Страница 61 из 178
13. Манассия, сын Езекии (696–642).
Сын благочестивейшего Езекии Манассия правил дольше всех царей, пятьдесят лет, и отличался особенным нечестием. Писание говорит о нем так: «И делал он неугодное в очах Господних, [подражая] мерзостям народов, которых прогнал Господь от лица сынов Израилевых. И снова устроил высоты, которые уничтожил отец его Езекия, и поставил жертвенники Ваалу, и сделал дубраву, как сделал Ахав, царь Израильский; и поклонялся всему воинству небесному, и служил ему. И соорудил жертвенники в доме Господнем, о котором сказал Господь: “в Иерусалиме положу имя Мое”. И соорудил жертвенники всему воинству небесному на обоих дворах дома Господня, и провел сына своего чрез огонь, и гадал, и ворожил, и завел вызывателей мертвецов и волшебников; много сделал неугодного в очах Господа, чтобы прогневать Его. И поставил истукан Астарты, который сделал в доме, о котором говорил Господь Давиду и Соломону, сыну его: “в доме сем и в Иерусалиме, который Я избрал из всех колен Израилевых, Я полагаю имя Мое навек”<…>Еще же пролил Манассия и весьма много невинной крови, так что наполнил [ею] Иерусалим от края до края, сверх своего греха, что он завлек Иуду в грех – делать неугодное в очах Господних» (4 Цар. 21: 2–7, 16).
За 50 лет правления Манассии вполне удалось поставить весь народ на путь нечестия (беззакония). Тем более что кровь, которой он залил Иерусалим, была кровью пророков и праведников (4 Цар. 21: 16). Предание говорит, что во времена царя Манассии мученически окончил свою жизнь пророк Исаия.
«И говорил Господь чрез рабов Своих пророков и сказал: за то, что сделал Манассия, царь Иудейский, такие мерзости, хуже всего того, что делали Аморреи, которые были прежде его, и ввел Иуду в грех идолами своими<…>Я наведу такое зло на Иерусалим и на Иуду, о котором кто услышит, зазвенит в обоих ушах у того; и протяну на Иерусалим мерную вервь Самарии и отвес дома Ахавова, и вытру Иерусалим так, как вытирают чашу, – вытрут и опрокинут ее; и отвергну остаток удела Моего, и отдам их в руку врагов их, и будут на расхищение и разграбление всем неприятелям своим, за то, что они делали неугодное в очах Моих и прогневляли Меня с того дня, как вышли отцы их из Египта, и до сего дня» (4 Цар. 21: 10–15).
Вторая книга Паралипоменон добавляет, что когда Манассия был взят в плен ассирийцами, он покаялся (2 Пар. 33: 10–13). Там даже содержится неканоническое дополнение – покаянная молитва царя Манассии (2 Пар. 36). Вернувшись в Иерусалим, он пытался исправить то, что он сделал, но его последние попытки никакого плода не имели. Манассия, так же как и Ахаз, не был погребен в царских гробницах.
14. Амон, сын Манассии (641–640).
Сын Манассии – Амон – в делах был во всем вполне последователем своего отца (4 Цар. 21: 18–26). Он правил только два года и был убит своими слугами в результате заговора.
15. Иосия, сын Амона (640–609).
Последний проблеск на этом мрачном горизонте – это время царя Иосии, который воцарился в 640 году в возрасте 8 лет и царствовал до 609 года, то есть 31 год. Его правление ознаменовано последней попыткой преодолеть идолопоклонство. «В двенадцатый год начал очищать Иудею и Иерусалим от высот и посвященных дерев и от резных и литых кумиров. И разрушили пред лицем его жертвенники Ваалов и статуи, возвышавшиеся над ними; и посвященные дерева он срубил, и резные и литые кумиры изломал и разбил в прах, и рассыпал на гробах тех, которые приносили им жертвы, и кости жрецов сжег на жертвенниках их, и очистил Иудею и Иерусалим, и в городах Манассии, и Ефрема, и Симеона, даже до колена Неффалимова, и в опустошенных окрестностях их он разрушил жертвенники и посвященные дерева, и кумиры разбил в прах, и все статуи сокрушил по всей земле Израильской, и возвратился в Иерусалим» (2 Пар. 34: 3–7). Кости жрецов сжигались с целью осквернения, чтобы не возрождались их капища. Так исполнилось пророчество, данное некогда Иеровоаму.
