Шестоднев

Бездна же глубока. С верхней стороны она была туманна и мрачна, поэтому над ней была темнота. Воздух же, будучи легким и вознесенным кверху, носился над водами от верхнего края небесного тела до водных потоков на земле; и как птица парил он, ибо легок воздух. И когда святой Василий Великий говорит, что Святой Дух носился по водам, то это, по его мнению, означает, что это был Божий Дух Святой; с другой стороны, он говорит, что некоторые, однако, считают, что это был воздух. Святой Василий передает оба эти мнения. Но нам кажется, что не о Святом Духе сказал это Моисей, но о воздухе, когда он говорил: «И дух Божий носился над водой». Сказанное равносильно тому, что он сказал бы, что дух сотворен Богом. Как написано во Второй книге Царств: «Пока не полилась на них вода Божья с небес. Божьей водой называет здесь Священное Писание дождь, прошедший из облаков в виде капель. Но нельзя думать, что когда он говорит: «И Дух Божий носился над водой», что этот Божий Дух был сам Утешитель и Господь. И пророк Давид, восхваляя величие силы Божьей, говорит:«Туман как пепел рассыпает, бросает град Свой кусками; перед лицом мороза Его кто устоит? Пошлет слово Свое, и все растает; подышит Дух Его и, потекут воды». Когда он говорит это, то не подразумевает здесь, что Божие Слово, то есть Сын Божий — это и Бог Слово, ни то.

что Святой Дух Божий и Бог также одно и то же, так как сказано:«Подышет дух Его!» Но то, что он называет здесь «Слово Божие», обозначает Его волю, а дыхание ветра означает южный ветер, поскольку это направление воздуха является самым теплым. Ведь и сами мы теперь видим, где подует южный ветер, там растопит всякий лед; также и здесь, говоря: «Дух Божий носился над водою», он [Моисей] имел в виду не Святой Божий Дух, но воздух, так как он по своему естеству неплотен, прозрачен и легок, и тонок, и распространяется и плавает повсюду.

И сказал Бог: «Да будет свет, и стад свет». Что есть создание света, который освещает и украшает все творение? Не воспримет света Божественной любви не познавший, кто создал естество света таким спокойным и всем приятным, радостным и полезным. Как можем мы выразить или описать красоту света? Свет сам содержит в себе свою красоту и украшение бездушным предметам и сияние своего величества. А то, что Бог этот свет создал простым и бестелесным, лучше всего видно из того, что Он в четвертый день создал два светящихся тела, как два особых сосуда, говоря: «Да будут светильники на тверди небесной, чтобы светить на землю». То, что раньше не имел свет, а не то, что имел он прежде, было создано теперь на пользу премудрым Творцом. Если бы он уже имел это, то излишне и напрасно сказал бы: «Да будут светильники», показывая круглые тела.

Первоначальный свет существовал как без солнца и без круглой формы и образа, так и без тела; только одним распространением и исчезновением по всемогущей воле Бога, создавая день и ночь, что невозможно понять человеческому разуму. Потом Господь Бог и Творец всех чудесно и искусно вложил в великие светила и в звездные тела то, что было на большую пользу. Чтобы это соединение двух больших тел всем людям равно свет посылало и чтобы никто не считал и не называл их Богом, видя такую великолепную красоту, создал Он их составленными из света и круга. Поскольку мы иногда видим, как они уменьшаются и в конце концов совсем меркнут, то многие вводятся в заблуждение, называя их Богом, и поклоняются и воздают им честь. Свет первоначально был бесплотным, лишь потом он был вложен в телесные формы, как богоносный Василий Великий просто говорит, проповедуя о свете и в светилах: «Считаю свет простым и совершенно нематериальным, не имеющим никакого тела». Еще и святой Григорий Богослов в Слове на Новую неделю сказал так: «Следует великому Свету начинать творение со света, который разгонит тьму. Он показал его сначала не в сосуде, не в круге, как я думаю, но без тела и без круга, лишь затем вложил Он его в круг, чтобы осветить всю Вселенную».

