Сочинения

57. Потомъ Архіерей раздробляетъ Святый Хлебъ на многія частицы, и симъ подражаетъ священнодействію Самого Іисуса Христа. Онъ, какъ повествуется во Евангеліи, пріимъ хлебъ, переломилъ и даде ученикамъ Своимъ. Прежде же всехъ причащается самъ Святаго Хлеба, а потомъ и страшной Чаши, никто другой не можетъ ему подавать Святыя Тайны, разве также, какъ и онъ, Архіерей. По причащеніи самого себя, онъ раздаетъ и прочимъ Священнослужителямъ Алтаря Божеcтвенные Дары; они, пріемля ихъ, целуютъ его руку и ланиту. Чрезъ сіе раздаяніе означается, что Іисусъ и въ грядущемъ веке пребудетъ въ нерушимомъ соединеніи съ плотію Своею, но и она будетъ очамъ блаженныхъ предметомъ зренія и вечнаго наслажденія. Руку же и ланиту Іерарха лобзаютъ священнослужители потому: 1) что рука есть служительница страшныхъ Тайнъ, близко къ нимъ прикасается; а ланита есть орудіе, которымъ совершаются молитвы: лобзаютъ же еще руку и ланиту Архіерея 2) и въ знаменіе взаимной нашей любви и соединенія другъ съ другомъ, что подтверждается самыми словами, въ сіе время произносимыми: Христосъ посреде насъ; 3) въ воспоминаніе, что на ней Господь нашъ понесъ заушеніе; это должно въ Архіерее возбудить мысль, какъ смиренъ былъ Учитель всехъ, Владыка! и уничтожить въ немъ всякое чувство гордости.

58. По причащеніи всехъ Священнослужителей во Святомъ Алтаре близъ самаго Престола такимъ образомъ, что принимая Хлебъ прежде въ руки, потомъ пія изъ Чаши, по порядку своихъ степеней, после показуются покровенные Святые Дары; это делается въ знакъ того, что не подобаетъ всемъ зреть страшныя Тайны. Тогда ежели кто ко причащенію себя предуготовилъ, приблизившись со страхомъ и благоговеніемъ, сподобляется ихъ; однако не непосредственно изъ Чаши, но Лжицею изъ руки Святительской причащается. Потомъ Архіерей, помолясь о Божіемъ достояніи и о благочестивейшемъ Императоре и людяхъ Его, прося имъ спасенія и благословенія Его, отпускаетъ Святые Дары съ куреніемъ фиміама въ Предложеніе, произнося все то, что напоминаетъ вознесеніе Спасителя, и по немъ славу проповеди Его, всю тварь огласившей. Онъ какъ бы симъ образомъ тогда беседуетъ съ Спасителемъ: Ты снизшелъ до насъ, и явился между нами, какъ равный намъ человекъ, Ты вознесся на небо къ Отцу Своему, и наполнилъ землю славою Твоею; мы, ею облеченные, совершая Божественныя Твоя Тайны, причащаемся Тебя, и неразлучно съ Тобою пребываемъ.

59. Потомъ Святые Дары переносятся въ Предложеніе; Дискосъ возлагается на главу Діакона, а Потиръ несетъ Священникъ въ рукахъ; самъ Архіерей, воздавъ благодарственныя молитвы и умывъ руки, исходитъ изъ Святаго Алтаря, и раздаетъ народу такъ называемый Антидоръ. И такъ какъ Іерархъ представляетъ собою образъ Іисуса Христа, Котораго въ Священнодействіи приносилъ въ жертву, Телу и Крови Котораго пріобщался и другимъ давалъ пріобщаться, надобно, чтобъ и люди освященія сподобились, которое хотя и получаютъ верующіе таинственнымъ и духовнымъ образомъ отъ слушанія молитвъ и присутствія при страшномъ Священнодействіи, но мы теломъ чувственнымъ облечены и, следовательно, намъ надобно принимать освященіе чрезъ посредство чего нибудь видимаго. Сіе самое и ниспосылается на насъ чрезъ воспріятіе Антидора. «Антидоръ есть хлебъ освященный, о которомъ въ Предложеніи принесены молитвы, изъ котораго внутренняя часть изъята, и въ Священнодействіи въ тело Владычне, молитвами Архіерейскими или Іерейскими, освящена». Сей–то Хлебъ, какъ носящій на себе знаменіе копіемъ, после всего и Божественныхъ глаголовъ сподобившійся, вместо страшныхъ Даровъ раздается, т. — е. не причастившимся Божественныхъ Таинствъ. После этого Архіерей, испросивъ благословеніе Господне на предстоящихъ, оканчиваетъ Литургію.

60. Намъ хотелось пространнее изъяснить Таинства Божественной службы, но слабость ума нашего далее простираться возбраняетъ, а притомъ ведаемъ, что некоторые изъ великихъ и искуснейшихъ въ Божественныхъ умозреніяхъ мужей, о семъ самомъ предмете, по мере высокаго своего знанія, довольно уже писали, мы умалчиваемъ, отсылая васъ къ ихъ премудрымъ писаніямъ. Да и все то, что мы въ этихъ разсужденіяхъ изложили, вымыслили не отъ себя, но почерпнули изъ писаній Отцевъ, которые мудро говорили объ этихъ предметахъ. Равномерно предполагали мы изъяснить и на Проскомидіи совершаемое; но и объ этомъ теже великіе Учители пространно разсуждали, почему нетъ нужды и о нихъ намъ беседовать, упомянемъ объ этомъ только вкратце.

