Страница 13 из 26
Генетическая связь последования Евхаристии с иудейскими трапезами объясняется тем, что сама Евхаристия в одном ее аспекте является продолжающейся Тайной вечерей Христа. «Сие творите в Мое воспоминание». Эти слова Христа, вокруг которых все еще идет спор, имеют не совсем одинаковое значение для нас и для первой генерации христиан из иудеев, в точности апостолов. Для них ударение лежало больше на второй части заповеди Христа – «в Мое воспоминание», – чем на первой – «сие творите». Христос знал, что апостолы, как иудеи, будут совершать трапезы после Его смерти, но когда они будут их совершать после Пятидесятницы, они должны совершать их в «воспоминание» Христа. Через Голгофу, смерть и воскресение участники трапез в «воспоминание» Христа станут народом Божьим, собранным «во Христе». Иудейская трапеза, совершаемая апостолами, станет священнодействием или, употребляя неизвестный новозаветным писаниям термин, таинством Церкви. Для нас ударение лежит одинаково на двух частях: и на «сие творите» и на «в Мое воспоминание». Мы должны совершать до Его второго пришествия со славою вечерю в Его воспоминание, т. к. в ней и через нее возвращается к нам прославленный Христос. Совершая ее, мы собираемся в «Церковь Божию во Христе». «Когда вы собираетесь в Церковь…». Наша трапеза становится трапезой Господней.
4. Кто возглавил первую Евхаристию? Мы знаем, что первая Евхаристия была совершена после Пятидесятницы, т. к. только после ниспослания Духа эктуализировалась установленная Христом на Тайной вечери Евхаристия. Она не могла быть совершена до Голгофы, т. к. в ней мы «возвещаем смерть Господню, доколе Он приидет» «(1 Кор. XI, 26). Но и трапезы, которые после Своего воскресения совершал Господь с апостолами, не были Евхаристическими собраниями, т. к. Христос не возшел «к Отцу Своему и Отцу нашему, Богу своему и Богу нашему» (Ио. XX, 17) и Дух, Которого Сын умолит у Отца, не нисшел на них (Ио. XIV, 16) 54. На первой Евхаристии должен был предстоятельствовать один, т. к. одно только было место Христа, которое Он занимал на Тайной вечери. Почти с уверенностью можно сказать, что это место занял ап. Петр. Во всяком случае один из апостолов, т. к. только один мог возглавлять трапезу и только один мог произносить благодарение над хлебом и благословение чаши. В какой–то момент, который нам трудно определить, предстоятелем Евхаристического собрания Иерусалимской церкви сделался Иаков. Предстоятель Евхаристического собрания был предстоятелем Церкви, и обратно, предстоятель церкви был предстоятелем ее Евхаристического собрания. Это вытекало из природы самой Церкви.
Содружество Христа во время Его земной жизни с учениками обратилось через Духа в христианское содружество. Оно стало Церковью, как содружество народа Божьего во Христе. Как предстоятель содружества был предстоятелем трапез, так и предстоятель Церкви стал предстоятелем Евхаристического собрания. Так было не только в Иерусалимской церкви, но и во всех местных церквах, основанных апостолами. В каждой местной церкви предстоятелем ее Евхаристического собрания был предстоятель Церкви. Так было и иначе не могло быть. Ветхозаветное храмовое устройство допускало приношение жертв первосвященником и священниками, совместно или отдельно друг от друга. Во время Своей земной жизни Христос не имел левитского священства, но для Церкви Божьей Он стал ее Первосвященником. Как Первосвященник, Он принес Себя в жертву «ejapax». Занявший в Евхаристическом собрании место Христа также не имел левитского священства, как не имели его и все участники первого Евхаристического собрания. Христос «единожды» возглавил Тайную вечерю, как «единожды» за всех принес жертву. «Единожды» в том смысле, что Тайная вечеря, на которой Христос установил Евхаристию, была «единожды» совершена, и в том смысле, что Он один и никто другой совместно с ним возглавил Тайную вечерю.
