Страница 3 из 4
Ибо изъ тебя тѣлесно произникъ пламень Божества — предѣлъ и Слово Отчее; изъ тебя низошла сладчайшая и небесная манна — имя, которому нѣтъ имени и которое выше всякаго имени; изъ тебя возникъ и свѣтъ вѣчный и неприступный, и небесный хлѣбъ жизни, и плодъ невоздѣланный. Не тебя ли предъизображала и пещь, явившая огонь, росящій и вмѣстѣ пламенѣющій, образъ божественнаго огня, въ тебя вселившагося?
Тебя самымъ яснымъ образомъ предозначила скинія Авраамова. Ибо Богу Слову, вошедшему въ скинію чрева твоего, человѣческая природа представила испеченный въ золѣ хлѣбъ, т. е. свои начатки изъ твоихъ пречистыхъ кровей, которые божественный огнь какъ-бы испекъ и обратилъ въ хлѣбъ, т. е. воспринялъ въ свою Божественную ипостась и привелъ въ истинное существо тѣла одушевленнаго словесною и разумною душею.
Едва я не забылъ лѣствицу Іакова. Что же? Не всякому ли ясно, что въ ней былъ предначертанъ и видѣнъ твой образъ? Какъ онъ (Іаковъ) видѣлъ небо, соединенное концами лѣствицы съ землею, и Ангеловъ низходящихъ и восходящихъ по ней, и образовательную борьбу съ собою истинно сильнаго и непобѣдимаго: такъ и ты соединила раздѣленное, сдѣлавшись посредницей и лѣствицей нисхожденія къ намъ Бога, воспріявшаго немощный составъ нашъ, усвоившаго себѣ его и соединившаго съ собою, и сдѣлавшаго человѣка умомъ, видящимъ Бога.
Въ слѣдствіе сего-то и Ангелы низошли къ Нему, служа Ему, какъ Богу и Владыкѣ, и люди, воспріявъ ангельскую жизнь, стали восходить на небо.
Къ кому, какъ не къ тебѣ, я долженъ приложить вѣщанія Пророковъ, если хочу показать ихъ истинными? Въ самомъ дѣлѣ, что это за руно Давидово, на которое Сынъ Всецаря-Бога, собезначальный и соцарственный своему Отцу, низшелъ, какъ дождь (Псал. 71, 6)? Не ясно ли, что это ты? что это за дѣва, о которой Исаія пророчески предвозвѣстилъ, что она будетъ имѣть во чревѣ и родитъ сына, который есть съ нами Богъ, т. е.
который, сдѣлавшись человѣкомъ, пребудетъ вмѣстѣ и Богомъ (Ис. 7, 14)? Что это за гора у Даніила, отъ которой, безъ ножа мужняго, усѣченъ краеугольный камень-Христосъ (Дан. 2, 34)? Не ты ли это безсѣменно родившая и паки пребывшая Дѣвою? да приступитъ божественнѣйшій Іезекіиль, и да покажетъ тѣ заключенныя врата, пройденныя отъ Господа и не отверзенныя, о которыхъ пророчески предвозвѣстилъ (Іез. 44, 1-2)
, — да покажетъ исполненіе словъ своихъ. Онъ, безъ сомнѣнія, укажетъ на тебя, сквозь которую прошелъ сущій надъ всѣми Богъ съ воспринятою плотію, не разверзши дверей дѣвства; ибо печать остается на вѣки невредимою. Итакъ тебя Пророки предвозвѣщаютъ, тебѣ Ангелы предстоятъ, тебѣ Апостолы служатъ, и (въ числѣ ихъ)
дѣвственникъ и Богословъ — тебѣ Приснодѣвѣ и Богородицѣ. Ибо нынѣ, когда ты отходила къ Сыну своему, тебя окружали Ангелы, души Праведниковъ, Патріарховъ и Пророковъ, тебя сопровождали Апостолы съ безчисленнымъ множествомъ богоносныхъ Отцевъ, по божественному повелѣнію, какъ-бы на облакѣ, собравшіеся съ концевъ земли въ сей божественный и священный Іерусалимъ, и вдохновенно воспѣвавшіе священные гимны тебѣ, источнику живоначальнаго тѣла Господня.
О, какъ источникъ жизни переводится къ жизни чрезъ посредство смерти! О, какъ преступившая въ рождествѣ предѣлы природы подчиняется нынѣ законамъ природы, и непорочное тѣло подвергается смерти! подобаетъ бо, отложивъ сіе тѣло смертное, облещися въ безсмертіе (1 Кор. 15, 53). Самъ Владыка природы не отринулъ испытанія смерти.
