Страница 5 из 18
Далее канон преподобного Косьмы Маиумского повествует о событиях Тайной Вечери: о прощальной трапезе Спасителя со Своими учениками, об установлении Таинства Евхаристии и о предательстве Иуды. Двойным чувством печали и радости проникнуто содержание канона: печали о начавшемся крестном восхождении Господа на Голгофу и радости о той великой Радости, которую Господь уготовал для всех любящих Его. Эта «крестная радость» и есть та подлинная духовная радость, которая нам ныне дается: «Избавительною всего рода человеча, Твоею, Блаже, Твоя ученики напоил еси веселия чашею, наполнив ю, Сам бо Себе священнодействуеши»45 (ТП. Л. 424).
Вдруг, неожиданно для учеников, их Божественный Учитель начал омывать им ноги, что было обязанностью слуги: Иисус, зная, что пришел час Его перейти от мира сего к Отцу, явил делом, что, возлюбив Своих сущих в мире, до конца возлюбил их (Ин. 13, 1). В доказательство этой любви и в пример Своим последователям, «езера, и источники, и моря сотворивый, смирению нас наказуя изрядному, лентием опоясався, учеников ноги умы, смиряяся премножеством благоутробия, и возвышая нас от пропастей злобы, Един Человеколюбец»46 (ТП. Л. 425). Это был молчаливый ответ Спасителя на спор апостолов о первенстве. Когда же умовение закончилось, Господь сказал: Аще убо Аз умых ваши нозе, Господь и Учитель, и вы должни есте друг другу умывати нозе. Образ бо дах вам, да, якоже Аз сотворих вам, и вы творите (Ин. 13, 14–15). Об этом евангельском примере смирения еще раз напоминается в церковных песнопениях: «Смиряяся за благоутробие, ноги умыл еси учеников Твоих, и к течению божественному сия направил еси» (ТП. Л. 425).
Подготовив этим апостолов к важности предстоящего, Господь вместе с учениками вкушает пасхального агнца, последний раз в истории празднуя Пасху ветхозаветную, и совершается то, о чем ранее говорил Он и предсказывал Своим ученикам: Хлеб же, который Я дам, есть Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира (Ин. 6, 51), ибо Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем (Ин. 6, 55–56). Облекшийся в плоть человеческую Господь и Бог наш причащает Тела Своего и Крови учеников, а через них и нас всех, любящих Его: Приимите, ядите: сие есть Тело Мое <...> пийте от нея вси: сия бо есть Кровь Моя, Новаго Завета, яже за многия изливаемая во оставление грехов (Мф. 26, 26–28). Устанавливается Таинство Тела и Крови Христовой: «Христос учреди мир, Небесный и Божественный Хлеб: приидите убо христолюбцы, бренными устнами, чистыми же сердцы, приимем верно жремую Пасху, в нас священнодействуемую»47. «Пасха Христос есть велика и всечестная, снеден быв яко хлеб, заклан же яко овча: Той бо вознесеся о нас Жертва. Того Тела благочестно, и Того Крове вси тайно причащаемся» (ТП. Л. 423). Это чудо преложения хлеба и вина в Тело и Кровь Иисуса Христа было чудом любви Его, продолжением чуда Его вочеловечения и таинством соединения двух миров — Божеского и человеческого.
По слову святителя Кирилла Иерусалимского, через Причащение верующие становятся «сотелесными и единокровными Христу». Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино (Ин. 17, 21). Это единение любви в общении Тела и Крови Христовых есть высшее исполнение церковного единства: оно и есть соединение во образ Единосущной и Нераздельной Троицы, о котором говорил Господь на прощальной беседе Своим ученикам. Как пишет святой праведный Иоанн Кронштадтский, «Богочеловек дал всеблагий, премудрый, прерадостный завет Церкви Своей — до скончания века совершать всеспасительное и самонужнейшее Таинство — Тела и Крови Его и причащения верующих»48. Таинство это необходимо, чтобы человек, по словам церковных песнопений, мог стать богом по благодати: «Питие новое паче слова, Аз глаголю во царствии Моем, Христос другом, пию, якоже бо Бог с вами боги буду»49 (ТП. Л. 425).
Творец и Владыка тварей, стихий небесных и земных, озера, источники и моря сотворивый, соединяет нас ныне с Собой до конца в непонятном человеческому разуму подвиге любви и смирения.