Следующие слова дают возможность оценить предшествующую деятельность Манассии и Амона. «И отставил жрецов, которых поставили цари Иудейские, чтобы совершать курения на высотах в городах Иудейских и окрестностях Иерусалима, – и которые кадили Ваалу, солнцу, и луне, и созвездиям, и всему воинству небесному; и вынес Астарту из дома Господня за Иерусалим к потоку Кедрону, и сжег ее у потока Кедрона<…>и разрушил домы блудилищные, которые были при храме Господнем, где женщины ткали одежды для Астарты; и вывел всех жрецов из городов Иудейских, и осквернил высоты, на которых совершали курения жрецы, от Гевы до Вирсавии, и разрушил высоты пред воротами, – ту, которая у входа в ворота Иисуса градоначальника, и ту, которая на левой стороне у городских ворот» (4 Цар. 23: 5–8).
После этого он занялся обновлением храма, который уже полвека находился в небрежении. Во время ремонта была найдена в тайнике книга Закона (4 Цар. 22: 8)[13]. Прочитав найденную книгу, Иосия приходит в ужас, ибо понимает, что должно последовать наказание за нечестивым правлением его отца и деда. Чтобы вопросить Бога, царь посылает первосвященника и сановников к пророчице Олдаме. Господь через нее открывает следующее: «Наведу зло на место сие и на жителей его, – все слова книги, которую читал царь Иудейский. За то, что оставили Меня, и кадят другим богам, чтобы раздражать Меня всеми делами рук своих, воспылал гнев Мой на место сие, и не погаснет. А царю Иудейскому, пославшему вас вопросить Господа, скажите: так говорит Господь, Бог Израилев, о словах, которые ты слышал: так как смягчилось сердце твое, и ты смирился пред Господом, услышав то, что Я изрек на место сие и на жителей его, что они будут предметом ужаса и проклятия, и ты разодрал одежды свои, и плакал предо Мною, то и Я услышал тебя, говорит Господь. За это, вот, Я приложу тебя к отцам твоим, и ты положен будешь в гробницу твою в мире, и не увидят глаза твои всего того бедствия, которое Я наведу на место сие» (4 Цар. 22: 16–20).
В надежде исправить положение Иосия собрал весь народ в Иерусалим и прочел перед ними в храме слова книги Завета. Царь и весь народ заключили завет – последовать Богу и соблюдать Его заповеди (4 Цар. 23: 3). После этого он совершает Пасху, как сделал это некогда Езекия, обеспечив народ агнцами из своего имущества. «И сказал левитам<…>поставьте ковчег святый в храме, который построил Соломон<…>нет вам нужды носить его на раменах; служите теперь Господу Богу нашему и народу Его Израилю» (2 Пар. 35: 3). Ковчег прежде был вынесен из Святая Святых. Возможно, это было сделано по распоряжению кого‑то из нечестивых царей. Не исключено, что он был скрыт ради безопасности кем‑то из благочестивых священников и левитов.
«Подобного ему не было царя прежде его, который обратился бы к Господу всем сердцем своим, и всею душою своею, и всеми силами своими, по всему закону Моисееву; и после него не восстал подобный ему» (4 Цар. 23: 25). Действия Иосии вызвали в народе религиозное воодушевление. Но как и в прежние времена, это воодушевление не отличалось особой глубиной. Несмотря на надежду, которую возлагали благочестивые люди на Иосию, Писание снова говорит, что «Господь не отложил великой ярости гнева Своего, какою воспылал гнев Его на Иуду за все оскорбления, какими прогневал Его Манассия. И сказал Господь: и Иуду отрину Я от лица Моего, как отринул Я Израиля, и отвергну город сей Иерусалим, который Я избрал, и Дом, о котором Я сказал: “будет имя Мое там”» (4 Цар. 23: 26–27).
В 612 году пала столица Ассирии Ниневия. В 609 году фараон Нехао (Нехо) предпринял поход с целью поддержать гибнущую ассирийскую державу в борьбе против растущего могущества вавилонян. «И послал к нему Нехао послов сказать: что мне и тебе, царь Иудейский? Не против тебя теперь иду я, но туда, где у меня война. И Бог повелел мне поспешать; не противься Богу, Который со мною, чтоб Он не погубил тебя» (2 Пар. 35: 21). Не послушав фараона, Иосия выходит к Мегиддо, для того чтобы преградить путь египтянам, и погибает, будучи смертельно ранен в бою (4 Цар. 23: 29). 39 лет – это самый расцвет человеческих сил. Может быть, еще что‑то удалось бы ему сделать, но ни один царь не смог полностью вернуть народ на пути Закона Божия. Воистину «не надейтеся на князи, на сыны человеческия, в нихже несть спасения» (Пс. 145: 3). Больше того, в то время само существование Иудейского царства в какой‑то мере этому препятствовало. Само наличие Иерусалима, Храма, находящихся под защитой Бога Израилева, как ни странно, в какой‑то мере являлось для иудеев фактором, препятствующим должному богопочитанию. Долготерпение Божие многими истолковывалось как признак того, что дела обстоят благополучно.