Страница 10 из 16
Когда имеешь здоровье и успех в работе, возвысь сердце свое и скажи: "Благодаря Тебе, Господи!"
Когда люди тебя уважают и хвалят, скажи про себя: "Я этого не заслуживаю, похвалы принадлежат не мне, а Тебе, Господи!"
Когда детей отправляешь в школу, или на работу, или в армию, благослови их с порога дома своего и скажи: "Предаю их Твоим заботам Тебе, Господи!"
Когда нападет на тебя зависть людская или измена друга, не падай духом и не держи зла в сердце своем, но скажи: "Предаю все это на праведный суд Тебе, Господи!"
Когда пойдешь за гробом, провожая в последний путь самого дорогого человека, шагай храбро, будто несешь подарок лучшему Другу, и скажи: "Эту любимую душу приношу в дар Тебе, Господи!"
Когда над тобой соберутся мутные тучи бесовских искушений, муки и болезни, не отчаивайся, но скажи: "За помощью и милостью обращаюсь к Тебе, Господи!"
Когда ангел смерти встанет около твоей постели, не бойся его, ибо он друг твой, но простись с этим светом и скажи: "Душу свою покаянную предаю в руки Тебе, Господи!"
Письмо двадцать пятое. Одному отцу, который жалуется на неблагодарного сына
Пишешь, что послал сына в Школу торговли на Запад, чтобы он стал ученее и лучше тебя. Он выучился и стал ученее, но гораздо хуже тебя. И свою, и твою репутацию в городе он испортил быстрее, чем тебе в свое время удалось дойти до положения приказчика. Оплачивая его обучение в Европе, ты экономил не только на теле, но и на Боге, на душе своей. Ты перестал ходить в церковь, ибо это расходы: нужно и свечу поставить, и в кружку положить. Перестал ты святого покровителя семьи прославлять, ибо это тоже расход: и на калач, и на священника, и на угощение гостям! Все это ты оставил, только бы сын мог учиться в Париже и Вене. И действительно, он в некоторых вещах стал разбираться лучше тебя, лучше знал, как вести книги прихода и расхода, глубже вник в ведение дел. Однако покупателей в вашей лавке стало меньше. Ты просто каменел от эдакого дива. "Как это, спрашивал ты себя, мой сын знает и языки, и валюты, и балансы всей Европы, но ко мне, неучу, народ валом валил, а к нему, знатоку, никто?" Несчастный отец! Ты забываешь одну малость, от которой зависит и успех в торговле, и победа в войне. Народ хочет человека, а ты ему предлагаешь знатока. Народ боится иметь дело с бесчеловечным знатоком. Поэтому твои прежние покупатели, опустив голову, обходят вашу лавку стороной и сворачивают к соседям.
За большие деньги ты купил нечеловека, изверга, чудовище. Твой сын ни за что на свете не узнает того, что почитают в народе и в вашем городе. Бог, душа, молитва, милосердие, человечность, снисходительность все это для него лишь присказки прежних торговцев неучей. В лавке он всегда взвинчен и зол, но только в кабаке весел. Кабак для него, по сути, дом, а дом и семейная лавка улица. Но кого кабак благословляет, того дом проклинает.
Наконец, он обманул тебя так искусно, что ты полностью уверился, что он действительно способней тебя. Он объяснил тебе, что для успеха дела и модернизации торговли нужно твое имя убрать с вывески, а его имя написать. Ты безропотно согласился с его предложением, а он, знаток ведения дел, узаконил это через суд. Ты и не догадывался, что это все значит, покуда он однажды, злой после ночной попойки, не сказал открыто, что ты нищий, босяк с улицы, и у тебя нет ничего своего. Упав духом, ты бросился в суд, к адвокатам, к друзьям. Но все они, вникнув в суть дела, говорили одно: "Твой сын сумел полностью лишить тебя собственности". И ты много пишешь о напрасных попытках вернуть то состояние и положение, которое ты сам своим трудом до седьмого пота приобретал всю свою жизнь. И наконец, ты в отчаянии спрашиваешь: грешно ли убить изверга сына?
Но как ты убьешь бездушного человека, мертвого? Не всякий ли нечеловек уже падаль, которая распадается на глазах у людей? Поэтому не убивай своего сына, но взывай к Тому, Который один только может и сына твоего оживить, и тебя спасти. Лучше будь нищим с душой, чем убийцей без души. Ты все еще богаче сына своего. И ты ему больше можешь помочь, чем он тебе. Вернись к тому, что ты оставил ради сына. Вернись к Богу, к Церкви; вернись к душе своей. И если нет у тебя ни свечи, ни гроша, принеси вместо того вздохи, слезы и молитвы. А если все таки придется тебе просить милостыню, говори на чужих порогах: "Подайте на хлеб и на свечу; хлеб мне, старику, для еды, а свечу сыну моему для спасения". Так скажи и на пороге бывшей твоей лавки, пусть и он слышит. Когда со стыдом испросишь, то как бы ты сам заработал. Тогда иди и поставь свечу в церкви Божией. Этим ты потрясешь Всевидящие небеса, и небо тебе поможет. Дело легче поправить свечой, чем топором.
