Страница 4 из 35
,— с любовию, столь сильною и глубокою, что ничто уже, ни на небе, ни на земле, разлучить его не может от сей любве Божия (Рим. 8, 39). Любы Божия,— второе, — любовь Божественная, полная и всеобъемлющая,— к братиям. Дух Божий, возродив, вселяет чувство братства со всеми возрожденными, по коему они исповедуют сердцем, что все суть сыны и дщери одного Бога, — одну духовную Божию составляют семью; почему и имеют друг друга как единоутробных, не языком, а чувством сердца, готовы бывая на всякие жертвы во благо им.
Это чувство у Апостолов и их преемников получает особую широту, и они искренно сознают себя должными не иудеям только, но варваром и Еллином, мудрым и неразумным (ср.: Рим. 1, 14), всегда готовы бывая всем быть вся, да всяко некия спасут (ср.: 1 Кор. 9, 22). Так разумеют все наши толковники. Сокращенно всех совмещает блаженный Феофилакт: «любви, и той, что к Нему (Богу), и той, что к ближним.
Ибо и то, чтобы Бога любить, как Отца, имеем мы от Духа, делающего то, что мы взываем: Авва Отче! И то, чтоб неколеблемыми пребывать в любви к ближним, дар есть, от Божеской силы бывающий; как, напротив, то, чтобы соблазняться ими (возмущаться недобрыми их к нам отношениями) бывает от робкой боязливости и малодушия». Последнее не только свидетельствует об отсутствии любви, но и погашает ее, как объясняет святой Златоуст: «любовь происходит от силы и безбоязненности; ибо, обыкновенно, ничто столько не разрушает любви, как боязливые опасения и подозрение предательства». И целомудрия .
«Целомудрием он называет или здравие ума и души, или то, чтобы мы жили целомудренно, и старается вразумить нас и отклонить от невоздержания» (святой Златоуст),— чтоб не только сами мы были целомудренны и разумны, но и «других уцеломудривали и научали разуму» (блаженный Феофилакт). Обыкновенно под целомудрием разумеется чистота от всякой плотской скверны.
Дух благодати, пришедши и воспринят быв сердцем, отрешает его от пристрастия ко всему чувственному и вкус к тому отбивает. Если же это водворяется в сердце, то какое место найдет при нем плотское вожделение? Духа приявшие и бывают чисты сердцем. Но тот же Дух есть и Дух разума, который, пришедши, научает всему и по ведению, и по жизни (см.: Ин. 14, 26).
Посему можно принять, что в настоящем месте разумеется это последнее. У Апостола стоит: σωφρονισμου — уцеломудрения, подание здравомыслия и навсегда, и особенно в нужном случае, что сказать и как поступить, как и Господь обетовал: дастбося вам в той час, что возглаголете (Мф. 10, 19); в один час дастся, что возглаголете, а в другой, как поступить долженствуете.
Таким образом, здесь можно разуметь деятельное, даруемое пастырям, благоразумие. Вот что дает дар рукоположения рукоположенному: дух силы, любви и премудрости, или делает «сильным, любительным, здравоумным» (Амвросиаст). Соответственно сим частям дара рукоположения святой Павел дает и наставления рукоположенному святому Тимофею. Яко получившему дух силы, заповедует: а)
небоязненно и не стыдясь проповедуй о Господе Спасителе, строго держась преданного мною тебе (см.: 1, 8—18); яко получившему дар любви, заповедует: б) как воин, как борец и как оратай — трудись над братиями, да и тии спасение улучат (см.: 2, 1 — 13); яко получившему дух премудрости и здравоумия, заповедует: в) не ввязываться в словопрения с противниками истины, а кротко вразумлять их, не оставляя без внимания и не добре живущих (см.: 2, 14 — 3, 9). а)
Наставление проповедывать о Господе Спасителе не боясь и не стыдясь (1, 8—18) Как получивший дар силы, не стыдись свидетельства о Христе Спасителе, но спостражди Ему, руководствуясь: аа) главным образом, высотою значения воплощенного домостроительства (см.: 1, 8—10); а при этом и: бб) моим примером; ибо и я не постыдился и стражду (см.: 1, 11 — 14); и: вв)
примером Онисифора, не постыдившегося вериг моих и не побоявшегося найти меня и послужить мне,—не как бывшие со мною асийцы (см.: 1, 15 — 18). аа) Руководствуясь высотою значения воплощенного домостроительства (1, 8—10) Глава 1, стихи 8 — 9, 1-я половина. Не постыдися убо страстию (свидетельством) Господа нашего Иисуса Христа, ни мною, юзником Его: но спостражди благовествованию Христову по силе Бога, спасшаго нас. Не постыдися убо .
