Страница 115 из 131
Впрочем, и в том, что говорит (еретик), он не остается верным себе. Когда он спрашивает: "сущим или несущим рожден Сын?" — он лжет. Он исследует то, во что не верит. Сначала исповедуй, что рожден, и тогда уже спрашивай — сущим или несущим. Дело отрицает, а о словах состязается? Кому отказывает в существовании, зачем допытываешься о Нем: сущим или несущим Он рожден? Допусти прежде, что Он рожден, установи твердо, что Он рожден, и тогда исследуй. Ты отрицаешь существо дела, а исследуешь слова? Создать и родить одно и тоже? Откуда Сын? Положим, спросит кто-нибудь из них. Видь если сразу не ясны отношения двух предметов и не установлено согласие мысли, я не мог бы сказать даже, что видеть и смотреть одно и тоже, хотя, конечно, это одно и тоже. Если же я скажу: видеть и слышать одно и тоже, то на первый взгляд я говорю о различном, однако не столько относительно зрения, сколько относительно слуха это верно, так как у Бога то и другое одно и тоже. Откуда ты знаешь, что создать и родить одно и тоже? Ведь если Он и родил и создал, то ты говоришь хорошо, но если Он никогда не родил, как ты полагаешь, но создал, то как можно говорить, что родить и создать одно и тоже? Суесловие, слова пустые, — истина в деле. Почему же создание и рождение сделались предметом споров?
Бог, говорят, есть существо простое, а не так, как мы: мы отчасти рождаем, отчасти создаем; например, посредством детородных органов мы рождаем, а руками создаем. Но не так, говорят, Бог; Он есть существо простое и не имеет членов, а каким образом рождает, тем же самым и творит. Так как ты соблазняешься о невидимом, под влиянием неуместных и суетных умствований, то пусть одно из видимых явлений убедит тебя, насколько несостоятельно предположение, что то, что одним и тем же способом произошло, должно иметь одно и то же значение. Вот моя рука, видишь ее, и от того, что ты видишь, получи доказательство по отношению к невидимому. Эта рука, будучи одна сама по себе и делая различное, не может все, что она делает, подвести под одну категорию. Напр., одною и тою же рукою я творю и разрушаю; значит, если одной и той же свойственно и созидать и разрушать, так разве это одно и тоже? Конечно, не одно и тоже. Так как говорят, что мы иначе рождаем и иначе делаем, то говорю и я: одним и тем же способом, одною и тою же рукою я созидаю и разрушаю, и бью и врачую. Значит, ударять и врачевать — это одно и тоже? Одною и тою же рукою я толкаю стоящего и поднимаю упавшего; одною и тою же рукой я подаю голос за осуждение и за оправдание. Значит, осуждать и оправдывать одно и тоже? Разве все эти заключения не безумны? Разве это не басни и нелепости? Разве не огорчена этим душа Павла?
Разве не негодует Петр, когда такими словами искажается божественное учение? Ты отрекся от Христа и занимаешься чуждым учением. Разве ты не слышал слов Господа: кто постыдится Меня и Моих слов (Мк.8:38)? Часто многие исповедуют Христа, а Его слов стыдятся. Исповедует Христа еретик, но заходит речь об Отце и Сыне, он стыдится этих слов и говорит: ведь родил бесстрастный? Значит (родил) в смысле истечения, в смысле творения. 6. Видишь, что ты стыдишься слов? Так всегда они охотятся за словами, а существом дела пренебрегают: все объято суетой! Я не раз говорил, что таковы основные начала еретиков, и источник их очевиден. Церковь содержит (говорят они) еретическое учение. Скажи, кто руководитель изложенного выше учения? Кто виновник этой нашей, как ты называешь, ереси? От начала (веры) так проповедовали апостолы; после апостолов собор, бывший в Никее, утвердил. И чтобы было показано, что это вера вселенной, из такого множества собравшихся разногласили только семеро, которые и были отвергнуты. Вся вселенная была согласна, так как имела апостольскую закваску. И вот что удивительно: новый завет по божественному устроению подражал ветхому. Когда цари ассирийские (месопотамские) сделали нашествие на Палестину, Авраам вышел против иноплеменников, против пяти царей выступил один верный. И сколько народу он выставил против них? Рабов, рожденных в его доме, триста восемнадцать.
