Страница 154 из 212
Однако, он не сказал, что обрезание вредно; как же, в таком случае, он считает его безразличным? Оно безразлично для тех, которые были обрезаны прежде принятия веры, но не для тех, которые обрезывались уже после принятия веры. Смотри же, как он отверг обрезание, поставив его наряду с необрезанием. Ведь различие делает вера. Так, если кто набирает борцов, то будут ли они кривоносые или курносые, черные или белые, это нисколько не важно в деле выбора, но надобно искать в них только того, чтобы они были сильны и опытны в своем деле. Точно так же и желающему вступить в новый завет нисколько не повредит то, что он не соблюл всех этих телесных обрядов, равно как не принесет никакой пользы и то, если он соблюдет их. Что же значит – "действующая любовью" (любовию споспешествуема)? Этими словами (апостол) сильно уязвляет их, показывая, что это уклонение их от истины произошло оттого, что они не утвердились еще в любви ко Христу, так как здесь потребна не только вера, но и пребывание в любви. Как бы так он сказал: "Если бы вы любили Христа как должно, то вы не уклонились бы к рабству, не оставили бы вашего Искупителя и не оскорбили бы Освободителя". Он указывает здесь вместе и на тех, которые злоумышляли против них, давая понять, что если бы и они имели любовь к ним, то не решились бы сделать этого. Кроме того, этими словами он желает исправить и жизнь их.
"Вы шли хорошо: кто остановил вас, чтобы вы не покорялись истине?" (Течасте добре, кто вам возбрани) (ст.7). Это – слова не вопрошающего, а недоумевающего и скорбящего, подобно тому, как и выше он сказал: "кто прельстил вас?" (кто вы прельстил есть) (Гал.3: 1). "Такое убеждение не от Призывающего вас" (Препрение не от призвавшаго вы) (ст.8). "Призвавший вас не для того призвал, чтобы вы так колебались, не дал вам заповеди жить по-иудейски". Затем, чтобы кто-нибудь не сказал: "Зачем ты так преувеличиваешь дело и представляешь его столь ужасным? Мы соблюли только одну заповедь закона, а ты производишь такой шум", – послушай, как устрашает их, не настоящим их поступком, но имеющими произойти от него последствиями, в следующих словах: "Малая закваска заквашивает все тесто" (мал квас все смешение квасит) (ст.9). "Так и вас, – говорит,– эта небольшая погрешность, оставленная без исправления, может преодолеть и увлечь совершенно в иудейство, подобно тому как закваска (заквашивает) тесто. "Я уверен о вас во Христе, что вы не будете мыслить иначе" (Аз надеюся о вас в Господе, но яко ничтоже ино разумети будете) (ст.10). Не сказал – "не разумеете", но – "не будете разуметь", т.е. "исправитесь". Откуда ты знаешь это? Но он не сказал – "знаю", а – "надеюсь". "Надеюсь на Бога, – говорит он, – и с твердым упованием призываю Его содействие к вашему исправлению".
И не просто сказал – "надеюсь о вас", но прибавил – "в Господе". Он везде соединяет обличение с похвалою; как бы так он сказал: "Я знаю моих учеников, знаю удобоисправимость вашу; полагаюсь в этом и на Господа, который не попускает погибнуть даже и самому незначительному человеку, и на вас, которые легко можете возвратиться в прежнее состояние". Но вместе с тем убеждает приложить и собственное старание, так как невозможно получить от Бога ничего, если мы не привнесем ничего со своей стороны. "…А смущающий вас, кто бы он ни был, понесет на себе осуждение" (Смущаяй же вас, понесет грех, кто бы ни был) (ст.10). С двух сторон побуждает их к исправлению: и тем, что ободряет их, и тем, что угрожает и предсказывает наказание обольстителям. Но заметь, что он нигде не назвал по имени злоумышленников, чтобы тем не сделать их еще бесстыднее. А смысл его слов такой: "Хотя вы и не будете мыслить иначе, однако это не избавит виновников обольщения от наказания, но они будут осуждены, так как невозможно допустить, чтобы за благочестие одних облегчалась участь других, злонравных. Говорит же это для того, чтобы лжеучители не сделали такого же нападения еще и на других. И не просто сказал – "смущающие", но и усилил выражение, сказав: "кто бы ни был". "…А что же гонят меня, братия, если я и теперь проповедую обрезание?" (Аз же, братие, аще обрезание еще проповедую, почто еще гоним есмь) (ст.11).
