Страница 54 из 163
Вспомни о блуднице. Ты хулил Бога? Вспомни о Павле, который хулил Его. Ты неверный? Вспомни о волхвах. Я знаю, как грех доводит до отчаяния. Диавол, изощряя меч, предстоит и говорит тебе такие слова: всю жизнь свою ты проводил с блудницами, притом нарушал клятвы, прелюбодействовал хуже всех в настоящей жизни. Таковы слова диавола. Но ты смело приступай к делам противоположным. Ты пал? Восстань же. Ты блудодействовал? Раскайся. Ты прелюбодействовал? Исправься. Не велико твое покаяние; но велико человеколюбие Владыки. Пока ты имеешь дыхание, и находясь на самом одре, Совершай покаяние; трудность дела привлечет человеколюбие Божие. Прилагай эти врачества – и ты укротишь пламень. Знаю, возлюбленный, что много ран душевных; но каждая рана имеет свое, соответствующее и готовое для нее, врачество. Ты имеешь Церковь, которая низводит дары Духа. Ты имеешь сонм мучеников и много другого, что может обращать тебя от греха к праведности. Вы слышали о некоторых грехах праведников; но видели и скорое их раскаяние словами и слезами. Так, сам Давид взывал: "слезами моими орошаю постель мою" (Пс.6:7). И Павел говорил: "но помилован потому, что так поступал по неведению, в неверии" (1Тим.1:13).
Итак, не будем и мы отчаиваться в своем спасении, вспоминая о тех, которые прежде согрешали и удостоились царства небесного, благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Которому слава и держава, с Отцем и Святым Духом, во веки веков. Аминь. СТИХИ в честь великого светильника и учителя Церкви Златоуста О, море словесное неизмеримое, Писаний безмерный простор обнимающее, И ныне дошедшее до самой глуби псалмов. Ты все наполняешь до самого дна, И сокровенные от ока места Видными делаешь во глубинах, И светлым словом сокрытые освещаешь перлы. Буду же пить я, о, море, сладкие воды твои! Жаждешь ли, жажда не стихнет Горящего страстью к писаньям твоим. [1] Эта беседа и следующие две статьи в издании Миня отнесены к разряду Dubia.
25.
ПРЕДИСЛОВИЕ к беседам на Псалмы.
Составленные Давидом 150 псалмов, которые исполняемы были его помощниками на музыкальных орудиях. Мнение, что не все псалмы составлены Давидом, ошибочно. После Моисея и преемника его Иисуса Навина, после так называемых судей израильских и после того, как Саул принял царствование над израильтянами и был отвергнут, Бог воздвиг им царя добродетельного, праведного и пророка, который и составил книгу 150-ти псалмов, по вдохновению Духа Святого, (написанных) мерною речью, свойственною отечественному языку его, и петых благозвучно с разнообразием в голосе, с различными музыкальными орудиями, с ликованием и припевами. Сам он употреблял псалтирь и имел под своим управлением разные хоры меньших пророков; так он называл мужей, обращавшихся с пророками, а иногда называл их и сынами пророческими. Они имели различные музыкальные орудия, один – кимвалы, другой – флейты, тот – тимпаны, этот – трубы, иной псалтири и гусли, иной – так называемые пастушеские свирели. Притом каждый хор имел начальника, из которых один назывался Асафом, другой Идифумом, иные – сынами Кореевыми, иной – Ефамом Израильтянином, иной – (именем) Моисея человека Божия.
Таким образом, когда Давид возбуждался духом провещавать или о пленении народа, или о возвращении его, или о нравственном учении, или о промысле Божием, или о Владыке Христе, то он составлял мерною речью псалом, так что каждый соответствовал своему содержанию, – потому и есть малые и большие псалмы, – и отдавал его какому-нибудь хору. Если же он указывал остановиться на средине псалма и передать следующую часть псалма другому хору, то такое преемство псалмопения называлось переменою тона (διάψαλμα). Так, когда он хотел в средине псалма передать его, так называемым пастушеским свирелям (ω̉δοι̃ς βουκολίοις), то это называлось ω̉δή διαψάλματος, потому что свирели преемственно начинали петь остальную часть псалма (Пс.9:17). Об этом желающий может узнать из книг Паралипоменон, в которых написано: и устрои Давид петь песнь сию рукою Асафа пророка (1Пар.16:7). После того, как первый хор передавал псалом другому, следующие хоры, то каждый отдельно, то все вместе, с приятностью и согласием, один на одних, а другой на других музыкальных орудиях попеременно и с ликованием пели псалом в честь и славу Божию.