Скольких Авраам вооружил против иноплеменников, стольких же Христос воздвиг против ересей, сколько Авраам выставил против иноплеменников, или лучше сказать скольких взял себе в сподвижники, стольких Христос вооружил вместе с Собою против ересей. Триста восемнадцать епископов в Никее, и у Авраама триста восемнадцать рабов, рожденных в его доме. Почему сказал о рожденных в доме? Потому что он имел и купленных на деньги, но хотел показать ядро своего дома. И теперь Христос воздвиг не всех вообще, но рожденных дома, проповедующих, что Сущий рож- ден от Сущего, Живой от Живого, Свет от Света. Зачем ты говоришь о свете и свете? Какое различие между жизнью и жизнью? Какая разница? Удивительно и то, что Отец назван (просто) светом, а Сын — с прибавкою члена. Иоанн говорит: Бог есть свет (1Ин. 1:5), а о Сыне: был Свет истинный. Отец наименован светом в отвлеченном смысле. Так как против божества Отца еретическая дерзость не осмеливается восставать, хотя ее дерзости против Христа являются большим оскорблением и для Отца, то относительно того, что всеми признается единогласно, Писание ограничивается простым словом, а то, что возбуждает сомнение, оно подтверждает с особою силой. Отец называется светом — без всякого прибавления, потому что Он достаточно проповедан, чтобы быть известным.
И Сын называется светом, но чтобы кто не сказал, что тот свет духовный, а этот поддельный, прибавлено: Свет истинный. Далее, чтобы кто не сказал, что как солнце — светило, так и луна — светило, но одно — светило великое, а другое — светило малое, точно так и Отец свет, но свет великий, и Сын свет, но малый, чтобы не сказал кто этого, Исаия предупреждает: земля Завулонова и земля Неффалимова, на пути приморском, за Иорданом, Галилея языческая, народ, сидящий во тьме, увидел свет великий (Мф.4:15,16; ср. Ис.11:12). Если Бог свет, и свет великий, то и Бог велик. Если Бог свет, как написано у Иоанна, что Бог есть свет (1Ин. 1:5), если Бог свет великий, то и Бог велик. Конечно, велик Родивший и велик Рожденный; велик корень, велик и плод; велик свет, велико и сияние. Я не знаю великого и малого, но знаю великого единого Бога, Троицу. Велик Бог: Бог великий, вечный, говорит Исаия; и Павел: ожидая блаженного упования и явления славы великого Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа (Тит.2:13). Велик Бог, велик Господь, как говорит Давид: Велик Господь наш и велика крепость Его (Пс.146:5). Так как крепость и сила одно и тоже (ведь Христос есть Божия сила), то словами: Велик Господь наш он как будто хотел сказать: велик Отец, велика и сила Его. Велик Господь наш и велика крепость Его.
Велика крепость — Сын, но и Дух — святая великая сила, как говорит Спаситель апостолам: вы же оставайтесь в городе Иерусалиме, доколе не облечетесь силою свыше (Лк.24:49). Но смотри, как они препираются об этой силе. Да, говорят, сила, как имеющая обетование богатства. Дух не назван, говорят, Богом, но залогом Божиим; а как, послушай: залог — часть дара, не весь дар в целости, но часть целого. Написано, ведь, говорят, об апостолах: и вы, услышав слово истины, благовествование вашего спасения, и уверовав в Него, запечатлены обетованным Святым Духом, Который есть залог наследия нашего (Ефес.1:13,14). Вот, говорят, Он — дар Божий, а не Бог. Значит, как дар и обручение, Он есть только часть целого. А что если увидишь, что и Бог называется частью, а не целым, и даром, но не полным? Ведь сказано: залог наследия. Что значит обручение? Что значит наследие? Что значит обручение наследия? Наследие есть дар даровавшего наследие, а не сам наследователь. Между тем сказано: залог наследия нашего есть Дух. Если наименование Духа обручением соблазняет твою душу, то что будешь делать, когда услышишь, что и Бог называется наследием. Выслушай же внимательно, как Он называется не только наследуемым, но прямо наследием. Послушай, что говорит Давид: Господь есть часть достояния моего (Пс.15:5). (Как) Бог — часть достояния, (так и) Дух — залог (обручение) наследия.