«И увидел Бог свет, что он хорош». Не тогда, когда Он создал свет, увидел Бог, что естество света прекрасно. Он знал очень твердо, каким будет то, что Сам хотел создать, даже и не создав его. Если люди, когда кто-нибудь из них обладает мастерством, знают наперед, каким должен быть предмет, мысленно представив его и даже совсем не видев его своими плотскими очами, то насколько выше есть Бог — владыка всех знаний, который охватывает непостижимую вечность и держит, и знает ее прежде ее бытия, который и о еще не существовавшем свете знал, что он прекрасен. Он создал его, но наставлял нас, чтобы мы не просто удивлялись его красоте и восхищались его сиянию, но чтобы оценили и подумали, говоря: если даже этот свет прекрасно создан Творцом, то как несравненна красота Творца, и славна, и дивна, и чудна. И наблюдая этот видимый светлый свет, мы не перестаем удивляться, размышляя, тому свету.

И насколько больше должны удивляться те, которые видят эту красоту света, и к Творцу света мысленно взлететь и поклониться Ему, и прославить Его за то, что Он создал такое прекрасное творение. И судя по этому свету, познаем мыслью и тот несравненный свет.

Затем Моисей сказал: «И отделил Бог свет от тьмы. И назвал Бог свет днем, а тьму назвал ночью». Но когда он сказал «отделил», то не думай, что они тьма и свет были соединены воедино, и не думай так­же, что тьма как таковая существовала прежде, как и свет; но когда свет отступил, настала тьма. Когда был свет, он назвал это днем, когда же он исчез, тогда воздух остался без света, и это он назвал ночью. В эти три дня посредством первоначального распространения и исчезновения света наступали ночь и день. Когда затем Бог вложил свет в круглые тела, тогда начал свет этих тел отмерять и ночь. Когда солнце появляется на восточной стороне, пройдя подземную половину неба, оно создает день, ибо тогда оно освещает все поднебесье, сияя своими лучами. Когда же оно дойдет до западной стороны, заходит в подземную половину неба и скрывается там, то создает ночь, скрыв свой свет. Тьма будет там, где нет света. Тогда весь воздух над землей будет без света и темен, ибо от земли возникает тень. Поэтому один только свет является причиной дня и ночи, потому что на него возложил Творец быть границей между днем и ночью. Поэтому когда говорит Моисей: «И отделил Бог свет от тьмы», подразумевает он тогда распространение и исчезновение первозданного света.

Затем он говорит: «И был вечер, и было утро: день один». Исчезновение света, то есть его заход, назвал он «вечером», «утром» же назвал окончание ночи. Отсутствие света в воздухе создает тьму, это Творец именовал «ночью», уход сияния света назвал «вечером», время перед утром — «ночью». И далее он говорит, что то и другое вместе составляет один день. Он ясно показал, что 12 часов ночи и 12 часов дня составляют один день. Ибо он говорит: «И был вечер, и было утро: день первый». День и ночь он назвал одним именем «день», совершенно умолчав о названии «ночь». Ведь она не создана, а представляет собой тень и отсутствие света. Поэтому она, говорит, и появляется, и снова исчезает, не имея собственной сущности и растворяясь в небытии. Как тень, исчезает она бесследно, когда приходит свет, и наступает снова, когда свет уходит. Если кто-нибудь скажет, что свет является созданием Творца, то он не погрешит против истины. Для подтверждения сказанного я приведу притчу. Если бы князь, уходя на войну или еще куда-нибудь из своей страны, оставил своего наместника, чтобы тот управлял его страной и заботился о ней, то когда бы он обратно вернулся, тут же власть того наместника прекратилась бы. И хотя он часто так поступает, ставя его и смещая, но все время сам является властелином и господином и ничего не теряет от своей власти из-за этих отъездов, а тот наместник рабски повинуется ему всегда.

Также и свет благодаря своему сиянию владеет всем воздухом, то как бы уходя при своем захождении, то снова затем засияв на востоке, и много раз восходя и заходя, бывает творцом тьме, разрушая и снова составляя ее своим уходом. Поскольку это так и есть, то по справедливо­сти кто-нибудь может сказать, что ночь подчинена свету, так как бывает из-за него, а не создана другим злым творцом, как говорят еретики, но тем, которым все создано — одним добрым Творцом — Богом. И еще раз о дне и о ночи: как человек с ясными и здоровыми глазами, с чистым взглядом и не имеющий тяжелой болезни глаз, когда находится во сне, то как бы запирается в нем свет, когда он закрывает глаза, но не погибнет в нем никоим образом способность видеть свет зрение, но спящему сообразно с природой... Когда же он снова встанет, то та тьма, в которую он был погружен, исчезнет без следа и снова будет тот же самый свет, ибо он и не погибал. Так он приходит и уходит. И от этого можно понять уход и приход света.