Поелику ты в даре Божием чрез рукоположение приял дух силы, то не стыдись: ибо стыд есть признак бессильного малодушия. Не постыдись свидетельства Иисус-Христова,— свидетельства об Иисусе Христе, Сыне Божием, воплотившемся нашего ради спасения, но распятом на кресте и крестною смертию сею спасшем нас; не постыдись, смущаясь тою мыслию, что Христос распятый для Иудеев есть соблазн, а для Еллинов безумие и слово крестное для иных юродство есть (ср.: 1 Кор. 1, 18, 23)
; но с дерзновением возвещай слово крестное и не потупляя очей проповедуй Христа распята, будучи несомненно уверен, что сим поношением крестным совершено спасение мира. Свидетельством Христовым названо здесь все благовестие, как тут же и поясняется в словах: но спостражди благовестию Христову. Наши толковники много внушительного изрекли об этом ложном стыде.
Как он встречается и у нас в обществе, то не лишним считаем поместить здесь сказанное ими, начиная с последнейших и восходя к первейшим. Блаженный Феофилакт пишет: «многие треокаянные, по человеческим понятиям судя о том, что выше нашего постижения, стыдом почитают возвещать, что Сын Божий распят, не зная, что силою креста сего человек-осужденник соделался сыном Божиим.
Ты же, о Тимофее, говорит Апостол, не стыдись свидетельствовать о Христе и о смерти Его крестной, но с дерзновением проповедуй о том». Блаженный Феодорит далее входит в сие, говоря: «проповедуемы были крест, поругания, злословие, страдание, смерть. А сие неверующим казалось исполненным стыда. Слово крестное, говорит Апостол, погибающим убо юродство есть (1 Кор. 1, 18).
Посему и сам о себе в Послании к Римлянам сказал: не стыждуся благовествованием: сила бо Божия есть во спасение всякому верующему (ср.: Рим. 1, 16),—и здесь ученику своему советует с дерзновением проповедывать о сем». Подобное сему пишет и Амвросиаст: «Апостол учит, что должно иметь твердость, а не трепетать при исповедании веры. Ибо в ней ничего нет такого, чего следовало бы стыдиться.
Если Христос виден был человеком, то деяниями Своими явил Себя Богом: хотя и распят Он, но воскрес из мертвых и пред очами многих, взятый облаком, вознесся на небо (см.: Деян. 1, 9). А это не знак немощи, а свидетельство силы: ибо, где будто осязается немощь, там является могущество. Итак, неразумно немощным почитать Того, Кто так доказательно явил Себя победителем (всякой немощи)».
Пространнее и полнее слово о сем святого Златоуста: «нет ничего хуже, как судить и измерять дела Божественные по человеческим понятиям; ибо таким образом далеко можно отпасть от камня веры и лишиться света. Если желающий обнять лучи солнца глазами человеческими не только не обнимет их и не достигнет цели, но еще удалится от нее и потерпит великий вред, то тем более дерзающий смотреть своими умствованиями на свет неприступный потерпит вред, оскорбляя дар Божий.
Посмотри на Маркиона, Манеса, Валентина и на всех вносящих еретические и пагубные учения в Церковь Божию, как они, измеряя дела Божий умствованиями человеческими, стыдились домостроительства нашего спасения. Между тем оно,—разумею крест Христов,—заслуживает не стыда, а великой хвалы. Ничто не служит столь великим доказательством человеколюбия Божия, ни небо, ни море, ни земля, ни сотворение всего сущего из ничего, ни все прочее, как крест.
Посему и Павел хвалится им: мне же, говорит, да не будет хвалитися, токмо о кресте Господа нашего Иисуса Христа (Гал. 6, 14). Но люди душевные, приписывающие Богу не более, что и людям, (чуждаются из-за сего веры или) отпадают от веры, стыдясь ее. Посему Апостол, убеждая своего ученика, а чрез него и всех, говорит: не постыдися убо свидетельства Господа нашего,— то есть не стыдись того, что ты проповедуешь Распятого, но хвались тем.
Хотя все эти предметы, — смерть, темницы, узы, сами по себе достойны стыда и поношения; но здесь, если вникнуть в причину и внимательно рассмотреть таинство, они достойны великой хвалы и великого почитания. Эта смерть спасла погибавшую вселенную; эта смерть соединила небо с землею; эта смерть разрушила власть диавола, соделала людей ангелами и сынами Божиими; эта смерть возвела естество наше на престол царский. Не постыдися убо.