Страница 16 из 35
Потщися представить себя искусна, δοκιμον, — докою, мастером своего дела мудрым, притом не по видимости только, но по внутреннему достоинству действования: пред Богом,— все видящим, как оно есть по существу, а не по видимости. Или пред Богом — подает мысль: который тебя избрал и поручил служение слову благовестил; яви же себя мудрым исполнителем воли Божией, оправдай Его избрание и надежду на тебя.
Делателя непостыдна , ανεπαισχυντον, — что означает и безукоризненного, и нестыдящегося. Об искусных делателях и в обычной речи говорят: на руку свою не положат охулы. Так, говорит, веди дело, чтоб тебе за него не было повода стыдиться ни пред Богом, ни пред людьми, ни пред своею совестию.
Действуй в благовестии и пастырстве по всей широте сознания как следует действовать, нисколько не уклоняясь от требований сего сознания, не умаляя их и не сокращая подставкою иного чего. Это иное, в настоящем месте, есть вдаваться в споры, вместо изложения чистой истины. Апостол говорит как бы: не срами себя этими спорами,— «называя вдающихся в споры срамниками» (Амвросиаст).
Непостыдный — означает еще: не стыдящийся того дела, за которое взялся и которое делает. И это значение приложимо в настоящем месте. Проповедь была смиренна о Христе Иисусе,— распятом. Было не мало инако учащих, которые, стыдясь сего, измышляли блестящие соображения, но вместо придания величия и светлости благовестию, только искажали его и отнимали всю силу его.
По сему поводу могло приходить искушение вступить с ними в спор, чтобы снять мнимый стыд крайней простоты с лица благовестил. Апостол говорит: не стыдись, что бы они там ни говорили, свое дело делай как должно, а их не слушай. Как делатель (земледелец, знающий свое дело) трудится, не стыдясь ничего (пашет и пашет, сеет и сеет), так должен поступать и делатель Евангелия.
Нисколько не стыдись делать все, что относится к благовестию, хотя бы тебе за это надлежало подвергнуться (не только пристыжению, но и) рабству или потерпеть что-либо другое» (святой Златоуст). Право правяща слово истины , ορθοτομουντα, — право режуща и отсекающа — и право разрезывающа, чтобы раздавать, например, хлеб. Все эти значения уместны здесь.
Праворежуща; как и в обычной у нас речи говорится про иного: режет правду, так и ты, говорит, режь правду, говори одно слово истины, чистой и беспримесной, не вдаваясь в побочные свои соображения, не придающие твердости истине, а только ее расслабляющие, — равно не соблазнись умалить силу ее из-за того, что она, может быть, в чистом виде окажется невместимою для ума какого-либо уважаемого лица.
Режь: так и так сказал и повелел Бог, и о большем не суетись. «Хвалим земледельцев, нарезывающих прямые борозды; так достоин похвалы и учитель, следующий правилу Божественных словес» (блаженный Феодорит).— Можно понимать право правяща — и в смысле: правоотсекающа, отсекающа всякую произвольную примесь к истине; чем? тем же рублением правды. Святой Златоуст говорит: «не сказал Апостол: απευθυνοντα — право направляюща, но: ορθοτομουντα — правоотсекающа.
И хорошо сказал это; ибо многие злоупотребляют и искажают слово истины, прибавляя к нему много неправого. Он внушает сим: отделяй неправое и все тому подобное отражай и отсекай с великою силою; как бы по натянутой нити отсекай мечом духовным все излишнее и чуждое благовестию». «Как мечом, отсекай излишние и лживые учения («как излишние на коже наросты» [блаженный Феофилакт]) и веди (умы)
правым путем, или на правое, благодатию Духа Святаго» (Экумений). И это без споров, а тем же решительным резанием правды: так сказано, так повелено — и толковать более нечего. Идет и последнее значение: право разрезывающего хлеб слова истины, чтоб вдоволь раздавать его верным для насыщения их истиною и поселения в них отвращения ко всему чуждому ей и излишнему.
Как управитель в доме поставляется, чтоб всем раздавать правою мерою жито и прочее потребное: так пастырь Церкви поставлен, чтоб всем раздавать чистый хлеб слова истины Божией. Поставлен ты на это, говорит Апостол, и раздавай правою мерою и правое слово Божие, и, раздавая его, питай души верных. Насытясь им, они уже естественно будут иметь отвращение ко всему стороннему, излишнему и тем паче неправому, как и наши предки говорили: никто, вкусив сладкого, не захочет горького. Стих 16.
