Страница 92 из 163
"Блажен муж, для которого есть защита у Тебя, который в сердце своем положил восхождение" (ст. 6). И справедливо, – потому что если он и падет, то встанет, если и согрешит, очистится, если и впадет в отчаяние, все же не увидит смерти. Но слушай, кто этот муж: "который в сердце своем положил восхождение". Как? Каким образом? "В долину плача, в назначенное (Богом) место, ибо Законоположитель дарует (за сие) благословение" (ст. 7). 2. Бог не лицеприятен, и не помогает одним, а другим нет, но подает свою помощь всем, кто к нему обращается. Но как обращается? Через "долину плача", т.е. чрез покаяние. Здесь Бог дал грешникам средство для исправления и спасения, говоря: "покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное" (Мф.4:17). Кто идет этим путем, тот "в сердце своем положил восхождение (в современном переводе в ед. числе – Ред.)", стремясь взойти от земли на небо, и не чрез одну ступень, а чрез многие ступени. Поэтому и сказано: восхождения, а не восхождение. Действительно, нам надо иметь много различных добродетелей, чтобы освободиться от дольняго и достичь горняго. Какие же именно? "Ибо Законоположитель дарует (за сие) благословение. Будут они восходить от силы в силу, явится (для них) Бог богов в Сионе" (ст. 7, 8).
Пророк говорит о заповедях евангельских, в которых высказано не одно благословение, а многие, – о различных блаженствах, выраженных Христом; слушающий их восходит по ним от силы в силу, идет от одной добродетели к другой: от смиренномудрия к плачу о грехах, отсюда – к кротости, затем – к непрестанному исканию правды, далее – к милостыне, от нее – к чистоте сердца, а от последней – к добродетели миротворения. Венцом же всего служат гонения за Христа, усовершившийся в которых и достигший конца увидит Бога в Сионе – в духовном созерцании (Сион и значит созерцание). Итак, верх блаженства – видение Бога, не так, как Он есть, а насколько Он благоволит дать. Можно сказать, что все сказанное, начиная с перемены тона, говорится и о Петре: он был блажен, получив помощь во время отречения, почему и не отчаялся, но положил чрез покаяние "который в сердце своем положил восхождение в долину плача". Ты знаешь, как он плакал и как, приняв благословения нового законодателя-Христа, восходил от силы в силу: прибежав к месту воскресения и увидев пелены, но, увидев затем и Христа, встретившего его, как засвидетельствовал Лука, он не удовольствовался этим, но восшел в другую силу – в Сион, где снова ему явился Бог богов – Христос, преподав благословение, и даровав ученикам мир и дар Духа (Лк.14:12 д.). "Господи, Боже сил! Услышь молитву мою, внемли, Боже Иакова!" (ст. 9).
Но разве услышать недостаточно? Нет, говорит, но надо еще и внять, т.е. вложить в уши, чтобы, если и не дано теперь исполнение молитвы, исполнить ее после; как пророк, он знал, что должно пройти много времени, прежде чем исполнится то, о чем он тогда молился. Здесь пророк опять сделал перемену тона, окончив молитву, желая затем усиленно помолиться о том же самом, так как молитва имела своим предметом самое спасение людей. "Защитник наш, узри, Боже, и призри на помазанника Твоего!" (ст. 10). Увидь, что мы нуждаемся в Твоем призрении; увидь, что язва не исцеляется средствами человеческими; увидь, что сосуд разбит. Мы тело Твое, не чужое. Итак, призри на нас. Но, говорит пророк, "призри на помазанника Твоего", т.е. чтобы в лице Христа, в Сыне Отец призрел на всех нас, и чтобы благоволением Отца совершилось данное для нас таинство. Почему же ты просишь, чтобы Отец призрел чрез Сына, а не через пророков? "Ибо один день во дворах Твоих лучше тысяч: предпочел я лучше повергаться у дома Бога моего, нежели жить в домах грешников" (ст. 11). Дворами Божиими пророк называет Вифлеем, крест, воскресение. Один день в каждом из них, следовательно, лучше тысяч. Чего не сделали века от самого начала мира, то сделано для всего человеческого рода в день рождения Христа, или в день распятия, или воскресения, а равно и вознесения.
