Страница 77 из 149
Потому что и в нашей среде можем видеть те же дурные дела и те же ужасающие бедствия, и можем вывести заключение, что за наши грехи мы тяжко страдаем и теми же, что и они, испытываемся опасностями. Потому что кто ли не видит, что огонь алчности (любви к деньгам) пылает среди нас, и пламя его высоко поднимается, и, пожалуй, все захватило: и общественные форумы и народные собрания, и крестьянские дела, и деловые соглашения и торговлю? Уже проникло и в священные учреждения, и посягнуло даже на праздничные дни, и своим обостренным и в большинстве случаев связанным с обманом, бешенством к наживе и суетой, делает для нас праздники — не праздниками. Чем отличаются от нашептывавшего некогда Еве змия и от оных жалящих в пустыне змей те люди, которые нашептываниями и коварствами возбуждают гражданские междоусобные раздоры? Сколько из наших граждан совершенно пренебрегают целомудрием, недовольствуясь законным браком, но прибегают к блуду и незаконным сожительствам?
За это и за подобное многие из наших граждан одни уже стали пищей меча или же жертвами разбоя, а иные еще станут, если только не покаются; и хотя бы кто здесь избежал грядущего оного гнева, однако после смерти не избежит неминуемого гнева на живших без покаяния. Ибо говорит Апостол: «Сих бо ради грядет гнев Божий на сыны непокоривыя» (Еф. 5:6): гнев нынешний и гнев грядущий Посему, братие, каждый из нас обратимся от наших дурных дел; не станем делать зла, и не постигнет нас зло; но научимся делать добро.
Итак, слышавшие эта своими ушами, повиновением Божией воле в своем веке, ушли из этого мира; так что теперь это обещание Христово принадлежит нам, верующим в Него от рождения до скончания века, и являющим чрез дела сию веру; так чтобы на основании здешней нашей жизни уже имея Господа с нами, в Нем улучить и здешние и будущие блага, во славу Его, и Безначальнаго Его Отца, и Соприсносущнаго Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь.
Омилия XXXIX [187]
Произнесенная на молебном пении, совершаемом по случаю небывалой и непрекращающейся смертоносной эпидемии, бешенствовавшей в то время
Иоанн, возлюбленный Христу Богослов, говорит: «Аще сердце наше не зазрит нам, дерзновение имамы к Богу: и егоже аще просим, приемлем от Него, яко заповеди Его соблюдаем и угодная пред Ним творим» (1 Ин. 3:21–22). Мы же, носящие в себе самоосуждающую нас совесть, ходящие в след наших дурных вожделений, преступающие заповеди Божии, и делающие мерзкое пред Ним, ежедневно пьянствующие и проводящие дни за вином и в планах, где бы устроить попойку, а ночь проводящие в душевной и телесной нечистоте, проводящие жизнь в неправде и любостяжании, радующиеся кражам и грабежам (которые мы совершаем), питающие зависть и ненависть друг к другу, поносящие друг друга, злословящие друг на друга, ненавидящие всякую добродетель и сдержанность, погружающие себя во всякий вид греха, — как возможем иметь дерзновение нечто просить у Бога в молитве и псалмопении?! Можем ли, отвергая заповеди Божии, надеяться получить от Него просимое нами?! Ибо «грешнику», как говорит Псалмопевец, «рече Бог: вскую Ты поведаеши оправдания Моя, и восприемлеши завет Мой усты твоими. Ты же возненавидел еси наказание, и отвергл еси словесе Моя вспять. Аще видел еси татя, текл еси с ним, и с прелюбодеем участие твое полагал еси. Уста твоя умножиша злобу, и язык твой сплеташе льщения: седя на брата твоего клеветал еси, и на сына матере твоея полагал еси соблазн. Обличу тя, представлю пред лицем твоим грехи твоя.
Разумейте убо сия забывающии Бога, да не когда похитит, и не будет избавляяй» (Пс. 40:16–22), — именно как ныне мы похищаемся (смертью), и нет избавляющего, нет помогающего! Но хотя и не всякий из нас имеет все вышеперечисленные виды греха в их целокупности, однако каждый из нас в одном или в нескольких из них все отклонились (от праведности) и стали неключимы; впрочем, и один из этих грехов достаточен, чтобы удалить от нас милость Божию и навлечь гнев Его на нас. Что сделало Исраильтян недостойными богоделанных скрижалей? — Не пьянство ли? — Потому что Моисей, поднявшись на гору, совершил сорокадневный пост и беседовал с Богом о народе; оттуда и нерукотворенные скрижали принял, написанные перстом Божиим, и спустился с горы, неся сей дар Исраильтянам; но когда, по шуму и бесчинным крикам, еще издали он ощутил, что они пьяны, — «шум пьяных», говоря, «я слышу» (Исх. 32:18), — то, считая их недостойными сделанных самыми руками Божиими и написанных Им скрижалей, он разбил их; снарядил же против тех беззаконников иных людей, имевших ум не расслабленный пьянством и не выплавлявших себе бога пьянствующих [188], и при помощи тех людей убил много тысяч, и таким образом умилостивил Бога трезвенных. И снова взойдя на гору, он принес затем иные скрижали, написанные подобным образом, но уже не такие, как прежние: потому что они были сделаны из худшего материала.
