Страница 66 из 178
Некоторые обязательства были выделены особенным образом. Не заключать смешанных браков с иноплеменниками (Неем. 10: 30). Соблюдать субботу и не разрешать иноземным торговцам торговать в Иерусалиме в субботний день; в седьмой год прощать все долги (Неем. 10: 31). Неемия даже распорядился, чтобы в субботу запирали ворота, и иноземные купцы сидели за воротами и ждали наступления следующего дня (Неем. 13: 19–20). Все были обязаны ежегодно вносить по одной трети сикля на содержание храма (Неем. 10: 32), что, кстати, было послаблением по сравнению с законом Моисеевым, предписывавшим вносить половину сикля (Исх. 30: 13). Израильтяне должны были по жребию доставлять дрова для храма. Кроме того, напоминалось об обязанности приносить начатки плодов и посвящать все первородное. Исполнение этих постановлений позволило организовать регулярное богослужение в храме таким, каким оно установлено было Давидом со священниками и левитами, распределенными на свои череды, которые бы не были вынуждены заниматься самообеспечением, а могли бы все свое время посвящать служению.
Через 12 лет своего правления, в 432 году, Неемия уезжает ненадолго к царю Артаксерксу в Персию, а когда возвращается, то оказывается, что десятины не вносятся, содержание на храм должным образом не собирается, поэтому левиты вынуждены обрабатывать землю, чтобы прокормиться. Одну из комнат во дворе храма, являющуюся хранилищем, переоборудовали под жилье аммонитянина Товии, который некогда был одним из главных противников восстановления стен Иерусалимских (Неем. 13: 4–10). Некоторые иудеи взяли себе жен – моавитянок и аммонитянок (Неем. 13: 23). Эти реформы тоже не были вполне необратимыми, овцам трудно было пастись без пастыря. Вернувшись, Неемия восстанавливает прежний порядок. Кроме того, он обнаружил, что некоторые работают в субботу, а иноземцы в этот день привозят товары в Иерусалим. Тогда Неемия поставил своих слуг у ворот города, пригрозив расправой нарушителям. Затем обязанность наблюдения за воротами в субботу была возложена на левитов, поскольку напрямую касалась религиозной жизни народа.
18.7. Дополнительные сведения о Ездре
В неканонической Третьей книге Ездры есть повествование о том, как Ездра, водимый Духом Святым, восстановил утерянные книги (3 Езд. 14: 20–45).
С именем Ездры связано еще одно событие, не зафиксированное в Писании: создание Великой синагоги, о которой говорит Иосиф Флавий. Сам факт существования Великой синагоги иногда оспаривается учеными, тем не менее есть свидетельства, что она существовала. Что это такое? Это такой совет старейшин и мудрецов, которые были хранителями предания, они занимались толкованием и собиранием книг Священного Писания. Именно с именем Ездры связывают последнюю редакцию и свод воедино книг Ветхого Завета. Говорят, что Ездре при этом помогали и мужи Великой синагоги. Административных функций, какие мы видим у синедриона во времена новозаветные, Великая синагога не имела, у нее было значение исключительно религиозное.
18.8. Итоги периода
Перед падением Иерусалима сознание людей определялось тем, что они были частью нации и государства – Иудеи, с законом, который они не соблюдали, но тем не менее имели, с храмом, со столицей, в которой правили потомки царя Давида. Теперь, после плена, этого больше не было. Иудея стала частью большой провинции. Само понятие «народ» тоже уже было не государственным, а связанным исключительно с Законом Божиим и с верностью Богу, поскольку иудеи были перемешаны территориально с язычниками. Вернувшиеся из плена иудеи во главе с Зоровавелем и Иисусом восстановили жертвенник и храм, бывшие одними из главных символов Завета. Окончательное возобновление Завета произошло в результате деятельности Ездры и Неемии.