Так как на него возводили клевету, будто он часто соблюдает иудейские обряды и проповедует (необрезание) притворно, то посмотри, как он показал себя чистым (от этой клеветы), призывая в свидетели их самих. "Вы и сами знаете,– говорит он, – что причиною гонений на меня было то, что я повелеваю оставлять закон; а если бы я проповедовал обрезание, то за что бы стали меня преследовать? Ни в чем другом, кроме этого, иудействующие не могут обвинить меня. И если бы я позволял им веровать по отеческим обычая, то, конечно, ни уверовавшие, ни неуверовавшие не злоумышляли бы против меня, так как ничего из их обычаев не отвергалось бы". 3. Что же? Не проповедовал ли он обрезания? Не обрезал ли Тимофея (Деян.16)? Обрезал, конечно. Как же, в таком случае, говорит – "не проповедую"? Заметь и здесь его осмотрительность. Он не сказал – "я не совершаю обрезания", но – "не проповедую", т.е., "Не учу так верить, и ты не должен брать моего поступка в утверждение догматов: я действительно обрезал, но не проповедовал обрезания". "…Тогда соблазн креста прекратился бы" (убо упразднися соблазн креста). Это значит: "Если верно то, что вы говорите, то преграда и вражда, разделяющие нас, уничтожены". Иудеев соблазнял не столько крест, сколько учение не следовать отеческим обычаям.
И когда они привели Стефана в синедрион, не говорили, что он почитает Распятого, но что он говорит (хульные слова) на место это и на святой закон (Деян.6: 13). Да и самого Иисуса они обвиняли в том, что он разоряет закон (Иоан.5: 16). Вот почему Павел и говорит: "Если мы допускаем обрезание, то прекратилась ваша борьба с нами, – нет более никакой вражды против креста и проповеди; если же нас ежедневно умерщвляют, то почему же нас обвиняют в этом? А на меня за то и возложили руки, что я ввел в храм необрезанного. Неужели же я, –говорит, – настолько неразумен, что, допуская обрезание, решился бы совершенно напрасно и сам подвергнуться такому злу, и подать такой соблазн для креста? Вы и сами видите, что ни за что так не враждуют на нас, как за обрезание. Итак, неужели я был настолько неразумен, чтобы без всякой причины и себя подвергнуть скорби, и других ввести в соблазн?" А назвал он это соблазном креста потому, что и учение о кресте повелевает оставить отеческие обычаи, и что это именно повеление преимущественно и соблазняло иудеев и служило препятствием к принятию креста. "О, если бы удалены были возмущающие вас!" (О, дабы отсечени были развращающии вас) (ст.12). Смотри, каким строгим является здесь (апостол) по отношению к обольстителям (галатов).
Сначала он упрекал обольщенных, дважды назвав их несмысленными, но после того как достаточно научил и вразумил их, обращается уже к обольстителям. А мы должны и здесь заметить мудрость (апостола). Первых он убеждает и вразумляет, как детей своих, способных еще исправиться, обольстителей же отсекает, как чуждых и неизлечимо больных; на это последнее указывает он, когда говорит: "кто бы он ни был, понесет на себе осуждение" (понесет грех, кто бы ни был), а на первое, когда угрожает им и говорит: "О, если бы удалены были возмущающие вас!" (о, дабы отсечени были развращающии вас). И справедливо сказал – развращающии (αναστατούντες). В самом деле, они принудили их, оставив свое отечество и свободу и небесное родство, искать отечества чуждого и неизвестного, и изгнав их из Иерусалима горнего и свободного, заставили блуждать как пленников и пришельцев. Поэтому-то (апостол) и желает их удаления. Смысл же его слов таков: "Я нисколько не забочусь о них, так как "еретика, после первого и второго вразумления, отвращайся" (еретика человека по первом и втором наказании отрицайся) (Тит.3: 10). Если они хотят, пусть не только обрезываются, но и (все тело свое) изрежут". Итак, что скажут теперь те, которые осмеливаются сами себя искажать, навлекая тем на себя клятву апостола и осуждая устроение Божие, – споборники манихеев?