Скверных же тщегласий отметайся: наипаче 6о преспеют в нечестие. Скверных , βεβηλους, — нечистых, оскверняющих, таких, которые не только сами нечисты и скверны, но делают нечистым и оскверненным и все к ним прикасающееся, как, например, в иудействе мертвечина оскверняет все прикасающееся к ней. Тщегласий, κενοφωνιας, — не пусторечий только, но пустых звуков, смысла не содержащих, по просторечию — пустозвонства.
В отношении к вере истинной, Богом Самим засвидетельствованной, все несогласное с нею воистину есть пустозвонство. Заметим, что святой Златоуст читал не: κενοφωνιας; — пустогласий, a: καινοφωνιας; — новогласий, новых речений, новых выражений, конечно, по поводу новых и учений.
Ему последует Экумений; и Вульгата читает: vocum novitates. — Отметайся, περιιστασο, — оставляй о страну себя, устраняйся или около стой, окружай, ограждай и тесни, не давая ходу. Таким образом, в словах сих две подаются мысли: устраняйся от пустогласий, то есть от споров, в которых шуму, гласов и возглашений много, а толку нет; и — ограждай новогласия, то есть новые учения огради, чтоб они не распространялись, как ограждают местность, где внедрилась заразительная болезнь, и не огради только, но и тесни, чтоб подавить их. Святой Златоуст говорит: «этим (то есть испущением только новых гласов)
дело не ограничивается; но когда привнесено что-либо новое, то оно постоянно порождает καινοτομιας — новые сечения (в учении и в последующих ему); без конца блуждает тот, кто вышел из тихой пристани (учения, содержимого Церковию) и нигде не остановится». Почему «гони все, что нововводится в проповедь из новых примышлений, как заразительное и сквернительное,— тесни то, чтоб не распространялось и престало»,— прибавляет Экумений.
Последняя мысль более сообразна с тем, что говорится тотчас вслед за сим. Наипаче бо преспеют в нечестие , επι πλειον γαρ προκοψουσιν ασεβειας,— ибо они преуспеют — подвинутся, вдадутся — в большую меру нечестия, если, разумеется, не пресечешь их, не оградишь и не стеснишь.
С одной стороны, новизна привлекает внимание и расширяет круг слышащих и внимающих; с другой — порождение одной новизны раздражает позыв и потребность в порождении новых новшеств, и новосечения — новые учения — естественно множатся, как множатся полипы от рассечения их. «Если введется что прелюбодейное — подложное (в область веры); то оно шагает все дальше и дальше от нелепости к нелепости и каждодневно принимает большее приращение» (Экумений).
Если б так распространялась истина, чрез это распространялось бы благочестие; но как распространяется новизна в и есть потому ложь, а ложь всегда есть от диавола, первого богоборца и первого учителя богоборству; то чрез распространение новшеств будет распространяться только нечестие. Новшества повреждают веру, привлекая же своею новизною внимание верующих, и их повреждают и ввергают в нечестие, поставляя их не в должное отношение к Богу, вместо благочестия, то есть должного отношения к Богу, в каком содержит их вера.
Самое новшество есть нечестие; потому что свое измышление ставит выше Божеского определения в Его слове. Оно есть повторение дела прародителей, которые, приплетши, со слов отца лжи, новое толкование к заповеди, впали в крайнее нечестие и ввергли в него весь род человеческий. Будучи же таково по природе новшество в вере, оно и плод всегда и всюду производит по роду своему,—то есть ввергает в нечестие и распространяет его, по мере своего распространения. Стих 17.
И слово их, яко гангрена жир обрящет: от нихже есть Именей и Филипп. Их — указывает на лица, именно на тщегласников, или изобретателей и распространителей новшеств в вере. Почему и выше при слове: преспеют — их же надо иметь в мысли, хотя там можно помышлять и о тщегласиях и новизнах, потому что и о них уместно говорить: преспеют. — Гангрена — рак, болезнь, которая, зародившись в одном месте, начинает повреждать соседние части и не стоит уже на одном, а все более и более съедает тело, пока все его не съест.