только сказать; если же сказалъ, то сказалъ не то, что хотѣлъ. Это я знаю потому, что Богъ неизглаголанъ, а сказанное мною, еслибъ было неизглаголанно, то и не было бы сказано. По сей причинѣ Бога даже неизглаголаннымъ нельзя называть; ибо уже говорится о Немъ нѣчто, когда говорится, что Онъ неизглаголанъ.