Страница 62 из 80
Патриарх был поражен. Он позвал этого мальчика и спрашивает: «Ты вот когда это делал, ты что читал?» — «Я читал такую молитву». И читает «Боже святый.», молитву крещения. «Ты когда это делал, ты что читал?» — «Я читал ту молитву». — «А когда руку возлагал, что ты читал?» — «То-то и то-то». Крещение совершал ребенок, понимаете? Патриарх и говорит: «Эти дети все крещеные, их нужно только миропомазать и все». А мальчик, который все это делал, впоследствии стал святителем Афанасием Великим.
Вот у нас церковь Кирилловская несправедливо называется Кирилловской. Это церковь Афанасия и Кирилла, патриархов Александрийских. Почему-то Кирилла поминают, а Афанасия нет. Великого Афанасия называли тринадцатым апостолом. Это был защитник Церкви от ереси Ария. Это был человек очень одаренный и образованный человек, подлинной святости, личный друг преподобного Антония Великого, друг египетских монахов, который за полстолетия своего епископства большую часть провел в бегстве. Его вечно искали убить, посадить в тюрьму. То солдаты врывались в церковь, чтобы его зарезать, когда он служил литургию. То он прятался, то бегал. Он полжизни провел как беглец. И постоянно проповедовал Евангелие и защищал Церковь.
Итак, первая история, которую я вам рассказал, — это то, что Церковь состоит по факту из святых и мудрых, мудрых и несвятых, святых, но немудрых и никаких. Это надо понимать и с этим надо работать.
2
В древности считали, что, когда человек перейдет в другой мир, первое, что его спросят: «Справедливо ли ты вел свои дела?» Все остальное потом. Каялся, не каялся, верил, не верил. говори, честно ли ты вел свои дела?
Три категории людей
Теперь второе вам расскажу. Есть три категории людей согласно той доктрине, которую я вам сейчас изложу. Люди-еда, люди-лекарство и люди-болезнь. Люди-еда — это те, без которых мы не можем обойтись. Которые нам нужны постоянно. Ну, например, еда для ребенка — это мама. Фактическая еда — ее молоко, а еще забота, ласка и прочее. Ну и потом все, кого мы любим, без кого мы жить не можем.
Мы любим свою супругу или супруга, дети любят родителей. Есть друзья — не разлей вода. Мы и дня не можем прожить друг без друга. Переживаем, думаем, списываемся, трепещем один за другого и готовы умереть за этого человека, лишь бы он жил и было ему хорошо. Это люди, без которых мы не можем жить, как без еды. Люди-еда.
Вторые — это люди-лекарство. Это те, которые, в принципе, нам не нужны каждый день, но наступает такое время, когда они вдруг становятся нужны. Например, мне сейчас не нужен зубной техник, надеюсь вам тоже. Но если у вас заболит зуб, он вам очень будет нужен, вы будете его искать. Не он вас, а вы его. Или, например, вам сейчас не нужен переводчик с итальянского. Но если вам придется какую-то справку получить, чтобы документы оформить для поездки, допустим, в Италию, то он вам понадобится. Или нотариус какой-нибудь. Вот он мне не нужен сейчас. А вчера нужен был. Вчера надо было идти и оформлять какую-то справку. Это люди-лекарства. Они нужны нам в период острой необходимости. В этом смысле каждый из нас должен быть лекарством для как можно большего числа людей. Человек должен быть полезен. Если никому он не полезен, то это плохой человек. Это не просто нейтральный человек, это нехороший человек. Ведь он должен быть лекарством. Здесь речь идет о наших профессиональных качествах, мы по профессии служим трудами рук своих.
Дворник — важнейший человек, трубочист — важнейший человек, пекарь — важнейший человек.
Это все нужные люди. Кстати говоря, в древности считали, что, когда человек перейдет в другой мир, первое, что его спросят: «Справедливо ли ты вел свои дела?» Все остальное потом. Каялся, не каялся, верил, не верил. говори, честно ли ты вел свои дела? По этому лекалу надо пересмотреть всю свою профессиональную деятельность. Если человек работает закройщиком одежды и думает при этом: «Ах, какой хороший заказчик, какой хороший человек заказал мне костюм, как самому Христу сделаю». С любовью, с душой. То это одно. А если будет так : «На, забирай. Что ты тут недоволен еще? Забирай и уходи». Это другое.
