Страница 68 из 163
Аминь.
5 апреля 1925 г.
В церкви св. Панкратия за Литургией
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
Слава Богу за всё!
Слова эти впервые были произнесены св. Иоанном Златоустом на смертном одре, в момент мученической кончины в тяжком изгнании.
Да сподобит и нас Господь произносить это Божественное славословие — но не в храме только, а и в жизни.
Слава Богу за всё!
Посылает Господь нужду. Заботы о хлебе смущают душу. Безысходное положение порождает уныние.
Слава Богу за всё, ибо и Спаситель наш не имел где преклонить голову.
Ты ропщешь на то, что люди оклеветали тебя.
Слава Богу! Ибо оклеветан был и Сын Божий.
Ты скорбишь, видя кругом себя озлобление.
Слава Богу! Разве озлобленная толпа не кричала:"Распни, распни Его!"
Болезни телесные приводят тебя в отчаяние.
Но слава Богу! Разве не страдал плотию распинаемый на Кресте Христос?
Жизнь твоя представляется тебе как путь скорбей.
Слава Богу! Ибо не скорбным ли путём голгофским шёл Спаситель мира.
Смерть готова взять от нас близкого человека.
Слава Богу за всё! Ибо Христос победил смерть.
Слава Богу за всё, ибо даровано нам избавление от греха, страдания и смерти. Слава Богу за всё, потому что открыт нам путь в Царствие Божие. Потому что Спаситель зовёт нас к Себе — на эту Святую Трапезу. Потому что мы, недостойные, делаемся причастниками Его Пречистого Тела и Крови в оставление грехов и в жизнь вечную.
Аминь.
8 апреля 1925 г.
В церкви св. Панкратия в первый день кончины Святейшего Патриарха Тихона
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
Страшный час в судьбах Православной Церкви пробил: умер Святейший Тихон, Патриарх Московский и всея России.
Утверждение на Тя надеющихся, утверди Господи Церковь.
Осиротели мы. Осиротела Православная Церковь. Никакой мудрец не может так выразить искренней правды, как простое сердце простого человека.
Утром, когда я шёл с панихиды, ко мне на улице подошли простые женщины, и одна из них сказала:"Как же мы теперь жить будем, ведь мы точно крыльев лишились, всех он нас соблюдал!"
Чем же соблюдал паству свою Всероссийский Святейший Патриарх?
Почему Господь дал его нам Первостоятелем Русской Церкви? Именно господь дал, ибо когда на Соборе избирали Патриарха, то из трёх намеченных кандидатов Тихон получил меньшее количество голосов. И после молитвы, когда был брошен жребий, Господь указал Тихону быть Российским Патриархом.
Чем же был он для Русской Церкви?
Он был её совестью.
В эпоху всеобщего распада, всеобщей лжи, всеобщего предательства, продажности, отступничества был человек, которому верил каждый. О котором каждый знал, что этот человек не продаст правды! Вот чувство, которое было в сердцах каждого из нас. Пред престолом Российской Церкви горела белая свеча. У него не было ничего личного, ничего мелкого, своего, для него Церковь была всё. Вот что объединяло паству в тяжёлые годы потрясения.
После трёх лет недавно я вновь увидел Святейшего Патриарха. Отворилась дверь. Я вошёл в приёмную. Трепет прошёл по моему сердцу. Я увидел перед собой икону — живого угодника Божия, как изображает их Церковь на иконах своих. Это был образ слова, жития, любви, духа, веры, чистоты. Никакая клевета и никакая ложь, никакая злоба не могли отнять у верующих сердец этой уверенности в духовном величии Патриарха.
Святейший Патриарх умер. От этой беды, от этого горя церковного мысль невольно обращается к судьбам православия.
Неделю тому назад мне вновь пришлось быть у Святейшего Патриарха в лечебнице. И когда я шёл оттуда, мне вспомнилось то, о чём на этих днях говорилось всюду, — о папе римском: будет или не будет при его дворе французский посол. Подумаешь, какая честь, какой блеск, какое величие! Как это ослепляет! Ведь внешнее могущество так ослепительно для рабских сердец. И вот маленькая комнатка Российского Патриарха великой Православной Церкви и кровать, покрытая сереньким одеялом, и сам он, старенький, в подряснике, опоясанном широким поясом. И никаких послов, никакого величия! Но ведь и Христос не был во дворце римских императоров. Он не имел где преклонить голову. Так ясно почувствовалось, что здесь Христос, что в этой смиренной, в этой уничиженной обстановке своей великий наш Патриарх — со Христом.
