Страница 45 из 86
А вот та любовь, которой живет и которой научает свою церковь ее учитель Тереза. «Это было лобзание любви. Я чувствовала себя любимой и говорила: “Я люблю Тебя и вверяю Тебе себя навеки”. Не было ни прошений, ни борьбы, ни жертв; уже давно Иисус и маленькая бедная Тереза, взглянув друг на друга, поняли все... Этот день принес не обмен взглядами, а слияние, когда больше не было двух, и Тереза исчезла, словно капля воды, потерявшаяся в океанских глубинах»[283]. Эта «любовь» не требует комментарий.
На методическом развитии воображения основывается опыт одного из столпов католической мистики, родоначальника ордена иезуитов и великого католического святого Игнатия Лойолы (XVI в.). Его книга «Духовные упражнения», при которой, по его словам, «даже Евангелие становится излишним»[284], является настольной в католических монастырях. Воображение распятого Христа, попытка проникнуть в мир Его чувств и страданий, мысленные беседы с Распятым и т.д. – все это принципиально противоречит основам духовного подвига, как он дан в жизни святых Вселенской Церкви. Метод Лойолы приводит к полному духовному и, не редко, душевному расстройству подвижника, а отсюда и к каким угодно «откровениям». Вот несколько примеров из «Духовных упражнений»:
Созерцание «Первого дня воплощения Бога Слова» состоит из нескольких прелюдий. Первая прелюдия заключается в том, «чтобы представить себе, как будто это было перед глазами, весь исторический ход мистерии воплощения, а именно: как Три Божественные Лица Святой Троицы взирают на эту землю... как Троица Святая, тронутая страданием, решает ниспослать Слово... как... архангел Гавриил явился посланником к блаженной Деве Марии».
Вторая прелюдия состоит «в живом воображении местности... где живет Святая Дева».
Третья прелюдия – «это мольба о познании мною... тайны воплощения Слова...»[285].
Еще один пример созерцания – беседа со Христом. «Эта беседа, – наставляет Лойола, – совершается тогда, когда человек вообразит перед собой Иисуса Христа, распятого на кресте... Устремивши таким образом взор на Иисуса распятого, я скажу Ему все, что подскажут мне мой ум и мое сердце... Настоящую беседу можно сравнить с беседою двух друзей...»[286].
Авторитетный сборник аскетических писаний древней Церкви «Добротолюбие» решительно запрещает такого рода «духовные упражнения», которые связаны с воображением, представлением, беседами с распятым Иисусом. Вот несколько высказываний оттуда:
Преподобный Нил Синайский (V в.) предупреждает: «Не желай видеть чувственно Ангелов или Силы, или Христа, чтоб с ума не сойти, приняв волка за пастыря, и поклонившись врагам-демонам»[287].
Преподобный Симеон Новый Богослов (XI в.), рассуждая о тех, кто на молитве «воображает блага небесные, чины ангелов и обители святых», прямо говорит, что «это есть знак прелести». «На этом пути стоя, прельщаются и те, которые видят свет телесными очами своими, обоняют благовония обонянием своим, слышат гласы ушами своими и подобное»[288].
Преподобный Григорий Синаит (XIV в.) напоминает: «…никогда не принимай, если что увидишь чувственное или духовное, вне или внутри, хотя бы то был образ Христа, или Ангела, или святого какого, или бы свет мечтался и печатлелся в уме... Но узревший что-либо мысленно или чувственно и приемлющий то... легко прельщается... Бог не негодует на того, кто тщательно внимает себе, если он из опасения прельщения не примет того, что от Него есть... но паче похваляет его, как мудрого»[289].
Приведенные примеры показывают, что нарушение законов духовной жизни непременно влечет за собой глубокие искажения сознания и чувств (сердца) человека. Он приобщается миру духов падших, духов лжи и заблуждения. Это приводит к лжевидениям, лжеоткровениям, к прелести. И поскольку никто не защищен от духовной слепоты и скрытой гордости, то неизменное и твердое правило Церкви – не принимать никаких откровений, но пребывать в покаянии и смирении.
§ 4. Экзорцизм
Прелесть, т.е. высокое мнение о себе, невидение своего духовного убожества, горделивое чувство способности к получению благодатных даров Божиих: исцелений, прозорливости, власти над бесами и т. д., - проявляет себя в самых разнообразных формах. Чаще всего – это дерзкие требования беспрекословного послушания себе от духовных чад (лжестарчество), претензии на пророчества, на совершение чудес и знамений и прочее. Одним из подобных деяний является и распространяющееся в последние два-три десятилетия XX-го века так называемое отчитывание (экзорцизм).
