Страница 123 из 178
Он берет кирпич и делает на нем изображение Иерусалима, устанавливает этот кирпич посреди селения и начинает вести против него осадные работы (Иез. 4). Насыпает вал и располагает там стан, строит стенобитные машины и ведет штурм этого кирпича, на удивление соплеменникам, и объясняет потом, что это знамение грядущей осады Иерусалима. В те времена при осаде хорошо укрепленных городов, если были силы и возможность, обычно насыпали вал из земли такой же высоты, как стена, и потом начинали с этого вала двигать такую же кучу грунта к стене, чтоб можно было выйти на одном с ней уровне. Вот и он строит тоже такой же вал вокруг этого кирпича и затем объясняет смысл происходящего.
Принадлежа к избранному народу, он несет на себе ответственность за то, что происходит. Согласно повелению Божию, пророк должен лежать сначала 390 дней на левом боку, неся на себе как бы беззакония дома Израилева по числу дней его, потом должен лежать на правом боку тоже неподвижно и 40 дней нести на себе беззакония дома Иудина, день за год (Иез. 4: 4–17). При этом ему дается указание о том, что здесь именно обличение грехов, за которые гибнут эти народы: «И обрати лице твое и обнаженную правую руку твою на осаду Иерусалима, и пророчествуй против него. Вот, Я возложил на тебя узы, и ты не повернешься с одного бока на другой, доколе не исполнишь дней осады твоей» (Иез. 4: 7–8).
Затем он налагает на себя пост. Из всех видов зерна, которые есть в его распоряжении, он делает себе хлеб и в те дни, когда он лежит на боку, вкушает 300 граммов хлеба и 600 граммов воды в день, изображая этим меру хлеба и питья, которые будут иметь люди в осажденном городе. Более того, его Господь заставляет делать нечистый хлеб, и только когда тот взмолился о том, что от юности и доныне ничего нечистого и скверного он не ел (Иез. 4: 14), Господь изменяет это повеление и говорит, что вот так в Иерусалиме не будет хлеба и будут есть все нечистое, как это повелено делать тебе.
Следом за этим участь народа изображается следующим образом. Пророку повелевается обрить голову и бороду; сбритые волосы разделить на три части и одну часть сжечь огнем посреди этого города, который он соорудил, другую часть рассыпать вокруг этого города и мечом изрубить, а третью часть просто развеять по ветру, говоря, что так же произойдет и с жителями Иерусалима (Иез. 5). Часть их погибнет в городе, часть вокруг него и часть будет рассеяна среди всех народов, но и из той части, которую он должен развеять по ветру, он должен часть удержать и сжечь потом в огне, показывая, что и в рассеянии будут наказаны нечестивые.
Главный грех, в котором Господь обвиняет через Иезекииля иудеев, – идолопоклонство, отступление от Завета с Богом, отступление от самой главной и первой заповеди: «да не будет у тебя других богов пред лицом Моим» (Исх. 20: 3).
Дальше описывается грядущее разрушение капищ и избиение идолопоклонников и говорится, что только остаток, только праведные сохранятся.
Почему же иудеи не внимали пророкам? Поймите правильно, это нам ситуация видна такой, какой ее изображают пророки: непотребства, неправда, отступление от Бога и т. д. Если же на нее посмотреть глазами современников пророка, то не все так очевидно. Иерусалим – респектабельный столичный город, в котором живут приличные люди, пишущие книги, занимающиеся торговлей, строительством. Трудно было, наверное, поверить, что вот сейчас всего этого не будет, город разрушат, а жителей отведут в плен. Народ, несмотря на предупреждения пророков, оставался беспечным. Господь говорит Иезекиилю: «Они приходят к тебе, как на народное сходбище, и садится перед лицем твоим народ Мой, и слушают слова твои, но не исполняют их; ибо они в устах своих делают из этого забаву, сердце их увлекается за корыстью их. И вот, ты для них – как забавный певец с приятным голосом и хорошо играющий; они слушают слова твои, но не исполняют их. Но когда сбудется, – вот, уже и сбывается, – тогда узнают, что среди них был пророк» (Иез. 33: 31–33).
Мир пленяет людей своей кажущейся незыблемостью, порождающей беспечность. Но когда все вдруг переменится, никто не сможет оправдаться тем, что не был предупрежден и не имел возможности приготовиться.