Видите, как с древних времен пьянство приносило смерть? какого осуждения оно — достойно, и как отдавшихся ему делает недостойными и Божиих даров и здешней жизни? Пьянство — это сам воплощенный бес, извращение рассудка, расслабление тела, жизнь — худшая смерти, причина отвращения от нас Бога. А что еще большее зло, так это то, что оно нас делает чуждыми обетованной Богом жизни. «Пьяницы», говорит (Апостол), «царствия Божия не наследят» (1 Кор. 6:10). Что же сказать о блуде? — Народ Божий вышел тогда из Египта совершенно безоружным, а преследовало их множество вооруженных египтян. И, вот, когда они дошли до моря, одни — убегающие, другие — преследующие, то — силою и по воле Божией, и жезлом и рукою Моисея, оно разделилось и предоставило проход; преследующих же затопив, выбросило мертвым к соседним берегам; и таким образом безоружных показало во всеоружии, потому что они сняли оружие с выброшенных на берег тех мертвецов. Что же было затем? — Побеждая всех противящихся им, они проходили места и земли, как населенные, так и безлюдные и еще непокоренные человеком. Когда же они впали в блуд, то настолько ослабели, что и погибли тогда в сражении сразу же 23.000 человек. Посему и Павел говорит нам: «Ниже соблудите, яко нецыи от них соблудиша, и падоша во един день двадесять три тысящи» (1 Кор. 10:8).
И если бы не Финеес, возревновав (о Бозе), и единым ударом не покончив с совершавшим мерзость и с блудодействовавшей с ним, и не удержав зло, не умилостивил Бога, все бы погибли, всенародно искусив гнев Божий за беззаконие блуда. А что и среди нас это богоненавистное явление имеет место, кто этого не знает? И нет никого, кто бы обуздал в этом отношении: Ни отец — сына, ни брат — брата, ни друг друга; но иногда еще и содействуют сему, хотя Апостол и говорит: «С таковыми ниже ясти» (1 Кор. 5:11); вот поэтому мы все достойны смерти и поголовной гибели. Но если блуд достоин такого и толикого осуждения, то — насколько больше вина прелюбодеяния, которое не только одного или двух, но и целые дома и семейства, семейные узы и преемства разрушает и сводит на нет, а раньше сего души их делает преисполненными всякого зла и порочности? Зависть же, будучи родительницей убийства, поелику вследствие нее человек познал в начале опыт смерти и Каин сделался братоубийцей, — как не будет справедливо осуждена на смерть или на нечто худшее смерти? А до какой степени воровство воздвигает гнев Божий против себя? — В Ветхом завете повествуется, что Ахарь был единственным вором (среди тогдашнего воинства Исраильтян), и вот, все войско терпело поражения, пока, исследовав дело, не побили камнями совершившего из их среды этот грех.
Написано же все это для нашего назидания, дабы впадая в те же грехи, не подверглись бы мы и тому же осуждению; лучше же сказать — еще более тягостному приговору: потому что удостоившись большей, чем тот народ, заботы Божией, о нас, мы достойны и больших ударов, если не бережем себя от запрещенных Богом вышереченных зол. «Аще бо глаголанное Ангелы слово бысть известно, и всяко преступление и ослушание, праведное приемлет мздовоздаяние: како мы убежим», говорит Апостол, «о толицем неродивше спасении? еже зачало приемше глаголатися от Господа, слышавшими в нас известися, содетельствующу Богу знаменми же и чудесы и различными силами, и Духа Святаго разделенми, по Своей Ему воли» (Мф. 2:2–4). Посему Анания и Сапфира, совершившие кражу не в чужом, а в собственном имуществе, за ложь, которая всегда связана с воровством, были умерщвлены Петром, а лучше сказать — Богом, Которому Пророк Давид говорит: «Погубиши вся глаголющия лжу» (Пс. 5:7). Павел же сатане предал соблудившего в Коринфе и заповедал Коринфянам, предписав: «С таковым ниже ясти» (1 Кор. 5:11); и не показал к нему любви до тех пор, пока тот, не оставив злое это дело, на деле не обнаружил раскаяние. Любостяжателю же, который, несмотря на то, что земля принесла обильный плод, не давал ничего не имущим, но расширял склады, что говорит Господь в Евангелиях?