Экзорцизм имел место среди первых христиан в век чрезвычайных дарований, когда христиане явно получали различные дары Святого Духа. Об этом, например, апостол Павел писал: Дары различны, но Дух один и тот же;
и служения различны, а Господь один и тот же;
и действия различны, а Бог один и тот же, производящий все во всех.
Но каждому дается проявление Духа на пользу.
Одному дается Духом слово мудрости, другому слово знания, тем же Духом;
иному вера, тем же Духом; иному дары исцелений, тем же Духом;
иному чудотворения, иному пророчество, иному различение духов, иному разные языки, иному истолкование языков.
Все же сие производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно (1 Кор. 12: 4-11).
В послании под именем святителя Климента Римского (I в.) «О девстве» подвижникам-экзорцистам предписывается «...посещать одержимых злыми духами и творить над ними молитвы. Постом и молитвою пусть заклинают, не словами красными, отборными и изысканными, но как мужи, от Бога получившие дар врачевания». О тех же, кто не получил этого дара, но самочинно начинал заниматься изгнанием бесов, сообщает книга Деяний Апостолов: Это делали какие-то семь сынов Иудейского первосвященника Скевы.
Но злой дух сказал в ответ: Иисуса знаю, и Павел мне известен, а вы кто?
И бросился на них человек, в котором был злой дух, и, одолев их, взял над ними такую силу, что они, нагие и избитые, выбежали из того дома (Деян. 19: 14-16).
Позднее, в Церкви был введен особый чин рукоположения заклинателей, которые только имели право изгнания злых духов. Но уже тогда находились миряне, священники и монахи, которые видя, какие деньги и славу у людей получают заклинатели, начинали самочинно заниматься экзорцизмом. В связи с этим Лаодикийский собор (364 г.) постановил: «…не произведенным от епископов не должно заклинати ни в церквах, ни в домах» (прав. 26). А «Постановления апостольские» (IV в.) уже запрещают рукополагать экзорцистов, мотивируя это тем, «что получивший дарование исцелений показуется через откровения от Бога, и благодать, которая в нем, явна бывает всем». В V в. экзорцисты уже не упоминаются на Востоке[290].
Православная Церковь всегда следовала словам Спасителя, сказанных Им об изгнании злых духов из человека: …сей же род изгоняется только молитвою и постом (Мф. 17, 21) - не только молитвой, но и строгой подвижнической жизнью. Поскольку лишь такая жизнь приводит христианина к смирению, достижению бесстрастия и делает его способным получить дар побеждения злых духов без вреда для себя и для людей. Но и из них совсем немногим Господь ниспосылал этот дар. Поэтому все другие заклинатели, по учению Отцов Церкви, независимо от их сана, суть прельщенные и прельщающие.
Жизнь святых свидетельствует, что они, будучи исполнены Духа Святого, тем не менее, никогда не занимались заклинательством. Они никогда не собирали одержимых злыми духами, в их жизни вообще редко можно встретить случаи исцеления бесноватых. Более того, святые Отцы, увидев, какой духовный вред приносит и бесноватым, и самонадеянным отчитывателям практика изгнания злых духов, стали запрещать ее.
Прп. Варсануфий Великий говорил: «Противоречить дьяволу прилично не всем, но только сильным о Боге, которым повинуются бесы; если же кто из несильных будет противоречить, бесы ругаются над ним, что, находясь в их власти, он им же противоречит. Также и запрещать им – дело мужей великих, имеющих над ними власть. Многие ли из святых запрещали дьяволу, подобно Михаилу Архангелу, который сделал сие, потому что имел власть? Нам же, немощным, остается только прибегать к имени Иисусову»[291].
В Лавсаике читаем, что авва Питирион «много беседовал с нами и с особенною силою рассуждал о различении духов, говоря, что некоторые бесы наблюдают за нашими страстями и часто обращают оные ко злу. Итак, чада, говорил он нам, кто хочет изгонять бесов, тот должен сперва поработить страсти: ибо какую страсть кто победит, такого беса и изгонит. Мало-помалу должно вам поработить страсти, чтобы изгнать демонов этих страстей»[292].