Напомню, что основными понятиями, связанными с Заветом, были народ, земля, Закон, богослужение. И вот над всеми этими сторонами жизни еврейского народа и потрудились праведные Ездра и Неемия. Народ был строго отделен от иноплеменников – язычников. Был восстановлен Иерусалим – символ небесной Церкви. Иудея получила своего областеначальника и возможность жить в соответствии с законом Моисеевым. Были собраны воедино книги Священного Писания. Закон был прочитан и истолкован народу. Было строго установлено соблюдение субботы. Священники и левиты получили должное содержание, а Храмовая служба – необходимое материальное обеспечение. Поэтому без преувеличения можно сказать, что они восстановили Завет с Богом.
Расставшись со своей государственностью, Израиль гораздо больше стал походить на народ Завета, Ветхозаветную Церковь, подтверждая ту истину, что Царство Божие «не от мира сего» (Ин. 18: 36). Церковь не определяется общественным строем, государством, это реальность совсем другого порядка.
В той ревности, с которой Ездра замыкал народ в самом себе, отделяя его от язычников, можно увидеть не только старание сохранить избранный народ от полной ассимиляции, но еще и промыслительное действие Божие. Со времени Ездры и Неемии у израильтян больше не было пророков, раскрывающих нравственное и пророческое значение Закона (ср. Зах. 7: 7). Следующим пророком после Малахии был Иоанн Предтеча. На 450 лет голос пророческий в избранном народе умолкает. После Ездры и Неемии не появляется ни одной канонической книги Священного Писания. Некая полнота откровения к этому времени уже дана, и Ездра с Неемией создают условия, способствующие усвоению этого откровения. В данных условиях наконец должны «созреть» те люди, среди которых станет возможным приход Спасителя, что и осуществилось во дни кесаря Августа. Об этом и говорит Авраам в притче о богаче и Лазаре: «у них есть Моисей и пророки, пусть слушают их… Если Моисея и пророков не слушают, то если бы кто из мертвых воскрес, не поверят» (Лк. 16: 29, 31).
Глава 19. От Ездры до Ирода Великого
После Ездры наступает темная эпоха в истории Палестины, о которой даже Иосиф Флавий, знаток из знатоков, ничего особого сказать не может. По–видимому, персы не трогали Палестину; кроме сбора податей и налогов, ничего интересного там не происходило. История Иудеи в эту эпоху отображена в Библии только в Книге Есфирь и неканонических книгах Маккавейских, причем подробно описано только время сирийского владычества, то есть середина II века до Р. Х.
19.1. Завоевания Александра Македонского
Кардинальное изменение обстановки на Ближнем Востоке во второй половине IV века связано с именем Александра Македонского. В 332 году Александр, следуя по Средиземноморскому побережью на юг, осадил Тир и прошел по Египту. Именно в этот момент произошло столкновение Александра с Иудеей. Иерусалим отказался помогать Александру вести осаду Тира, ссылаясь на присягу, которую они приносили персам. Тем не менее Иерусалим был пощажен Александром. Иосиф Флавий приводит такую версию этого события: навстречу Александру, приближавшемуся к Иерусалиму, вышел первосвященник со свитой. Александр еще издали заметил толпу в белых одеждах и во главе ее священника в одеяниях из виссона, первосвященника в гиацинтовой ризе, вышитой золотой нитью, в чалме с золотой дощечкой, на которой было имя Господне. И потому он один выступил вперед, поклонился перед именем Божиим и первым приветствовал первосвященника. При этом Александр сказал, что видел сон, побудивший его воздать почести Богу иудеев [см. 87, XI, 8, 3]. Проверить эти сведения мы не можем, но, вообще, это не противоречит поступкам Александра Македонского в других случаях. В религиозном смысле он всегда был настроен весьма терпимо и воздавал почести божествам самых разных стран.
Ко времени нашествия Александра Македонского Иосиф Флавий [см. 87, XI, 8, 2–4] относит и построение самарянами храма на горе Гаризим. Разрешение на его строительство получил у Александра сатрап (правитель) области самарян Санаваллат. Построил он его как в пику иудеям, так и ради своего зятя Манассии, сына иудейского первосвященника. Манассия был изгнан из Иерусалима за то, что был женат на иноплеменнице. Чтобы утешить зятя, Санаваллат построил храм и сделал Манассию верховным священником.
Здесь стоит заметить, что некоторые детали этой истории позволяют отнести ее ко времени Неемии, то есть на 100 лет раньше (ср. Неем. 13: 28).