Страница 66 из 163
Ныне, теперь, сегодня! Это значит, что для христиан нет власти прошлого! Долгие годы греховной жизни не должны обессиливать его унынием. Для христианина каждый день может быть началом новой жизни. Принеси покаяние. И прошлого нет. Начинай новую жизнь. Начинай её ныне, сейчас же, не откладывая… Разве это не утешение для сознающих тяжесть своих прошлых согрешений!
"Сегодня надобно Мне быть у тебя в доме", — так говорит Христос каждому, готовому Его принять. И каждому постучит Господь в сердце. Будет день, будет час, когда увидит Господь, что дом сердца нашего готов отвориться для встречи Христа — и Господь постучит в него.
Но Сын Человеческий пришёл взыскать и спасти погибшее, и принёс спасение, и готов придти к нам только тогда, когда мы искренне сами стремимся, как Закхей, увидеть Христа. Когда мы сами Его любим. А любовь проверяется жертвой. Надо нести Крест Христов. Ведь наши несчастия житейские — это не Крест. Страдания становятся Крестом только тогда, когда они для Христа. Не всех призывает Господь к жертве. Но каждый должен быть в глубине сердца быть на неё готов. Только тогда будет согревать нас своими лучами та любовь, которая горит в каждом евангельском слове. Только тогда будет относиться и к нам то, что сказал Господь Закхею:"Ныне пришло спасение дому сему, ибо Сын Человеческий пришёл взыскать и спасти погибшее".
Аминь.
7 февраля 1925 г.
В церкви св. Панкратия за всенощной
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
Господь сказал:"Всякий возвышающий сам себя унижен будет, а унижающий себя возвысится"(Лк. 14, 11)."Бог гордым противится, а смиренным даёт благодать", — говорит апостол Иаков (Иак. 4, 6).
По словам св. Иоанна Кассиана:"Нет никакой другой страсти, которая бы так истребляла все добродетели и так обнажала и лишала человека всякой праведности и святости, как эта злая гордость".
Св. Иоанн Лествичник гордость называет:"Отвержение Бога","виновница падения","корень хулы".
А св. Василий Великий сравнивает её со змеёю, которая скрылась за прекрасным цветком, и когда человек хочет сорвать этот цветок, змея наносит ему смертельный укус. Гордость подстерегает человека на всех ступенях духовной жизни. И все труды его превращает в ничто. На высоте духовной она даже опаснее для человека. Как говорит св. Иоанн Кассиан:"Чем более богатую пленит она душу, тем более тяжкому игу рабства подвергает её".
Разве не прекрасный цветок — милосердие? Но разве не может человек впасть в гордость, совершая дела милосердия из тщеславия напоказ, чтобы видели и восхваляли люди?
Разве не прекрасный цветок — молитва? Но разве не может отравить её яд гордости? Разве не может человек возгордиться своею святостью?
Разве не прекрасный цветок — смирение? Но и самое смирение можно сделать источником падения — возгордившись своим смирением.
Святая Церковь, подготовляя верующих к подвигу и покаянию в дни Великого поста, предостерегает детей своих от этого страшного искушения. Она делает это евангельским чтением, в котором повествуется притча о мытаре и фарисее.
Фарисей и мытарь вошли в храм помолиться. Фарисей говорил:"Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь: пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю". Мытарь же, стоя вдали, не смел даже поднять глаз на небо; но, ударяя себя в грудь, говорил:"Боже! будь милостив ко мне грешнику!"(Лк. 18, 11–13)
И грешный мытарь пошёл в дом свой более оправданным, чем гордившийся своей праведностью фарисей.
Там стояла гордость — здесь было смирение.
Как же предостеречь себя от этой страшной опасности, от этого укуса змеи?
Надо проникнуться сознанием, что всё, что есть в нас хорошего, не принадлежит нам. Кругом зла так много! В душе столько страстей, что своими силами не мог бы спастись человек.
Нил Синайский говорит:"Как ставший на паутину проваливается и уносится вниз, так падает и полагающийся на собственные свои силы".
И если достигли мы хотя бы ничтожных успехов в жизни духовной, это дала нам Божественная благодать.
Чем же гордишься ты? Разве не безумие гордиться себе не принадлежащим?