Поэтому «ejapax» совершается под предстоятельством одного, на Евхаристическом собрании, которое всегда одно, как один Христос, в пространстве и во времени. Мы не можем себе представить, что на Евхаристическом собрании Иерусалимской церкви, на которой первое время участвовали все апостолы, было несколько предстоятелей или было несколько совершающих «благодарение». Мы не можем также себе представить, что один из апостолов произносил «благодарение» над хлебом, а другой «благословение» чаши. Если бы так было, то не было бы Евхаристии, т. к. это было бы разделении Христа и рассечением Его тела, и Евхаристия не была бы трапезой Господней. Апостолы не могли так действовать, потому что они бы нарушали заповедь «сие творите в Мое воспоминание». Как таинство Церкви, Евхаристия совершается всегда одним и только одним. Это включено в ее природу. Нет Евхаристического собрания без Церкви, как нет Церкви без Евхаристического собрания, но нет и Евхаристического собрания без его предстоятеля, как предстоятеля церкви. Место Христа на Тайной вечери – одно, и только один его может занимать на Евхаристическом собрании. И тот, кто его занимает, есть предстоятель церкви. Позднее, как мы уже видели, Игнатий Богоносец выскажет это основное положение природы Евхаристии в виде утверждения, что нет Евхаристии без епископа, как предстоятеля церкви.
В этом высказывании новое заключалось только в форме, а не в его содержании, которое уже имелось в первой Евхаристии, совершенной, как мы предположили, ап. Петром. Христианская «chaburah», как и иудейская, не могла быть без предстоятеля. И таким предстоятелем Иерусалимской церкви в самом ее начале был ап. Петр, а как ее предстоятель, он занял центральное место в ее Евхаристическом собрании. Остальные апостолы, как и все первые участники первого Евхаристического собрания, не были совершителями «благодарения», как они не были на вечерях, которые они совершали во время земной жизни Христа. В момент совершения Евхаристии не было различия между апостолами, участвующими на ней, и всеми остальными верующими. Различие было только между приносящим «благодарение» и остальными ее участниками. Когда ап. Петр уступил предстоятельствование Иерусалимкой церкви Иакову, он тем самым уступил ему предстоятельствование на Евхаристическом собрании. Тогда Иаков, а не Петр, один произносил «благодарение», а Петр занял место среди остальных апостолов 55. С самого начала существования Церкви «благодарение» на Евхаристии произносил только один и один и тот же, пока он оставался ее предстоятелем.
На иудейских трапезах был не только их предстоятель, но были и служащие. Кто был служащим на первой или на первых Евхаристических собраниях? «Тогда двенадцать, созвав множество учеников, сказали: не хорошо нам, оставив слово Божие, пещись о столах (служить трапезам)» (Деян. VI, 2). Раздача пищи вдовам была, по прямому указанию Деяний, ежедневной. Евхаристическое собрание совершалось в воскресный день–в первый день после субботы, – во всяком случае оно не было ежедневным, но оно было связано с раздачей пищи, т. к. было ее источником. Эта связь выступает из всего контекста повествования об установлении «семи». Лука говорит, что был ропот среди еллинистов относительно ежедневного «служения» их вдовам, а двенадцать указали верующим, что им не должно оставлять слово Божие ради «служения» столам. Из этих слов апостолов, точнее из слов ап. Петра, который был их «porte–parole», ясно, что служение на трапезах совершалось апостолами в то время, когда они предложили установить «семь». Оно продолжалось после трапез в виде ежедневного служения вдовам. Ап. Петр не говорит о том, что ему не следует предстоятельствовать на Евхаристическом собрании, но что апостолам не следует быть на нем «служащими», т. к. увеличение числа верных вызвало расширение «служения» трапезам в ежедневное служение вдовам.
Петр продолжал предстоятельствовать на Евхаристическом собрании, пока место предстоятеля не занял Иаков, а «семь» были служащими при нем 56.
5. Все, что мы говорили о предстоятеле церкви, совершающего с помощью «служащих» или, в позднейшей терминологии, диаконов Евхаристию, есть только одна сторона Евхаристического собрания. Евхаристия есть «трапеза Господня», а потому на ней кроме предстоятеля должны быть всегда те, кому предстоятель предстоятельствует. Мы уже видели, что на иудейских трапезах, кроме главы семьи или предстоятеля содружества, принимали участие члены семьи или содружества. Без них не могло быть трапезы. Благодарение над хлебом и благословение чаши произносилось предстоятелем не от своего имени, а от имени всех участников и с их согласия. Это было общее благодарение и общее благословение, произносимое одним от имени всех, т. к. на трапезах не могло быть присутствующих, а могли быть только участники. Это участие выражалось в совместном благодарении и в совместном вкушении, которое было тесно связано одно с другим, т. к. одного не могло быть без другого. На Евхаристичесчом собрании также не было присутствующих, а были только его участники. Как в иудейских трапезах, это участие было двояким: они все вместе совершали служение Богу во Христе и все вместе вкушали на трапезе Господней. Евхаристия есть священно служение, совершаемое Церковью, а потому оно было общим служением всех, кто в ней принимал участие, через одного, кто возглавлял Евхаристическое собрание.