61. По древнему установленію, во–первыхъ, Священникъ приготовляетъ Агнецъ къ жертвоприношенію, потомъ соединяетъ вино и воду въ чаше; далее приноситъ Богу частицы: изъ нихъ первую, въ честь преблагословенныя Девы Маріи, Матери Господни, а другія въ память Святыхъ, прочія же о живыхъ и мертвыхъ, въ вере скончавшихся. И такъ спрашивается: «Какую силу имеютъ въ себе частицы? и претворяются ли оне въ Тело Господне? какое действіе производятъ на техъ, за кого приносятся?»

62. Что частицы темъ, за кого приносимы бываютъ, приносятъ многоразличную пользу, о томъ ученіе отъ древнихъ Отцевъ дошло до насъ. Частицы представляютъ при Священнодействіи те самыя лица, отъ имени которыхъ вынимаются, и бываютъ о нихъ жертвоприношеніемъ Богу. Сіе подтверждается словами, отъ Священника во время Проскомидіи произносимыми: Пріими, Господи, глаголетъ онъ, жертву сію въ пренебесный Твой жертвенникъ! Частицы, о Святыхъ приносимыя, служатъ имъ въ славу, честь, въ преумноженіе достоинства и въ большее пріятіе Божественнаго Света; о верныхъ же приносимыя, усопшимъ ходатайствуютъ избавленіе отъ греховъ и пріобщеніе Божественныя благодати, живымъ же, ежели только въ покаяніи жизнь свою препровождаютъ, даютъ защиту отъ несчастій, служатъ ходатайствомъ объ оставленіи греховъ. И потому Божественное священнодейтвіе соборамъ Святыхъ бываетъ въ пріумноженіе немерцающей славы, и вернымъ даруетъ Божественную милость и Его щедроты.

63. Но сколько полезно тому, за кого приносится жертва сія, когда онъ живетъ достойно званію Христіанскому, столько бедственно и вредно тому, кто, предавъ себя греховной жизни, нерадитъ о достойномъ исправленіи званія Христіанскаго. Ибо частица, будучи принесена отъ имени какого либо Христіанина, и близъ Божественнаго хлеба возлежащая, когда онъ священнодействуется и пременяется въ Тело Господне, делается причастною освященію, и внесенная въ раствореніе Святаго Потира напояется тогда животворящею Кровію: почему и душе той, за которую принесена бываетъ, ниспосылаетъ благодать; тогда совершается духовное соединеніе человека съ Богомъ. Если душа благочестива, или хотя по слабости и въ грехъ падаетъ, но потомъ покаяніемъ очищается: такое невидимо пріемлетъ общеніе Духа Святаго, часто же и телесной сподобляется пользы, это свидетельствуетъ многократно опытъ. Ежели же кто будучи преданъ греху, и отъ него отступить не хочетъ, такой, какъ недостойный общенія съ Богомъ, горшее осужденіе себе пріиметъ отъ принесенной за него жертвы. Поэтому Священникъ внимательно долженъ наблюдатъ, чтобы не принимать приношеній и не возноситъ жертвъ за такихъ людей, которые, изгнавъ изъ сердца своего стыдъ и совесть, предаются всякому беззаконію; за это и самъ Священникъ подвергается вместе съ ними осужденію. Отъ сего–то приключаются человеку и многоразличныя искушенія и скорби.

Сего ради, вопіетъ Павелъ, мнози въ васъ немощни и недужливы, и спятъ довольни (1 Кор. 11, 30).

64. И такъ Священникъ долженъ въ сихъ столько великихъ строеніяхъ Божіихъ быть къ себе строго внимательнымъ и себя самого испытывать и разсуждать, по Писанію, и осторожнымъ быть сколько возможно. Ибо ежели неизменный долгъ его пещися о другихъ, то темъ более о себе самомъ! Если ядый и піяй недостойне, судъ себе ястъ и піетъ (1 Кор. 11, 29) темъ большему осужденію подлежитъ тотъ, кто дерзаетъ недостойно священнодействовать. Потому мы, принявшіе благодать Священства, должны быть къ себе какъ можно более внимательны, заботиться о чистоте и святыне, и непамятозлобивому нраву научаться. Да возрастутъ же въ душахъ нашихъ смиреніе и любовь! Эти добродетели суть первыя свойства Іисуса Христа. Тогда и въ настоящемъ веке достойно Его пріобщимся, и въ грядущемъ удостоимся неизглаголаннаго и вечнаго съ Нимъ соединенія, благодатію и человеколюбіемъ Господа нашего, Іисуса Христа, Которому принадлежитъ всякая слава, честь и поклоненіе, со безначальнымъ Его Отцемъ, и съ Пресвятымъ и Животворящимъ Духомъ, ныне и присно и во веки вековъ, аминь.