Если человек работает поваром в ресторане и думает: «Сейчас сделаю это, и вот это, и вот это сделаю. Господи, помоги, чтобы людям было приятно, вкусно, здорово. Ах, класс!» Другое дело: «Чтоб вы подавились, тьфу». Иногда действительно боишься, что тебе принесут. Ты ведь не знаешь, кто там работает на этой кухне. А разве, нет? Да. И так везде. Любишь то, что ты делаешь, и того, для кого ты эту работу делаешь, — это у тебя на лице написано. Если ты не любишь никого, кроме себя самого, как жаба дуешься от гордости и всех ненавидишь, то и делаешь свою работу так-сяк, быстрей бы с рук только. Какой символ веры у таких людей? Денег нету, дайте больше, идите вон, не трогайте меня. Вот так живет современный жлоб и хочет счастья. Заметьте, счастья хочет. Никого не любит, работу делает абы как (можно, правда, и хуже делать), всем завидует, только про себя думает и хочет быть счастливым.
Люди-болезнь. Это люди, появление которых нам неприятно. И удаление которых доставляет нам великую радость. Примеров таких тоже может быть тысячи. Сосед, которого вы залили, приходит к вам затем, чтобы вы сделали ему ремонт. А вы не хотите делать ему ремонт. «Я просто забыл закрыть кран. Оно само залилось. Я не хочу вам делать ремонт». То есть, вы для него болезнь, он к вам приходит, потому что у него залитые стены. А он для вас болезнь. Это кредиторы, банковские служащие, напоминающие о возвращении кредита, начальники. В общем, есть много разных примеров.
Вот, пожалуйста, раскиньте эту шкалу по своей жизни. Подумайте, кто для вас еда, кто для вас болезнь, кто для вас лекарство, для кого вы еда, для кого вы болезнь, для кого вы лекарство. Потому что каждый из нас для кого-то болезнь. Не думайте, что мы еда сплошная, мы и болезнь тоже. И молитву «Отче наш» мы должны будем читать до конца жизни — «и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим». То есть, у нас будут долги, и у нас будут должники.
Бог как еда, болезнь и лекарство
Точно так же для человека и Бог является едой, лекарством и болезнью. Для большинства людей, которые считают себя верующими, Бог является лекарством. Он нужен людям тогда, когда им плохо, больно, страшно, одиноко. Тогда нам нужен Бог. Тогда, Господи, помогай. Ты Бог, Ты добрый, Ты обязан. Твоя работа прощать, терпеть, приходить, будь любезен, Бог-Господь, и явися нам. Это неправильно. Потому что, по-хорошему, Бог должен быть едой. В широком смысле еда — это не только хлеб, овощи, мясо, фрукты, молоко. Еда — это, например, солнечный свет. Потому что вы прекрасно знаете, что без солнечного света ничто не растет. Мы в первую очередь питаемся солнечным светом. И воздух — тоже наше питание. Потому что, если хлеб есть, а дышать нечем, нет жизни. И вода — наше питание. Солнце, воздух и вода — это главнейшие «продукты» для нас, ими мы питаемся постоянно. И на солнце, воздухе и воде мы можем жить до сорока дней и более, без хлеба кстати. А уже потом мы питаемся хлебом и тем, что к хлебу.
И Словом Божьим. Не хлебом одним, но словом и хлебом, хлебом и словом. Все это Господь. И дыхание наше — это Господь. И солнце наше — Господь. И вода жизни — Господь. И хлеб жизни — Господь. И Слово Божие, которым нужно жить, — Господь. Это Хлеб наш, это Еда наша, это Дыхание наше, это все наше. Так к Нему надо относиться. Не как к лекарству, а как к еде.
Вместо этого, мало того, что многие люди относятся к Богу как к лекарству, в мире увеличивается количество людей, которые относятся к Нему как к болезни. Они говорят: «Отойди от нас, не трогай нас, не мешай жить нам так, как мы хотим. Мы не хотим делать то, что Ты хочешь, мы хотим делать то, что мы хотим». Это люди, которые либо не могут произнести слова «да будет воля Твоя», либо произносят их, не понимая смысла. Это очень жесткие слова и великие слова — «да будет воля Твоя». Человек — это бытовой мелкий бунтарь, и самовольник, и своевольник. Он всюду ищет своей воли. А «да будет воля Твоя» либо не понимает, либо вообще не хочет этого говорить, если понимает. И в книге Иова сказано, что нечестивые и богатые Богу говорят: «Не трогай нас, отойди от нас, нам без Тебя хорошо».