Собрание Творений

(38) Вопрос. Но если ты не называешь Его со­зданием, то унижаешь Отца, приписывая Ему пре­терпевание. Ибо всякий рождающий претерпева­ет от рождения: он обязательно или худеет, или полнеет, или переносит разрезание или утрату, или увеличивается, или унижается, или что иное. Все это претерпевает родивший.

Ответ. Прочь от этой болтовни, преподобный отче! Божество — не плоть, чтобы подвергаться увеличению или исхуданию. Разве она была под властью хоть какого-то претерпевания, когда Отец, будучи Духом, Сына-Слово родил безвременно и неизреченно? Многим вид кажется вернее услы­шанного. Но испытание слов более надежно. Хо­рошо было бы хотя вкратце обрести необходимое учение о бесстрастном рождении Бога, в котором не было получено ни убытка, ни разделения. Со­здание Божие — Сын. Как если у неких людей в необитаемой стороне не было огня, чтобы испечь хлеб: они налили чистой воды в стеклянный со­суд, и поставили жариться на солнце. И обожжен­ный результат соединили с ведрами, так что они взяли огонь с высоты. Солнце не получило ни пре­кращения, ни убывания, ни увеличения, ни умень­шения. И оно сияет в храме сквозь чистое стекло; и как рождает свет заря, так по всему залу непрес­танно и беспрерывно все делает видным. И свеча, зажигая тысячи свеч, не получает ни истощения, ни пресечения: все эти вещи остаются без повреж­дений. То же самое, мы веруем, и у Божества, Которое намного более велико, чем эти вещи: ибо все по отношению к Нему — пыль. Ведь Отец родил Сына, не имеющего различий [в сравнении с Ним] не имеющего недостатков, ни в увеличении, ни уменьшении, но бесплотен Он, как Единосущное бесплотное Слово. Об этом все слышали, об этом всем возвестили.

И те, кто без чести почитают Отца, они безумно или в пустоту мыслят создания, да не дерзают говорить о Сыне. Ибо так же как они говорят, что Рождающий страдает, так же мож­но сказать, что создающий трудится и изнемогает. Да не похулим Отца, что Он мол страждет или из­немогает, и прекратите сами без чести прославлять Божество. Тот, кто пренебрегает Сыном, тот бро­сает камни и в Отца. Ибо Сам Сын говорит о Боге в Евангелиях, что кто не чтит Сына, тот не чтит Отца.

(39) Вопрос. Почему говорят, что Христос был Сыном Божиим по выбору и благодати, ибо Отец не говорит: "Это Сын Мой, Кого Я родил", но "Кого Я захотел"? Исайя от лица Бога и Отца говорит о Христе: «Вот Отрок Мой, Которого Я» выбрал, лю­бимый «Мой», Кого захотела «душа Моя». Так и Соло­мон говорит: "Выбран из тех".

Ответ. Это кажется принадлежащим безумию Ария, кому так было любо спорить с истиной. Ука­жи точно, где Отец, испытывая, выбрал одного Христа. Поскольку Он —- единственный Сын, то у Него нет брата, нет равного, нет преемника. Ибо предвозвестил о Нем богомудрый Давид: "Кто упо­добится Господу среди сынов Божиих?" и затем: "Велик и страшен Он над всеми, кто кругом (окрест) Него". Ни одному сыну по благодати или выбору невозможно стать подобным Сыну Божию, воплотившемуся ради людей; и в приличии избран­ную (хотя было много тысяч женщин) почтил Бог без нетления одну из всех Марию. В Ней неизре­ченно Он Сам соединился с нами и приобщился нам, как сказал божественный Певец: "Выбрал из нас наследством Своим Красоту Иаковлю, Кото­рую полюбил" — явно [имея в виду] Приснодеву Марию. Отец, восхваляя Ее, восклицает к вопло­щению свыше: "Это Сын Мой, Кого Я поже­лал," — одного — от Него, и от Приснодевы. Яв­ляя нам Сына Бога, Единосущного Ему и нам: в первом случае — Божеством, а во втором — плотью. Ибо по собственной воле Бессмертный стал одного вида со смертными: и, продолжая так пребывать, был Он виден, как Он есть.

(40) Вопрос. Разве Апостол не указывает, что Он — по выбору и любви, когда говорит об Отце, что Он избавил нас от власти тьмы и переселил в Царствие Сына Его любви.