Если у тебя есть таланты, не ими ли ты будешь гордиться? Ведь Господь дал их тебе, чтобы ты их преумножил и дал отчёт Богу. Они не принадлежат тебе. Они Божии. Разве не безумие гордиться тем, что тебе не принадлежит?
Мы нищие духом! Ничего у нас нет! Нечем нам гордиться. Нечем превозноситься. Разве немощью своею.
Будем же, как грешный мытарь, взывать к Богу:"Боже, милостив буди мне грешному!"
Аминь.
12 февраля 1925 г.
В Крестовоздвиженской церкви за всенощной
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
"Боже, милостив буди мне грешному!"
"Буди милостив!"
Но надежда на милость Божию должна иметь своё оправдание. Оправдание в покаянии, подтверждённом переменою жизни. Какой же всеобщий грех требует нашего покаяния?
Обмирщение Церкви и жизни.
"Не можете служить Богу и маммоне", — сказал Господь."Они не от мира, как и Я не от мира", — сказал Он о Своих учениках."Не любите мира, ни того, что в мире".
"Весь мир лежит во зле", — говорит апостол Иоанн. Этот мир, который противолежит Церкви, яростно стремится к обмирщению её. Дабы оградить Церковь Христову от обмирщения, соборный разум её, водимый Духом Святым, создал свои церковные законы, свои каноны, устав, по которому должна течь церковная жизнь.
Соблюдали ли мы эти законы, как должно? Не нарушали ли мы их по незнанию и по небрежению?
Дабы оградить душу человеческую от обмирщения, Господь заповедал нам непрестанно молиться.
А мы? Мы считаем почти за подвиг, если мы раз в неделю посещаем храм. Дома большинство православных христиан лба не перекрестит. Нам некогда. На всё есть время — кроме молитвы. Мы забыли, что молитва должна быть главным делом жизни, — остальное приложится.
Дабы оградить всю жизнь от обмирщения, апостол Павел дал строжайшее правило:"Не сообщаться с тем, кто, называясь братом, остаётся блудником, или лихоимцем, или идолослужителем, или злоречивым, или пьяницею, или хищником; с таким даже и не есть вместе"(1 Кор. 5, 11).
А мы так смешали нашу жизнь с мирскою жизнью, что если человек не скажет сам, что он верующий христианин, со стороны не узнаешь.
Мы ропщем, что дети отходят от Церкви. Но не сами ли мы тому виной? Разве не видят они, что родители их, придя из Церкви, живут как все неверующие люди?
А если Церковь не перерождает человека, разве не правы они, что значение её для этих людей ничем не отличается от театров, кинематографов, концертов, где праздно проводят время…
Боже, милостив буди нам грешным.
Но разве мы покаялись? Разве после всех испытаний мы вернулись к исполнению церковных правил? Разве они не нарушаются нами, как и прежде? Разве не идёт церковная жизнь по–прежнему, как будто бы ничего не случилось?
Так за что же Господь будет милостив к нам? Разве мы стали ревностней в молитве? Разве не оставляем мы для неё по–прежнему лишь то время, которое нам некуда девать? Разве стала молитва главным делом нашей жизни?
Так за что же Господь помилует нас? Разве мы отрешились от жизни мирской? Разве сами мы не те, кто, называясь"братом", называясь"христианином", на самом деле блудники, лихоимцы, пьяницы, хищники? Как же будем просить у Бога милости?
О, мы твёрдо запомнили, что Бог милосерд! Но совершенно забыли, что Он праведный Судья! Мы знаем все слова любви, сказанные в Евангелии, но не хотим знать Его слов обличения.
Мы говорили о снисхождении — и снисхождением довели Церковь до страшных потрясений. Теперь Господь призывает нас к строгости.
Мы, пастыри, будем строги к своей пастве, пусть архипастыри будут строги к нам, пастырям, и пусть каждый будет строг к самому себе, дабы не тщетно взывать нам:"Боже, милостив буди нам грешным".
Аминь.
15 февраля 1925 г.
Неделя о блудном сыне
В церкви св. Панкратия за Литургией
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
В евангельском чтении вы слышали сегодня притчу о блудном сыне. Эта притча о нас с вами.
О Господи, если бы вся она была о нас!
Но вспомним слова Спасителя.
У одного человека было два сына. Младший сказал:"Дай мне следующую мне часть имения". Отец разделил им имение. Младший сын взял всё и ушёл в дальнюю страну.