Святитель Иоанн Златоуст, собрание сочинений. Том шестой. Книга первая

Не ради богатства, а ради собственного безумия; и свидетелем этому служит тот же муж, который при таком богатстве не только не похищал чужого, но и свое раздавал, и сделал у себя пристанище для странников: двери мои, говорил он, я отворял прохожему (Иов.31:32).

Следовательно, к предметам средним принадлежат бедность и богатство, здоровье и болезнь, жизнь и смерть, слава и честь, рабство и свобода, и тому подобное. Нет нужды перечислять все, чтобы слишком не распространить беседы, но, подав вам повод к собственному размышлению, следует перейти к нужнейшему. Дай наставление мудрому, говорит Пи­сание, и он будет еще мудрее (Притч.9:9). Итак все эти пред­меты суть средние, так что пользующиеся могут употреблять их и на добро и на зло. А что они действительно средние, как напр., богатство, это доказал Авраам, который пользовался им по надлежащему; доказал и живший при Лазаре богач, ко­торый расточал свое имение на погибель своей головы. Таким образом, богатство прямо не есть ни добро, ни зло. Если бы оно было прямо добром, а не чем-либо средним, то живший при Лазаре богач не был бы так наказан; если бы оно было злом, то Авраам не прославился бы так, бывши богатым. Нечто подобное есть и болезнь. Если бы болезнь была злом, то следовало бы и имеющему ее быть злым; следовало бы по­этому быть злым и Тимофею, который страдал тяжкою болез­нью: употребляй немного вина, говорил ему апостол, ради желудка твоего и частых твоих недугов (1Тим.5:23). Если же он не только не был от этого злым, но и сделал болезнь свою средством к увеличению своей награды, мужественно перенося ее, то очевидно, что болезнь – не зло.

И другой пророк посто­янно был болен глазами, и однако от этого не был злым, но и пророчествовал, и предвидел будущее, и болезнь не слу­жила ни малейшим препятствием к добродетели. И здоровье не есть прямое добро, если кто употребляет его не по надлежа­щему, а на худые дела, или на безумное действие, что тоже не безвинно. Потому и Павел говорил: если кто не хочет трудиться, тот и не ешь (2Сол.3:10). Все это – среднее, и, смотря по лю­дям пользующимся бывает, иногда тем, а иногда другим. Но для чего говорить о здоровье и болезни, богатстве и бедно­сти? Даже то самое, что для многих представляется главою благ и верхом зол, именно, жизнь и смерть, и они не прямо таковы; но также принадлежат к предметам средним, кото­рые могут быть и тем и другим по душевному настроению пользующихся ими. Например, жизнь – добро, когда пользую­щийся ею употребляет ее по надлежащему, а когда он употреб­ляет ее на грехи и беззакония, то она уже не добро, но лучше такому умереть. И наоборот то, чего по мнению многих нужно избегать, может доставить бесчисленные блага, когда будет к тому надлежащая причина. Это доказывают мученики, ко­торые за смерть сделались блаженнее всех. Потому и Павел желал не просто жить со Христом, но потому, что это было для него плодом дела. Не знаю, что избрать.

Влечет меня то и другое, говорил он, имею желание разрешиться и быть со Христом, потому что это несравненно лучше; а оставаться во плоти нужнее для вас (Фил.1:22-24). Потому и пророк го­ворит: честна пред Господом смерть преподобных Его, не про­сто смерть, но такая именно смерть (Пс.115:6); и в другом месте: смерть грешников люта (Пс.33:22). Видишь ли, что и это есть нечто среднее, не прямо добро и не прямо зло, а смотря по настроению испытывающих это. Потому и премудрый Соломон, считая полезным среднее между тем и другим, любомудрствуя об них и показывая, что не прямо первая есть добро, а последняя зло, но и она бывает добром в надлежа­щее время, хотя и кажется тяжкою, когда бывает не в надле­жащее время, говорит: время рождаться, и время умирать; время насаждать, и время вырывать посаженное (Екк.3:2). И радоваться не всегда полезно, но иногда бывает вредно; и скорбеть не всегда хорошо, а бывает иногда смертоносно и гибельно. Доказывая это самое, опять Павел говорит: печаль ради Бога производит неизменное покаяние ко спасению, а печаль мирская производит смерть (2Кор.7:10). 5. Видишь ли, что и это принадлежит к предметам сред­ним? Следовательно и противоположное этому принадлежит к предметам средним, т.е. радость. Поэтому апостол и за­поведал непросто радоваться, но радоваться о Господе (Фил.4:4).