И как блаженные апостолы, вечерявшие вместе со Христом в Сионской горнице, соединились с Ним, так и нас Церковь в своем богослужении призывает: «Странствия Владычня, и безсмертныя трапезы на горнем месте, высокими умы, вернии, приидите насладимся, возшедша слова, от Слова научившеся, Егоже величаем»50 (ТП. Л. 428). Но кто может сказать, что он достоин этой Божественной Вечери и Трапезы? Как ответ на этот призыв, из глубины человеческого сердца вырывается стенание: «Чертог Твой,— умилительным напевом трижды поется в эксапостиларии,— вижду, Спасе мой, украшенный, и одежды не имам, да вниду вонь: просвети одеяние души моея, Светодавче, и спаси мя» (ТП. Л. 429).
Какие же нравственные уроки можно извлечь из песнопений Великого Четверга? Господь пришел на землю для нашего спасения и пострадал ради нас. Но кроме этого, Он учредил Таинство Тела и Крови в пищу нам для соединения с естеством нашим всей силы Христовой. «Как многие ныне говорят: желал бы я видеть лицо Христа, образ, одежду! Вот, ты видишь Его, прикасаешься к Нему, вкушаешь Его. Ты желаешь видеть одежды Его, а Он дает тебе Самого Себя — и не только видеть, но и касаться, и вкушать, и принимать внутрь»,— говорит Златоуст. И далее святитель продолжает мысль о том, что необходимо тщательно готовиться к Святому Таинству Евхаристии: «Никто не должен приступать с пренебрежением, никто с малодушием, но все — с пламенною любовью, все — с горячим сердцем и бодростию. Если иудеи ели агнца с поспешностью, стоя и имея сапоги на ногах и жезлы в руках, то гораздо более тебе должно бодрствовать. Они готовились идти в Палестину, ты же готовишься идти на Небо”51. Насыщение на обычных трапезах сменяется новым голодом, но тот, кто вкушает от Святой Трапезы, не взалчет вовеки: «Тайной Трапезе, в страсе приближившеся вси, чистыми душами хлеб приимем, спребывающе Владыце» (ТП. Л. 425).
На Тайной Вечере были все двенадцать апостолов, в том числе и Иуда. Как же он был допущен к Трапезе? Архиепископ Иннокентий Херсонский объясняет: «Так же, как и до сих пор допускаются к ней нераскаянные грешники, по милосердию Божию, ожидающему их покаяния <...> На Небесную Вечерю будут допущены лишь очищенные от греха, а пока, на земле, открыты двери для всех»52.
Получив назидание услышанным, возвратимся к церковному богослужению. В последний раз Великим постом слышим мы глубоко покаянное «Чертог Твой…».
В хвалитных стихирах описывается, как иудеи собираются предать Пилату Спасителя и Зиждителя всех. Беззаконные и неверные! Они готовят на суд Того, кто Сам придет судить живых и мертвых, обрекают на страдания Того, Кто исцеляет людские страдания. И снова речь идет о предателе: «Иуда раб и льстец, ученик и наветник, друг и диавол от дел явися. Последоваше бо Учителю, и на Него поучашеся преданию, глаголаше в себе: предам Того, и приобрящу собранная имения, искаше же и миру продану быти, и Иисуса лестию яти. Отдаде целование, предаде Христа…»53 (ТП. Л. 429). Поэтому, предвидя опасность соблазна и малодушного страха, Церковь как бы устами Христа говорит: «О друзи, зрите, да никийже страх вас разлучит от Мене: аще бо и стражду, но за мир. Не соблазнитеся убо о Мне, не приидох бо, да послужат ми, но послужити, и положити душу Мою избавление за мир»54 (ТП. Л. 430). И сразу же, в этой же стихире, снова грозное напоминание: «Хотяй первый быти, да будет последний, владыка яко служитель. Пребудите во Мне, да грозд принесете: Аз бо есмь Лоза животная»55 (ТП. Л. 430). Господь наш Иисус Христос, пришедший душу Свою положити «за други Своя», даже на пороге крестных страданий, зная, чтО Его ожидает за стенами Сионской горницы, заботится о Своих учениках, а через них — и о всех нас, не оставляя без поучения даже сейчас… Это высший пример всем народам на все времена.
В Своей последней беседе с учениками Господь заповедует им и всем их последователям хранить единство, обращаясь к образу виноградной лозы. Аз есмь лоза, вы же рождие56. И иже будет во Мне, и Аз в нем, той сотворит плод мног, яко без Мене не можете творити ничесоже (Ин. 15, 5). Так в последние минуты Своей земной жизни и перед наступлением страшного часа страданий Иисус Христос укреплял и утешал Своих учеников!