Страница 64 из 163
Он беспокоится, а удовольствие (достается) другим; его – труды, а сокровище другим; его – заботы, а веселие другим; его – печали, а наслаждения другим; ему – проклятие, а другим услуги; его – хищение, а другим удовольствия; у него – скорбь, а у других благосостояние; у него – слезы, а у других имущество; он наказывается в аду, а другие наслаждаются его наследством, воспевая: "подобно призраку ходит человек, напрасно только мятется он".
Сегодня грозный, а завтра умирающий; сегодня в богатстве, а завтра в гробу; сегодня в венце, а завтра под надгробным памятником; сегодня в порфире, а завтра в грязи; сегодня в сокровищнице, а завтра на одре; сегодня (окружен) льстецами, а завтра червями; сегодня существо, а завтра ничто.
О, какое печальное зрелище нашей слабости, о, какой праздник человеческого ничтожества! Сколько я насказал, и не нашел ничего более соответственного пророческому изречению, гласящему: "подобно призраку ходит человек, напрасно только мятется он".
Одни позорят друг друга из-за пяди земли, другие притесняют друг друга из-за дома; этот стремится взять то, чего не давал, тот идет в суд, чтобы не отдавать того, что взял. Один с жадностью требует лихвы, другой усиливается отнять и сам капитал. Этот скорбит от недостатка, а тот угнетается изобилием; кто не имеет, терпит унижение, а кто имеет, служит предметом зависти. Кто облечен властью, тот возбуждает против себя гнев; кто управляет, того ненавидят; кто принадлежит к числу знати, против того вооружаются. Войны постоянны, зависть непрерывна, жадность тиранствует, корыстолюбие преобладает, ложь превозносится, взаимное доверие утрачено, истина оставила землю, дружба только за трапезой. Все погубили свою силу; земля наконец не в состоянии сносить зло; воздух осквернен до самого эфира. Из-за денег жизнь делается не в жизнь; за деньги мы готовы продать даже свободные стихии; на дорогах воздвигаются заставы, земли разделяются по жребию, воды – в распоряжении господ воздух – на откупу; десятинники, сборщики податей и откупщики захватили города; богатые истаевают от забот; ростовщики сгорают от беспокойства; грабители расстраивают жизнь; любостяжатели развращают суды; купцы извлекают выгоду из бедствий; доносчики продают ложь. Обманывая друг друга, мы разрушили святость клятвы; знаем Бога только для того, чтобы клясться. 2.
Итак, видя общее преобладание зла, пророк, оплакивая жизнь, говорит: "подобно призраку ходит человек, напрасно только мятется он". Только человек, ты говоришь, беспокоится? Только смятение ума, о, пророк, ты осуждаешь? (Да, говорит): ни среди животных, ни среди стихии я не нашел ничего преданного суете. Волнуется, говорит, вода, и опять успокаивается; потрясается земля, и опять утверждается; бушуют ветры, и утихают; свирепствует всякий зверь, и, насытившись, перестает; воспламеняется огонь, и, истребивши попавшее ему дерево, погасает. Человек же в своем беспокойстве о деньгах никогда не находит покоя. Взял это, и уже смотрит на то; овладел тем, и разевает пасть на другое. Он старается удвоить сто, к этому опять спешит скопить столько же, и никогда не перестает собирать, пока не приготовит себе конца. Одержимый жаждой любостяжания, он делается желтее самого золота, (и все) –
Но что я обвиняю богатство, оставив в стороне стяжателей? Оно само терпит от них, связываемое ими и содержимое в узах. Мне кажется, оно могло бы обратиться к ним со следующими словами: что вы, любостяжатели, связываете меня, богатство? Что вы на меня, как на беглеца, налагаете тысячи уз? Что вы обнимаете меня как друга и связываете как злодея, прямо из недр земли захватывая меня в свои руки? Если желаете сделать меня легче самого сна, допустите меня и в руки бедных. Но скажет (обличаемый): "я собираю богатство для детей, чтобы им не пришлось испытать бедности". Хорошо же, многомечтательный богач: настоящего ты не знаешь, а о будущем заботишься; не ведаешь того, что касается тебя самого, и заботишься о детях; не знаешь, не зароют ли тебя в землю, а совещаешься о наследниках? Безумный, скажи мне, какой конец тебя ожидает, и тогда старайся обеспечить детей; скажи мне о сегодняшнем дне, и тогда я поверю тебе насчет завтрашнего. Зачем обманываешь себя и после смерти? Зачем хочешь быть и мертвым, и осмеиваемым? Зачем ты вторгаешься в то, что свойственно делать Богу? Зачем учишь Божественный Промысел, как распорядиться данным тебе? Тебе нет никакого дела до того, что будет после тебя. Ты не можешь быть мертвым и распоряжаться живыми и судить мертвых, взвешивая права каждого.