Впрочем уже довольно мы объяснили предметы средние, если только слушатели были внимательны; теперь нужно перейти не к средним, но к добрым, которые не могут быть злыми, и к злым, которые не могут быть добрыми. Все вышесказан­ные предметы бывают иногда тем, а иногда другим, как напр., богатство бывает иногда злом, когда служит к лю­бостяжанию, а иногда добром, когда употребляется на мило­стыню, и все прочее таким же образом. Но есть предметы, которые иногда не могут быть злом, а противоположные им всегда бывают злом, и никогда не могут быть добром; таковы: нечестие, богохульство, разврат, жестокость, бесчелове­чие, чревоугодие, и тому подобное. Я говорю не то, будто человек злой никогда не может сделаться добрым, и добрый никогда не может сделаться злым, – но то, что самые эти предметы не могут быть таковыми. Они всегда остаются одинаковыми, одни добрыми, другие злыми; а человек, когда избирает первые, то бывает добрым а когда – противоположные им, то – злым. Итак, предметы троя­кого рода: одни – добро и не могут быть злом, как напр., це­ломудрие, милостыня и тому подобное; другие – зло и никогда не могут быть добром, как напр., разврат, бесчеловечие, жесто­кость; третьи бывают иногда тем, иногда другим, смотря по настроению пользующихся ими. Богатство иногда служит к любостяжанию, иногда употребляется на милостыню; но это зави­сит от настроения пользующегося им.

Бедность бывает по­водом иногда к богохульству, иногда к славословию и любо­мудрию. Потому и надобно теперь же приступить к разрешению, так как многие из безрассудных называют злом не только действительное зло, которое никогда не может быть добром, но и некоторые из средних предметов, напр., бедность, плен, рабство, которые составляют, как мы показали, не зло, а нечто среднее; так как многие, как я выше сказал, называют это злом, тогда как оно не есть зло, то пророк и говорит об этих предметах, которые многими считаются и называются злом, но на самом деле не зло, – о плене, о рабстве, о го­лоде и тому подобном. А что они действительно не зло, но еще служат к истреблению зла, мы наперед представим го­лод, который для всех кажется страшным и ужасным. Узнай же, как он не есть зло, и научись любомудрствовать. Когда еврейский народ дошел до крайней степени нечестия, тогда Илия, поистине великий и достойный небес, желая истребить болезнь нерадения и излечить ее, сказал: жив Господь Бог Израилев, пред Которым я стою! в сии годы не будет ни росы, ни дождя, разве только по моему слову (3Цар.17:1), – и тот, кто имел одну только ми­лоть, заключил небо: такое он имел дерзновение пред Богом! Видишь ли, что бедность не зло? Иначе беднейший из всех людей, живя на земле, не имел бы дерзновения – пока­зывать такую силу одним только словом.

Сказав это, он ибо навел голод, как превосходного учителя и истребителя быв­ших зол; и подобно тому как бывает с телом, подверг­шимся сильной горячке, самые жилы земли высохли, источники и растения оскудели, и недра земли сделались бесплодными. Тогда народ получил немалую пользу: был удержан от стремления к беззаконию, был обуздан и стал более послуш­ным и покорным пророку. Те, которые прибегали к идолам и детей своих закалали в жертву бесам, при избиении столь многих жрецов вааловых не негодовали и не роптали, но пе­реносили бывшее в молчании и страхе, сделавшись лучшими от голода. 6. Видишь ли, что голод не только не есть зло, но еще истребляет зло, исцеляя болезни подобно лекарству? Если хо­чешь видеть, что и сам плен не есть зло, то представь, ка­ковы были иудеи прежде плена, и какими были во время плена, и узнаешь, что ни свобода не есть прямо добро, ни плен –

Какой же этот псалом? На реках Вавилонских, там сидели мы и плакали, когда вспоминали о Сионе. На вербах среди него мы повесили органы наши. Ибо там спрашивали нас пленившие нас о словах песней и уведшие нас о пении: "воспойте нам (что-либо) из песней сионских!" Как запоем песнь Господню на земле чужой? (Пс.136:1-4)? Видишь ли, как плен смирил их? До него они не слушались и пророков, внушавших не преступать закона; а после него, не смотря на требование иноплеменников, на побуждение и принуждение властителей – преступить закон, они не соглашались, но говорили: как запоем песнь Господню на земле чужой, когда закон не позволяет этого. Посмотри и на трех отроков: они не только не потерпели никакого вреда от плена, но еще сделались от него более славными, равно как и Даниил. А Иосиф? Какое потерпел он зло, сделав­шись странником, рабом и узником? Не поэтому ли только он возвысился и прославился? А та иноплеменная жена, жив­шая в богатстве, великолепии и свободе, какую получила от этого пользу? Не была ли она несчастнее всех потому, что не хотела пользоваться этим, как должно? Итак, мы ясно показали, что – добро, что – зло, и что – среднее между ними; также объяснили, что пророк говорит о предметах средних, кото­рые – не действительно зло, а только кажутся таким для мно­гих, о плене, рабстве, ссылке. А для чего это сказано, нужно показать.