31.3. Видение беззакония Иерусалима.
Второе видение Славы Божией
Как было сказано выше, особенностью книги является то, что пророк живет постоянно в Вавилоне, но нередко говорит и о происходящем в Иерусалиме. В начале одного из видений он говорит, что рука Господня его взяла за волосы и перенесла в Иерусалим (Иез. 8: 3). Там снова является ему подобие Славы Божией. И вот он видит то, что происходит в Храме. Видит через дыру в стене храма, что в Храме в потаенных местах изображены разные животные, которым поклонялись в Египте и в Ассирии, видит, что им покланяются старейшины дома Израилева. Потом он видит, как восходит солнце и эти старейшины поворачиваются спиной к жертвеннику Божию и начинают творить поклонение солнцу. А у ворот дома Господня сидят женщины и совершают ритуальный плач по ханаанскому богу Фаммузу (Иез. 8: 7–14).
Он видит, что даже в тех местах, где, казалось бы, должно быть богослужение, где должна быть чистота веры, что и там уже идолослужение. Помните, в Книге пророка Иеремии описано видение двух корзин со смоквами, где одна со смоквами хорошими, а другая со смоквами, которые не годятся в пищу, под которыми подразумеваются жители Иерусалима (Иер. 24: 1–2). Иезекиилю это явлено по–другому.
После этого он видит семь ангелов, шесть из которых держат оружие в своих руках, а седьмой одет в льняную одежду и имеет на поясе письменный прибор (Иез. 9: 1–3). Он должен обойти весь город и всех людей, которые скорбят и вздыхают о творящихся мерзостях, он должен отметить, начертать у них на лбу знак. «Недостаточно было обрезание, – говорит преподобный Ефрем Сирин, – Бог отменил оное, вместо же него воздвиг знамение креста» [22, т. 6, с. 17; см. также 69, т. 6, с. 276]. Также преподобный Ефрем говорит, что это знамение «есть помышление, болезнующее о лукавых делах своих» [22, т. 6, с. 17]. После этого остальные шесть ангелов, имеющие в руках оружие, проходят по городу и истребляют всех тех, кто не отмечен этим знаком.
Человек же, одетый в льняную одежду, должен войти между колесами под херувимами, взять пригоршни горящих углей оттуда и бросить на Иерусалим в знак его гибели. Но этот человек не может туда приступить. Тогда херувим простирает руку к огню и дает этому человеку в пригоршни, он берет и выходит (Иез. 10: 2–7). Преподобный Ефрем Сирин так говорит об этом месте: «Угли огненные обозначают те воздаяния и наказания за богоотступничество, какие при посредстве ангелов постигнут безрассудных. А также угли огненные и человек, облаченный в льняную одежду, который исходит и рассыпает угли на народ, таинственно знаменуют священника Божия, при посредстве которого раздаются живые угли животворящего Тела Господня. И тем, что другой Херувим простирает руку и дает угли облаченному в льняную одежду, означается, что сам священник не может хлеба сделать Плотью; но совершает сие другой, именно Дух Святый, священник же, как посредник, воздевает только руки и устами своими возносит молитвы, как умоляющий раб» [22, т. 6, c. 17].
Затем происходит нечто еще более страшное. Иезекииль снова видит явление Славы Божией и постепенно, по мере того как он созерцает идолопоклонников и нечестивых вождей народа, он видит, как Слава Божия отходит от своего обычного места, где ей полагалось пребывать, между Херувимами в Святом Святых. Отходит сначала к порогу храма (Иез. 9: 3), где останавливается на недолгое время, потом от порога храма отходит к восточным вратам (Иез. 10: 19) и, наконец, из среды города поднимается на гору Елеонскую, на восток от города (Иез. 11: 23). Таким образом, Храм и Иерусалим оказываются лишенными Славы Божией.
Это откровение тесно связано с евангельскими событиями. Глядя на непокорный Иерусалим, Христос говорит: «Иерусалим! Иерусалим! избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! сколько раз хотел Я собрать чад твоих, как птица птенцов своих под крылья, и вы не захотели! Се, оставляется вам дом ваш пуст» (Лк. 13: 34–35; Мф. 23: 37). И после Тайной Вечери и перед Вознесением Он исходит из города именно на гору Елеонскую.