Ответ. Но этим никак не показано, что Сын Божий — по выбору. В другом месте тот же свя­той апостол сказал, что Бог возлюбил нас о Хри­сте: обозначив, что любовь, принадлежащая Богу и Отцу, принадлежит и Христу, как и "премудрость и сила". Ибо любовь Отчая — Единосущный Сын: как Свет от Света, так Бог от Бога и любовь от любви. «Бог есть любовь», как сказал Иоанн. Отойдя подальше от бешенства Ария, которое считает Творца тварью. Но у нас нет никакого другого Завета кроме четырех Евангелий, в которых 1162 зачала (чтения). Они сначала и до конца богословствуют Сына о Отце. И нигде в них не сказано, что Он создал у Себя Сына, или же что "Создал Меня Отец».

(41) Вопрос. Чем ты считаешь Деву Марию? Созданием или не созданием? И произошедшее от Нее тело Христа? И как ты поклоняешься Христу? Если ты Ее называешь созданием, то необходимо назвать созданием и Его. Ибо ты явно исповедуешь, что Он создан от Нее. И если поклоня­ешься, и если не поклоняешься тому, что от Нее, - то явно что ты поклоняешься созданию, а если не поклоняешься, то отвергаешься Сына Божия.

Ответ. Здраво мысля, я не поклоняюсь Христу как созданию, но как Творцу и Богу созданий. Как и Царем в Багрянице Его чтут в едином поклонении, не отделяя Его от Нее. Кто сказал? бы царю: "Сойди с престола, чтобы я тебе поклонился", или: "Выйди из палаты, чтобы я тебя вос­хвалил", — отдельно от неодушевленной вещи. И если и совокупно с неодушевленными вещами, то с одушевленными людьми тем скорее воспевается везде Владыка всех: Сын с Храмом Пло­ти, который я назвал и Багряницей, и Престолом. Поклоняемо в едином поклонении.

(42) Вопрос. Если Бог во плоти, то почему Он Сам говорит: "Бога никто никогда не видел"? Раз Он был Богом, то все в те времена видели Его.

Ответ. Сын сказал об Отце, что Бога никто никогда не видел. Он не сказал, что Сына Бога — Слово - человека — никто никогда не видел. Ви­дели ибо Бога пророки и апостолы, и каждый пра­ведник. Но никто не смог бы видеть Его, как Он, реально. Ибо реальность нашего существа не мо­жет вместить Его облика. А если кому Он видим из достойных, то не без некоей завесы, служащей по мере очищения. Ведь видел Иов, но сквозь тучу и облако. И прежде него Авраам видел Ангела, который говорил. Иаков — как человека, с ним борющегося. Моисей — окруженный мраком. Так и другие видели богоприятное Лицо в снах и до­гадках (завесах). И апостолы видели вочеловечившегося плотью Бога Слово: Сына Божия и Чело­века — каждый по мере своего делания добра и здравия душевного. Так, у кого взор плоти здоров, тот вполне может смотреть на солнце, а у кого по­врежден, тот едва переносит сияние светильника или взгляд на луч. Если мы видим море с горы или с некоего холма, то мы сообщаем, что видели яв­ление одной только широты, и море видели толь­ко отчасти, потому что с этого берега гору или сушу на противоположном берегу увидеть глаза­ми нельзя, ибо на пути стоит воздух. Также ум не может узнать, что на глубине моря и на самом дне [его]. Ибо всегда пониманию этого умом мешает другое, внешнее, так что мы не можем ни угадать, ни увидеть, что на дне, и мысль наша при этом по­истине впадает в недоумение.

Мы все видим небо, но не все одинаково, но каждый соответственно здравию очей. И мысль не может видеть его до конца, и дойти до верховного образа, что только мысленно и может быть, ибо, как известно, мы видим рабское, [а то что на небесах] не таково. Но если бы мы смогли увидеть, то перед нами было бы видимое и невидимое, и не только частью, но и совершенно все. Так и Божество видимо и невидимо людям: оно не только прикрыто плотной завесой, но и реально недоведомо (неосмысляемо) Так и сено и солома не переносят поднесения огня, но вспыхивают и тлеют в пепел. Когда Христос обнажил немного Своего Божества на горе Преображения, то поверг в ужас столпов Церкви. Они тотчас пали: Петр, Иаков и Иоанн, — охваченные страхом, едва не сгорев от Божественного огня. До того же дошедший святой апостол явно восклицает об этом. От великого установления доброты Творец появляется без промедления, но небеса, земля и моря не могут смотреть на Совершенной го, ибо: как мы реально вместим видением Творца реальности?

(43) Вопрос. Ты хорошо научил нас о Христе. Мы просим, чтобы услышать немного о Святом Духе, равен ли Он Отцу и Сыну по власти, если Он творит и повелевает, как хочет? И почему Он в книгах сопоставляется с водой и огнем?