Бог тебе в помощь!
Письмо двадцать шестое. Одному заключенному, который жалуется на несправедливость
Говоришь, что ты не виноват в том, за что осужден. В ночной драке на улице погиб человек. Убийцы быстро разбежались, а ты случайно оказался около мертвеца, когда подоспела охрана. Тебя схватили и признали виновным. Сейчас ты сокрушаешься о неправде людской. Клянешься, что ты осужден безвинно. Получив от тебя первое письмо, я просил поведать о всей твоей жизни, и ты это сделал. Прочитав второе письмо, я воскликнул: "Ты заслужил наказание!"
Человек, ты заслуженно получил это тяжкое наказание, если не именно за это преступление, то, наверняка, за все остальные твои преступления. Всевидящий Судия знал и множество других проступков твоих, но по милости Своей скрыл их от возможных свидетелей на земле, ожидая твоего покаяния. Но ты и не каялся, и не исповедался, и Богу не молился, и не причащался. Напротив, ты продолжал тайно творить зло и был готов убить любого, кто бы твоим нечестивым делам воспрепятствовал. Только за жестокость по отношению к жене своей ты заслужил каторгу. Она не подавала на тебя в земной суд, но ее рыдания предстали пред Божиим Судом.
Чтобы отвратить тебя от злых дел и вернуть на праведный путь, чтобы заставить вспомнить о душе, о смерти и грядущем Страшном Суде, Судьботворец привел тебя в ту ночь на место преступления. Тебя схватили и осудили на каторгу.
Твой случай живо напоминает мне судьбу великого святителя христианского Ефрема Сирина. В молодости Ефрем много грешил, но ни за один грех не был осужден. Между тем, случилось так, что воры украли у его соседа овцу. Сосед заподозрил Ефрема и подал на него в суд. И Ефрем, совершенно невиновный в этой краже, оказался в темнице. Огорченный неправдой людскою, Ефрем начал причитать и взывать к Богу. Находясь в камере с другими преступниками, он в разговоре с ними стал интересоваться, за что другие попали в тюрьму. Он спрашивал по очереди каждого, и один ему говорил одно, другой другое. В их проступках Ефрем узнал свои грехи, за которые его никто не наказал. Тогда дух его отрезвел, и он понял, что попал в темницу не из за украденной овцы, но из за многих других проступков своих. Сокрушаясь, Ефрем покаялся перед Господом и стал плачевно молить Бога простить ему тайные грехи его, продолжая, в то же время, благодарить Его за то, что оказался в тюрьме. Вскоре его освободили, признав невиновным. Этот случай совершил переворот в душе Ефрема. Темница приняла его как грешника, а выпустила на волю как святого.
Мир тебе и благословение от Господа!
Письмо двадцать седьмое. Одному осужденному, который спрашивает о лжесвидетельстве
Осудили тебя. И вот ты сидишь в одиночке, размышляешь и словно просеиваешь свою жизнь через мелкое мелкое решето. И поражаешься, как легко хитросплетения жизни распутываются, будто клубок с горы катится. Жизнь твоя текла мирно и благополучно до тех пор, пока ты не засвидетельствовал неправду, пытаясь помочь брату своему. Ты оправдывался: "Ведь он брат мне! Кому же мне помогать, хоть бы и лжесвидетельством, как не брату?!" Так обуяли тебя греховные мысли, такими же словами ты защищался в суде. На это тебе один из судей ответил: "В конце концов, все люди братья, но что бы творилось на свете, если бы все действовали по твоему". И только тогда ты понял, как грешные мысли толкнули тебя на неправедное дело.
Один крестьянин рассказал мне свою историю. Как то дал он ложные показания, когда был спор о корове. До суда за лжесвидетельство дело не дошло бы, если бы он сам не заявил об этом. А он должен был признаться, ибо понял, что наказание от людей все же легче наказания Божиего. После лжесвидетельства на его семью посыпались страшные несчастья, наводя ужас на соседей. Пришла первая беда: волы, запряженные в повозку, сорвались в пропасть; пропали и волы, и повозка. С этой вестью его поджидала жена вечером того самого дня, когда он вернулся в село из уездного города. Через несколько недель в загон для скота ударила молния и поразила всех овец. Затем были подряд две кражи. Потом заболела жена и после долгого безуспешного лечения в муках умерла. Единственный сын, до тех пор всегда здоровый, заболел падучей и стал биться в судорогах день и ночь с пеной у рта, скрипя зубами. Несчастный, весь в долгах, доведенный до отчаяния крестьянин как то пожаловался другу своему на злую судьбу. А тот, как гром с ясного неба, поразил его вопросом: не давал ли он ложных показаний хоть когда нибудь в жизни? Лжесвидетеля того словно холодной водой окатили. Внезапно ему все стало ясно. Даже не ответив приятелю, тот человек отправился в суд и во всем признался. Отбыв наказание, он начал заново строить свою жизнь. Так человек научился жить в страхе Божием.