Итак, зачем ты, богатый, напрасно трудишься, собирая к себе то, что принадлежит бедным, а сам не знаешь, для кого ты собираешь это? Зачем удерживаешь то, что принадлежит сиротам, почему негодуешь на их просьбы, как будто теряешь что-нибудь из своего собственного? Они ищут своего, а не твоего; порученного тебе от них, а не рожденного с тобой. Отдай, что ты взял, и получи пользу, так как тебе поручено дать, а не взять. Будь удовлетворен тем, что в лице нищего сам Бог протягивает тебе руку. Посылающий дождь с неба просит у тебя медную полушку; производящий гром и молнию говорит тебе: "помилуй меня"; облагающий небо облаками просит у тебя рубища. Будь доволен тем, что бедные умоляют тебя как Бога. Подай, сжалься, помилуй, чтобы тебе быть помилованным. А ты и бровью своей не хочешь повести, и упрашиваемый остаешься непреклонен. Дай им то, что им же принадлежит, прежде чем получишь вразумление; подай им то, что принадлежит им, и что немного спустя ты оставишь. Их отец – Царь: подай им то, что принадлежит им же, и получи от отца их беспечальную жизнь. Какую это? "Так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне" (Мф.25:40). Оказывающий внимание бедному и нищему не только уничтожает рукописание своих грехов, но и заключает условие, гласящее: дающий нищему, дает в заем Богу. Богу в заем мы даем милостыню, чтобы получить от него воздаяние человеколюбия.
Но, о, мудрейшее слово! "Благотворящий бедному дает взаймы Господу" (Притч.19:17). Почему не сказал: милующий нищего дает Богу, но: "дает взаймы"? Знает Писание наше корыстолюбие, приняло во внимание и то, что ненасытность наша в деле наживы ищет обогащения, и поэтому не сказало просто: милующий нищего дает Богу, чтобы ты не разумел простое даяние и вознаграждение, но говорит: "благотворящий бедному дает взаймы Господу", чтобы, слыша название займа, любитель корысти подвигнул себя к милости. Если Бог получает от нас в заем, значит Он делается должником нашим. Так что же, судьей своим или должником желаешь Его иметь? Ведь должник чувствует уважение к давшему в заем, а судья не стесняется с подсудимым. 3. Необходимо, братие, посмотреть и с другой стороны, почему Бог сказал, что "мне в заем дает дающий нищему".
Конечно, Он видел, что наше любостяжание доходит до крайности, как я сказал уже, и что не находится имеющего деньги и желающего давать без обеспечения (потому что заимодавец требует или закладной, или залога, или поручителя, и под эти три вида обеспечения доверяет свои деньги, или получив поручительство, как я сказал сейчас, или под залога движимости); итак, так как знал Бог, что без этого никто не дает в долг, и что никто не руководится человеколюбием, но все ищут только прибыли; а между тем нищий лишен всего этого, не имея ни закладной (так как ничего не имеет), ни залога (так как сам наг) и не будучи в состоянии представить поручителя (так как не пользуется ничьим доверием, как неимущий), – когда увидел Бог, что в таком случае подвергается опасности и бедный – по неимению, и имеющий деньги – по своему бесчеловечию, тогда Он стал между ними, в качестве поручителя за бедняка и в качестве залога для заимодавца. Ты не веришь ему, говорит (Бог), из-за его бедности? Поверь Мне – по причине Моего преизбыточества. Увидел бедного и умилостивился; увидел нищего, и не презрел, но самого Себя сделал заложником за ничего не имущего, и по Своей великой благости вступился за недостаточного. "Благотворящий бедному дает взаймы Господу". Не бойся, говорит, ты даешь в долг Мне. – Но какую я получаю пользу, давая Тебе взаем?