Страница 2 из 3
Только благодаря невежеству мы взаимодействуем с фиктивными целостностями, такими как «люди», «женщины», «вещи» и т. д., которых не существует.
«Воистину и тут, и там только имя и форма,
И нет ни живого существа, ни человека,
Пусты они и устроены, как марионетки;
Груда страданий, как куча дерева и соломы» [2, 405].
В философской системе буддизма нравственное чувство человека не может найти себе последовательного оправдания.
Реинкарнация в представлении теософов
Теория многократного перевоплощения индивидуальной души, так популярная в современном обществе, исповедуется теософией. Причем если классические религии Индии стараются избавиться от проклятого колеса перевоплощений, то теософы с жаждой встречают его. В буддизме реинкарнация не ведет к спасению, нужно, наоборот, искать спасения от нее самой. Теософия пытается соединить сансару с эволюционной теорией. В реинкарнации она видит восхождение человеческого «я» на высшие ступени. «Бессмертная суть человека, проявляясь на низших планах вселенной, проходя через длинный ряд изменяющихся личностей, то мужских, то женских, развивает в себе - благодаря разнообразию приобретенных опытов - два ясно различимые вида добродетелей. Все добродетели более мужественные, более энергичные, как храбрость, смелость, развиваются во время мужских воплощений. Добродетели более мягкие, нежные и в то же время более глубокие и сильные - плод женских воплощений» [4, 14]. Своей популярности теософия обязана именно учению о перевоплощении. Свойственная человеку после грехопадения приземленность духа мешает ему представить реальность других измерений бытия; и потому реинкарнация привлекает многих, что таинственное посмертие становится в рамках теософской теории привычным и осязаемым. Тайны жизни в ней становятся якобы объяснимыми и понятными.
«Мрак неизвестности рассеивается перед доктриной о многочисленных существованиях. Существа, которые отличаются от других своей интеллектуальной силой или добродетелями, более жили, более работали, приобрели более опыта, более глубокие свойства и познания» [4, 185]. Если реинкарнация действительно настолько универсальна, как заявляют теософы, то можно ожидать, что эту теорию исповедуют, пусть и с разной степенью приближения, основные религии мира. Для теософов это очень важно, ведь они претендуют на возвещение истины, содержащейся во всех религиях! Насколько же их уверения соответствуют действительности?
Попытка увидеть реинкарнацию у египтян
На самом деле теория перевоплощения находится далеко в ином положении. Религии Шумера, Египта, Вавилона, Хетты, Ассирии, Финикии, Ханаана, Ирана, Рима и Китая не знают о реинкарнации. Египет сохранил еще неолитические представления: мир мертвых для него надземный, это мир звезд, души становятся звездами. Сцены посмертного бытия в Пирамидах изображают кипучую деятельность, а не покой нирваны. Теософы в оправдание своей любимой теории ссылаются на Геродота, считавшего Египет родиной учения о перевоплощении. Но египтологи доказали, что Геродот неверно истолковал некоторые тексты. В 76-78 главах «Книги Мертвых» упоминается о том, что душа во время загробных странствий превращается в различных животных: барана, крокодила, ястреба. Но эти существа в глазах египтян были воплощениями богов, и воплощение в них людей - не инкарнация, а обожествление, вход в блаженную жизнь. Здесь никак нельзя видеть странствия души. Египтяне связывали бессмертную часть человека с его физическим телом - отсюда мумификация, статуэтки-двойники и особо тщательная забота о гробницах.
Мир Греции
Греческая религия от жизни за гробом не ожидает ничего хорошего. Для богов - Олимп, для людей - Аид, «где мертвые только тени отшедших, лишенные чувства, безжизненно реют» (Одиссея, ХІ, 475-476) [1, 117-118]. Метемпсихоз появляется лишь как мотив у некоторых философов, но никогда не становится распространенным верованием. Около VI в. до Р. Х. в Греции возникает экстатический культ Диониса, где впервые ясно видна идея бессмертия души. Теософия орфической секты пользовалась духом и идеями дионисизма, и в ней уже принимается метемпсихоз. Орфизм развивался в учении Пифагора, которое поражает сходством с индийскими учениями. Пифагор, современник Будды, вспоминает, как и последний, свои прошлые жизни. Существуют легенды, согласно которым Пифагор побывал в Индии и оттуда заимствовал учение. Предположение о таком прямом заимствовании высказывалось нередко. Склонялся к метемпсихозу и Платон, несомненно под влиянием пифагорейской теософии. Но Аристотель уже отказался от этой идеи, и с тех пор она надолго исчезает из мышления греческих философов. В античном мире гипотеза о перевоплощении широкого распространения так и не получила, оставшись достоянием узких философских кругов.