И об этом можно заключать из того, что сам Давид, возвратив кивот от иноплеменников, ликовал пред ним и, когда собственная его жена, Мелхола, укоряла его, отвечал: "пред Господом играть и плясать буду" (2Цар.6:21); он не только не перестал, но и выразил намерение делать это еще с большим усердием. Некоторые, не вникнув в порядок и сущность дела и не желая научиться тому от знающих, обратились к иносказаниям, и даже стали утверждать, будто не все псалмы принадлежат Давиду, но принадлежат и тем лицам, принявшим от него (псалмы), которых имена ясно означены. Между тем ни Господь, ни апостолы нигде не упоминают ни о каком другом писателе какого-нибудь псалма, кроме Давида. Итак, чтобы слушатель имел ясное представление об устройстве, представим Давида сидящим, а пред ним справа и слева – хоры. Затем мы скажем и о тех псалмах, которые он удостоился проречь о домостроительстве Господа, Его страдании и воскресении по человечеству, – псалмах, представляющих разнообразие по роду сложения и формам выражения. Точно также он возвестил, что Он Господь вечен по Божеству, что Он творец вселенной и обновитель всего мира, и что Он составляет цель всего богодухновенного Писания.
Хор Идифума, хор сынов Кореевых, хор Ефама Израильтянина, хор Асафа, и хор Моисея человека Божия, – вот хоры пророков, бывших под его управлением, которые, играя на различных музыкальных орудиях, воспевали с ликованием во славу Божию 150 псалмов, внушенных от Духа Святого.
26.
СОБЕСЕДОВАНИЕ о псалмах.
ПРИПИСЫВАЕМЫЕ СВ. ИОАННУ ЗЛАТОУСТУ
И В ПАТРОЛОГИИ МИНЯ ОТНЕСЕННЫЕ К РАЗРЯДУ
SPURIA
Собеседование о Псалмах 1. Божественные Писания все святы, но особенною святостью проникнуты псалмы. Так, с самого начала книги (они говорят) прямо о воздержании, и прежде всего о том, чтобы не иметь общения с нечестивыми. С этого именно и начал блаженный Давид своими словами: "блажен муж, который не ходил на собрание нечестивых" (Пс.1:1). Говоря о блаженстве, он разумеет высшую степень всего хорошего. Вместе с тем (говорят псалмы) об общении с добрыми, об обуздании чрева, об удержании рук, о нелюбостяжании, о ничтожестве денег, славы и всего подобного. Послушай, например, его слова о том, чтобы хранить целомудрие: "внутренность моя насыщена позором" (Пс.37:8), и в другом месте: "Ты истребил всякого прелюбодействующего от Тебя" (Пс.72:27). О том, что должно обуздывать чрево, он говорит: "еще пища была в устах их, когда гнев Божий пришел на них, и убил очень многих из них" (Пс.77:31,30). О том, что должно удаляться стяжания: "если богатство притекает, не прилагайте (к нему) сердца" (Пс.61:11), – и не искать славы: "при смерти он ничего не возьмет, и не сойдет с ним слава его" (Пс.48:18). Не подражать порочным: "не ревнуй лукавым" (Пс.36:1).
Он поучает) ни во что вменять земное могущество: "видел я нечестивца, превозносящегося и высящегося, как кедры ливанские: и прошел я мимо, и вот его нет: и искал его, и не нашлось место его" (Пс.36:35,36), – и презирать все временное: "считали счастливым народ, у которого это есть, (но) блажен народ, блажен народ, у которого Господь – Бог его" (Пс.143:15). Говорит (псалмопевец и) о том, что мы не просто согрешаем, но есть воз-даяние: "Ты воздашь каждому по делам его" (Пс.61:13). И почему не за каждый день воздает (тотчас): "Бог – судья праведный и крепкий, и долготерпеливый" (Пс.7:12). Также говорит он о том, что смирение прекрасно: "не превозносилось сердце мое" (Пс.130:1), и что гордость – зло: "посему овладела ими гордость их совершенно, оделись они в неправду и нечестия свои" (Пс.72:6), а в другом месте: "смиренным дает благодать" (Притч.3:34), – что милостыня прекрасна: "расточил: дал нищим, правда его пребывает в век века" (Пс.111:9), – что милосердие достойно похвалы: "муж, щедро дающий, устроит дела свои на суде" (ст. 5), – что не должно злословить: "тайно клевещущего на ближнего своего – сего я изгонял" (Пс.100:5). И много – гораздо больше сказанного – найдешь ты здесь мыслей, исполненных любомудрия. И он беседует не только о настоящем, но и о будущем, не только о видимой, но и о невидимой твари. Желаешь узнать о небе, пребудет ли оно вечным или потерпит изменение?