Вот почему, прославляя эти дворы, пророк дальше говорит: "предпочел я лучше повергаться у дома Бога моего, нежели жить в домах грешников". Лучше желаю, говорит, быть в названных дворах с презренными и отверженными, чем жить в синагогах иудейских, которые называются уже не селениями Божиими, а селениями грешников, нарушающих закон. Пророк предпочитает получить жребий с разбойником, который является ничтожнейшим в церкви Божией, или с хананеянкой, которая, будучи отвергнутой, просила крупиц, падающих от трапезы, чем быть с Каиафой и прочими архиереями, первенствовавшими в синагоге иудейской. О том же самом будем молиться и мы, – чтобы быть последними из праведников и извергами, как говорил Павел (1Кор.15:8), и не жить с грешниками. Слушай, что следует дальше: "ибо милость и истину любит Господь, Бог благодать и славу даст. Господь не лишит благ ходящих незлобиво" (ст. 12), – милость и истину для раскаявшихся грешников, которые по милости поставляются вместе с праведниками, а по истине получают не равный с последними жребий, почему и называются отверженными, так как занимают во дворах Божиих последнее место. Им Бог дает благодать и славу, – благодать, потому что благодатию они спасаются, – славу, потому что получают славу вместе со святыми, хотя и на последнем месте.
А что это правда, и что первенствуют действительно праведники, это видно из дальнейших слов: "Господь не лишит благ ходящих незлобиво". Проведшие жизнь без грехов, жившие в правде, – в чем и заключается незлобие, – не лишатся благ, получат соответствующие венцы, потому что "каждый получит свою награду по своему труду" (1Кор. 3:8). "Господи, Боже сил, блажен человек, уповающий на Тебя!" (ст. 13). Прекрасною печатью запечатлел пророк этот псалом, – надеждою на Бога, иметь которую составляет блаженство. Она якорь для обуреваемых, и нерушимая стена для подвергающихся нападениям. А надеется на Него тот, кто не полагается ни на что в настоящем мире, по всякой надежде мира предпочитает надежду на Бога.
43.
СОБЕСЕДОВАНИЕ на псалом 92, на слова: "возвысили реки голоса свои";
и о хождении Спасителя по морю, о пяти хлебах и двух рыбах, и о первозданных
людях после падения.
на слова: "возвысили реки голоса свои"; и о хождении Спасителя по морю, о пяти хлебах и двух рыбах, и о первозданных людях после падения 1. Сегодняшнее чтение из Евангелия от Матфея, – о волнении на море, и о чудесном хождении Спасителя по водам и о малодушии апостолов, – является для нас приличным поводом говорить о словах пророка: "возвысили реки, Господи, возвысили реки голоса свои, поднимут высоко реки волны свои, от шумного движения вод многих: дивны высокие волны морские, дивен в вышних Господь" (Пс.92:3,4). Что это такое – "высокие волны морские"? Не чудо ли Спасителя, что одним мановением Он успокоил волнующееся море? Что иное реки, возвышающие свои голоса в море, как не ученики Господа? Апостолы – именно реки, как бы вытекающие из вечного источника – Христа, согласно Его изречению: "из чрева потекут реки воды живой" (Ин.7:38). Как Господь не переставал творить чудеса, так и апостолы, испытывая морское волнение, не отступали от правды. В четвертую стражу ночи, увидев Господа, ходящего по водам моря, они приняли Его за призрак. Как – призрак? Раба (море, державшее Его на своей поверхности) узнала Владыку, а ученики не узнали Учителя? Имея столько доказательств Его чудес, они сомневались, увидев Его ходящим по поверхности моря. Не Он ли сам посредством Моисеева жезла обнажил морские бездны и открыл сынам Израилевым невлажный путь.
Они сочли Его за привидение и испугались: вот именно "трепетали от страха, где не было страха" (Пс.13:5), потому что испугались, увидев пред собою вблизи пристань жизни. Когда все были объяты страхом, Петр, поднявшись, сказал Господу: "Господи! если это Ты, повели мне придти к Тебе по воде. Он же сказал: иди" (Мф.14:28,29). А ученикам сказал: "ободритесь; это Я, не бойтесь" (Мф.14:27). Я действительно говорю, а не как призрак, потому что Я – сама Истина, вочеловечившаяся для того, чтобы упразднить виновника призраков. "Это Я, не бойтесь"! Что бояться вам дуновения ветров? Не обо Мне ли сказаны слова: "изводит ветры из сокровищниц Своих" (Пс.134:7)? И теперь я допустил ветры не для того, чтобы устрашить вас, но чтобы утвердить. Когда Господь говорил это, Петр, по свойственной ему горячности веры, опять выделился и стал говорить: Господи, Ты ли Христос? По твоим речам я узнаю Тебя, но Твои дела наводят на меня сомнение: мы никогда не видали Тебя ходящим по морю. Но если Ты – Христос, прикажи мне придти к Тебе по водам. Господь сказал ему: иди, если ты имеешь достаточную опору в своей вере. Я не допускаю никакого притворства. Если ты не веришь, не ходи. Когда Петр пошел по этому зову Господню, он держался на поверхности моря, имея веру неколеблемую сомнением.