Религия древнего Израиля
Теософы пытались найти реинкарнацию и в религии древнего Израиля. Указания на нее они видели в нескольких местах. Так, Бог говорит пророку Иеремии: «Прежде, нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде, нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя» (Иер. 1: 5). Но здесь вполне ясно видно, что речь идет не о перевоплощении, а о предвидении Бога: Он предназначил Иеремию к служению, еще когда тот не родился.
Далее, в псалме 89 сказано: «Ты возвращаешь человека в тление и говоришь: возвратитесь, сыны человеческие!» На самом деле эти слова перефразируют другое библейское изречение: «Ты прах, и в прах возвратишься» (Быт. 3: 19).
Напрасно видят указание на перевоплощение и в книге пророка Малахии: «Вот Я пошлю к вам Илию пророка перед наступлением дня Господня, великого и страшного» (Мал.4:5). Если прочитать Библию внимательнее, то можно заметить, что согласно Писанию, пророк Илия не умирал, но был взят живым на небо, и вера в это сохранялась в Израиле. Малахия возвещает о вторичном явлении пророка перед днем Суда.
Иисус и реинкарнация
Чтобы обосновать заявление о наличии теории реинкарнации в Евангелии, теософы приводят рассказ о слепорожденном. Ученики спросили Иисуса: «Кто согрешил: он или родители его?» (Ин.9:2). Если человек слеп от рождения - как он мог согрешить? Только в одном из предыдущих воплощений. Но нужно обратить внимание на ответ Христа: «Не согрешил ни он, ни родители его, но это для того, чтобы на нем явились дела Божии». Иисус исцеляет больного. Это чудо, приведшее человека к вере и обнаружившее слепоту фарисеев, и было причиной рождения его слепым.
В арсенале теософов есть еще слова Христа о Иоанне Крестителе: «Если хотите принять, он есть Илия, которому должно придти» (Мф.11:14). Но опять таки, вспомним, что пророк Илия не умирал, согласно Библии. Потом, сам Иоанн отрицал свое тождество с Илией (Ин.1:21). Слова Христа имеют в виду то, что по пророчествам служение Мессии должно быть предварено появлением пророка Илии, призванного помазать Избавителя на служение. Книжники использовали этот аргумент против мессианского достоинства Иисуса. Поэтому Он и указывает на Иоанна как на исполнителя миссии Илии.
Больше в Евангелии нет ни одного места, которое может быть истолковано в пользу реинкарнации. Наоборот, Христос обращал внимание на единичный характер человеческой жизни (ср.: Лк.16:19). А в послании к Евреям говорится прямо: «Человекам положено однажды умереть, а потом суд» (Евр. 9: 27).
Раннее христианство
Может быть, о метемпсихозе учили ранние христиане? Елена Рерих заявляет: «Доктрина о перевоплощении была отменена лишь в 553 году по Р. Х. на Втором Константинопольском Соборе» [3,110]. Это - абсолютная ложь. Доктрины о перевоплощении в христианстве никогда не было, а на Втором Константинопольском (Пятом Вселенском) Соборе она даже не обсуждалась и не осуждалась. Были осуждены: идея предсуществования душ; идея получения тела душой как наказания; идея, согласно которой ангельские души могут переходить в человеческие тела и наоборот; идея о конечном исчезновении материи и всеобщем спасении [3, 111].
Идея метемпсихоза настолько чужда была внутренней жизни древней Церкви, что с ней даже не возникало необходимости серьезно бороться. Один из первых христианских богословов Афинагор (ІІ в.) вполне ясно выражает христианскую надежду: «Чтобы то же самое тело приняло ту же самую душу...» (О воскресении мертвых, 25) [1, 11]. Христиане всех времен верили в воскресение тех же самых тел, а не в перевоплощение. Св. Иустин Мученик (+166) до обращения в христианство был платоником. Обративший его старец развернул перед ним аргументы в пользу новой веры и сделал вывод: «Итак, души не переходят в другие тела... - Справедливо говоришь, сказал я» (Разговор с Трифоном Иудеем, 4) [1, 12]. У Татиана идея реинкарнации вызывает усмешку: «Смеюсь над бабьими сказками Ферепида, Пифагора, принявшего его мнение, и Платона, который был их подражателем» [1, 16]. Развернутая критика переселения душ встречается у Иринея Лионского и Тертуллиана. Остальные же церковные писатели считали, что эта идея далека от умов христиан.