Тяжкие потрясения ожидают Православную Церковь и многие соблазны: будет усиление лжи и беззакония. Но ложь не станет правдой от того, что её станет повторять большинство. Чёрное не станет белым от того, что многие это чёрное станут признавать за белое.
Пусть остающиеся верными Православной Церкви не смущаются ни внешним величием еретиков, ни могуществом их, ни тем, что их большинство. Ибо Господь предрёк это страшным вопросом:"Когда Сын Человеческий приидет, найдёт ли Он веру на земле?"Это сказал тот же Спаситель мира, Который дал обетование:"Созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей". Но это не значит, что в то время, когда Сын Человеческий, грядущий во славе Своей, найдёт лишь немногих истинных Своих учеников, не будет именующих себя христианами. Напротив, Господь предрёк нам, Он сказал, что многие придут тогда под именем Его и будут говорить: я Христос! — и многие прельстятся. Одинокую, может быть, гонимую еретиками истинную Церковь Христову будут тогда заслонять называющие себя христианами, называющие себя Церковью. Возникнут лжехристы и лжепророки, чтобы прельстить, если возможно, и избранных. И ложь о Христе будет так соблазнительна даже для верующих, даже для душ, преданных Христу, что нужно особенно соблюдать себя, нужно особенно молиться, чтобы не впасть в искушение.
Со стороны внешней, со стороны канонической, смерть Патриарха не создаёт затруднений. До Собора Первостоятель Церкви по завещанию Патриарха назначен. За отсутствием митрополитов Кирилла и Агафангела власть первосвятительская переходит к Местоблюстителю Патриаршему Петру. Признать эту высшую церковную класть — обязанность православного христианина независимо от личных симпатий и антипатий, ибо непризнание законно поставленного Местоблюстителя возможно лишь при одном условии: отпадении его от православия.
Не внешнее страшно нам, а внутреннее. Страшно наше собственное духовное состояние. Особенно когда между нами идут распри, когда нет единства в среде самих православных христиан.
Мы будем молиться за Святейшего Патриарха, о упокоении души его"в месте светле, месте злачне, месте покойне". Но в то же время мы будем чувствовать, что и там, у престола Всевышнего, всё так же соблюдает он Российскую Православную Церковь. Ради его предстательства пощадит Господь Церковь Свою.
Лишь бы мы‑то остались верными православию. Какие бы соблазны, какие бы потрясения нас ни ожидали, были бы мы тверды, была бы тверда наша преданность Христу. Лишь бы мы сохранили свою веру и своё единство с истинною Святою Соборною Апостольскою Церковью.
Аминь.
14 мая 1925 г.
В Крестовоздвиженской церкви за всенощной
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
В эту неделю вы слышали евангельское чтение о расслабленном.
О том, как Господь наш Иисус Христос пришёл в Иерусалим после праздника иудейского и увидел расслабленного около купальни, называвшейся Вифезда — дом милосердия.
Было там пять крытых ходов, и в них лежало множество больных, хромых, иссохших, слепых, ожидающих движения воды. Был тут расслабленный, находившийся в болезни 38 лет. Он не мог получить исцеления, потому что когда Ангел возмущал воду, кто‑нибудь раньше успевал опуститься в воду.
И спросил его Христос:"Хочешь ли быть здоров? Больной отвечал Ему: так, Господи; но не имею человека, который опустил бы меня в купальню, когда возмутится вода; когда же я прихожу, другой уже сходит прежде меня. Иисус говорит ему: встань, возьми постель твою и ходи. И он тотчас выздоровел, и взял постель свою и пошёл"(Ин. 5, 69).
Святое Евангелие учит нас не только словами поучения, не только притчами и заповедями. Оно учит и событиями земной жизни Спасителя. Исцеление расслабленного также многому научает нас.
Разве Церковь Христова не дом милосердия? И разве мы не слепые, хромые, иссохшие, расслабленные? Мы воистину слепые, и потому немощна вера наша. Не видим мы Господа. Потемнели духовные очи наши.
Воистину хромые — и потому не идём правым путём, а сбиваемся то в одну, то в другую сторону.
Мы иссохшие — нет у нас радости о Христе. Иссушили мы душу свою житейскими заботами.
Мы расслабленные — нет у нас твёрдой воли неослабно идти по пути спасения.