Ибо и Онъ умираетъ тѣломъ, и смертію разрушаетъ смерть, тлѣніемъ даруетъ нетлѣніе, и умерщвленіе (νεϰρωσιν) дѣлаетъ источникомъ воскресенія. О, какъ Вседѣтель пріемлетъ собственными руками священную душу, отлучающуюся отъ богопріимной скиніи, воздавая законную честь той, которую рабу природой, по недосягаемой глубинѣ своего человѣколюбія, премудро (
οιϰονομιϰως) содѣлалъ своею матерью, воплотившись истинно, вочеловѣчившись неложно! Ибо это видѣли строи Ангеловъ, ожидавшіе твоего исхода изъ среды людей. О, какъ прекрасно отшествіе, которое даруетъ пришествіе къ Богу! Хотя это даровано отъ Господа и всѣмъ богоноснымъ слугамъ Божіимъ (а мы вѣруемъ, что даровано)
; но разность безмѣрная между рабами и матерью Бога. — Какимъ же именемъ назовемъ мы сіе, совершившееся надъ тобою таинство? Смертію? Но хотя всесвятая и славная твоя душа, по естественному порядку, и отдѣляется отъ блаженнаго и несквернаго тѣла, и тѣло предается законному погребенію; однако же оно не остается въ смерти, и не разрушается тлѣніемъ, У той, у которой въ рождествѣ пребыло дѣвство невредимымъ, по преставленіи сохранено тѣло неразрушимымъ, и только премѣнено въ лучшее и божественное селеніе, которое уже не падетъ подъ ударами смерти, но останется на безпредѣльные вѣки вѣковъ.
Какъ сіе лучезарное и вѣчно-свѣтящееся солнце, будучи ненадолго закрыто тѣломъ луны, кажется, будто исчезаетъ, покрывается мракомъ, и изъ блестящаго дѣлается темнымъ, и однако же на самомъ дѣлѣ не лишается своего свѣта, но имѣетъ въ самомъ себѣ всегда струящійся источникъ свѣта, или лучше сказать, само-то и есть, по установленію Создателя своего — Бога, неизсякающій источникъ свѣта: такъ и ты, присно-текущій источникъ истиннаго свѣта, неистощимая сокровищница саможизни, обильный родникъ благословенія, виновница и споспѣшница всѣхъ нашихъ благъ, хотя на временный промежутокъ и скрываешься по тѣлу смертію, однако жъ независтно изливаешь на насъ неперемежающіяся, чистыя и неизсякающія струи безпредѣльнаго свѣта, безсмертной жизни, и истиннаго блаженства, рѣки благодати, источники исцѣленій, всегдашнее благословеніе.
Ты процвѣла, какъ яблоко на лѣсныхъ деревахъ, и плодъ твой сладокъ въ гортани вѣрныхъ. Посему не смертію назову я священное твое преставленіе, но успеніемъ, или преселеніемъ, или, вѣрнѣе, водвореніемъ, потому-что, преселяясь изъ жилища тѣлеснаго, ты водворяешься въ селеніе лучшее (2 Кор. 5, 8).
Тебя преносили Ангелы съ Архангелами; твоего исхода устрашились нечистые, воздушные духи. Твоимъ прехожденіемъ воздухъ благословляется и эѳиръ освящается. Твою душу, ликуя, принимаетъ небо. Тебя срѣтаютъ Силы съ священными пѣснями и свѣтлымъ торжествомъ, говоря сіи или подобныя слова: кто сія восходящая, убѣленная, проницающая, аки утро, добра, яко луна, избранна, яко солнце (Пѣсн. 6, 9)? Какъ ты прекрасна, какъ пріятна!
Ты цвѣтъ полевой, какъ лилія между терніемъ! За то младыя дѣвы возлюбили тебя. Мы стекаемся на запахъ благовоній твоихъ. Тебя Царь ввелъ въ чертогъ свой, гдѣ Власти окружають, Начала благословляютъ, Престолы воспѣваютъ, Херувимы, радуясь, ужасаются, Серафимы славятъ тебя, содѣлавшуюся, по природѣ и по истинному домостроительству, матерію своего Владыки.
Ибо не какъ Илія, взошла ты на небо, не какъ Павелъ, восхищена до третьяго небесе, но ты проникла даже до самаго царственнаго престола Сына своего, своими очами зришь (Его) и радуешься и съ великимъ и несказаннымъ дерзновеніемъ предстоишь Ему, ты Ангеламъ и всѣмъ премірнымъ Силамъ услажденіе неизреченное, Патріархамъ непрестанное веселіе, Праведникамъ радость неизглаголанная, Пророкамъ торжество постоянное, міру благословеніе, всѣмъ вещамъ освященіе, утружденнымъ покой, плачущимъ отрада, больнымъ врачество, обуреваемымъ пристань, грѣшникамъ прощеніе, опечаленнымъ дружелюбное утѣшеніе, всѣмъ просящимъ готовая помощь!
О чудо истинно преестественное! о дѣла изумительныя! Смерть, прежде столь ужасная и ненавистная, нынѣ восхваляется и ублажается! Прежде приносившая однѣ скорби и печали, слезы и горе, нынѣ явилась причиною радости и свѣтлаго торжества! Впрочемъ, хотя для всѣхъ слугъ Божіихъ, коихъ смерть прославляется, съ кончиною настаетъ несомнѣнная увѣренность въ томъ, что они угодны Богу, и по сей-то причинѣ смерть ихъ ублажается, ибо она усовершаетъ ихъ и являетъ блаженными, даруя неизмѣнность ихъ добродѣтели, по написанному: прежде смерти не блажи никого же (Сир. 11, 28)
: однако жъ о тебѣ мы сего не скажемъ. Не смерть твое блаженство, не преставленіе содѣлало тебя совершенною, и не преселеніе даруетъ тебѣ безопасность. Ты сама, (твое) безсѣменное зачатіе, божественное (въ тебѣ) вселеніе, (твое) нетлѣнное рождество, — вотъ что было и началомъ, и срединою, и концемъ, безопасностію и истиннымъ утвержденіемъ всѣхъ благъ, превышающихъ умъ!