Страница 7 из 36
Der Exorzismus im altchristlichen Taufritual // Studien zur Geschichte und Kultur des Aftertumes. 3, 1-2. Paderborn 1909; Ledercq H. Exorcisme, exorciste // Dictionnaire d'archeologie chretienne et de liturgie. Paris, 1922. T. 5. P. 1. Col. 964-978; Forget J. Exorcisme, exorciste // Dictionaire de theologie catholique. Paris, 1913. T. 5. P. 2. P. 1762-1786; Danielou J. Bible and Liturgy. P. 23-25. 8.
Огласительные слова Иоанна Златоуста 2, 14. В ранней Церкви были специальные служители для совершения заклинания злых духов, причем не обязательно имевшие священный сан. "Постановления св. Апостолов" содержат следующее правило: "экзорцист не рукополагается: ибо славный подвиг заклинания есть дело добровольного благорасположения и благодати Божией чрез Христа наитием Святого Духа; потому что получивший дарование исцелений пользуется чрез откровение от Бога, и благодать, которая в нем, явна бывает всем.
Если же нужно, чтобы он был епископом или пресвитером или диаконом, то рукополагается" (8. 26. См.: Ante-Nicene Fathers. 7. 493). ^ 9. См. у св. Иоанна Златоуста: "Завтра в пятницу, в девятом часу вам зададут некоторые вопросы и вы должны будете представить ваш договор (отречение от сатаны и сочетание со Христом) Господу. Я напоминаю вам этот день и час не без умысла.
Вы можете извлечь из этого таинственный урок. Ибо в пятницу в девятом часу разбойник вошел в рай; тьма, длившаяся от шестого до девятого часа, рассеялась, и Свет, воспринятый как телом, так и душой, был принят в качестве жертвы за весь мир. Ибо в этот час Христос сказал: "Отче: предаю дух Мой в руки Твои!" И тогда солнце чувственное, узрев Солнце Правды, просиявшее с Креста, отвратило свои лучи (Огласительные слова 11, 19). См.
также обряд Константинопольской Церкви (Codex Barberini), приведенный Финном (указ. соч. С. 114-118): "отречение от сатаны и сочетание со Христом совершается в Святую Пятницу Пасхи под началом архиепископа в присутствии всех оглашенных, собранных в самой святой церкви...". О проблемах, связанных с момент ом "отречения", см.: Finn. Op. cit. P. 88; Jean Chrysostome.
Huit catecheses baptismales inedites / Introduction texte critique, trad. et notes de A. Wenger. Paris, 1957. P. 80 ff. (Sources chretiennes; 50). 10. Св. Кирилл Иерусалимский. Тайноводственные поучения к новопросвещенным, 1, 4: "Понеже место видимыя тьмы есть Запад, сатана же, будучи тьма, во тьме и державу имеет: для того прознаменовательно смотря на Запад, вы отрицаетесь того темного и мрачного князя". См. также: Danielou J. Bible and Liturgy. P. 27 ff. 11. Св. Иоанн Златоуст. Огласительные слова 10,14 12. Там же, 10,15. 13. Там же, 10, 15. 14. По поводу pompa diaboli см.: Rahner H.
Pompa Diaboli // Zeitschrift fur Katholische Theologie. Wien 1931. Bd. 55. S. 239-273; Wazink J. Pompa Diaboli // Vigiliae Christianae; 1974. T. 1 P. 13-41; Danielou J. Le demon dans la litterature ecclesiastique jusqu'a Origene //Dictionnaire de spirituality Paris, 1957. T. 3. P. 151-189; Boismard M. I renounce Satan, his pomps and his works // Baptism in the New Testament: A symposium. Baltimore, 1964. P. 107-114. 15. Св. Кирилл Иерусалимский.
Тайноводственные поучения к новопросвещенным 1. 9; см. также: Danielou J. Bible and Liturgy. P. 32 и From shadows to reality. London, 1960. P. 22-29, 57-65 ( загл. ориг.: Sacramentum futuri. Paris, 1950). 16. Finn. Op. cit. P. 116. 17. "Затем, после этого договора, отречения и соединения, после того как ты, исповедав эту власть, через глаголы языка соединился с Христом...
помазывает иерей на челе миром духовным", - св. Иоанн Златоуст. Огласительные слова 2, 22. О воинской клятве см. комментарии P. Harkins`a к англ. переводу Огласительных слов Златоуста в Ancient Christian Writers 31. P. 214. N. 3. 18. В греческом и латинском языках нет различия между словами "Господь" и "господин". 19.
О происхождении и ранних редакциях Символа веры см.: Kelly J. Early Christian Creeds. Ed. 2. London, 1960; также Neufeld V. The Earliest Christian Confessions. Leiden, 1963; Jungtnann J. A. Handing on the Faith. N. Y. 1959 ( загл. ориг.: Katechetik). 20. По поводу redditio symboli см.: Kelly J. Op. cit. P. 32-37; Finn. Op. cit. P. 110. Глава 2: КРЕЩЕНИЕ 1.
Таинство воды В наших богослужебных книгах чинопоследованию крещения предшествует следующее указание: Входит священник, и облачается в священническую одежду белую и нарукавницы, и вжигаемым всем свещам, взем кадильницу, отходит к купели, и кадит окрест, и, отдав кадильницу, поклоняется. Мало кто в наше время знает, что приведенное краткое описание - это все, что осталось от величайшего из торжеств ранней Церкви - пасхального совершения крещения и крещального празднования Пасхи [21].
Мы снова обращаем на это внимание, потому что хотя и невозможно, по-видимому, вновь ввести крещение в Пасху, связь между крещением и Пасхой, пасхальный характер крещения остаются ключом к пониманию не только крещения, но и всей полноты самой христианской веры. Приведенная выдержка напоминает нам, что этот пасхальный характер крещального богослужения должен быть сохранен.
Это означает, прежде всего, совершение крещения Церковью, т. е. при участии народа Божьего, как события, в котором Церковь сознает себя переходом - Пасхой - из мира сего в Царство Божие, соучастницей решающих событий смерти и воскресения Христовых. Надлежащее совершение крещения - реальный источник и отправная точка всего литургического обновления и оживления.
Именно здесь Церковь открывает себе самой свою истинную природу, постоянно обновляет себя как сообщество крещеных. И в свете этой существенной функции крещения - постоянного обновления Церкви - какими неполноценными и литургически неправильными оказываются наши краткие, "частные" крестины, лишенные всякой торжественности, совершаемые в отсутствие Церкви, сведенные к минимуму.
Вспомним, что где бы и когда бы ни совершалось крещение, мы оказываемся - по крайней мере духовно - накануне Пасхи, в самом конце Великой и Святой Субботы, в самом начале той единственной ночи, которая каждый год поистине вводит нас в Царство Божие. Крещение начинается с торжественного освящения воды. Но наш литургический упадок столь глубок, что некоторые священники просто-напросто опускают это освящение.
Действительно, к чему совершать эту относительно долгую процедуру, когда так легко вылить несколько капель предварительно освященной воды в крещальную купель и таким образом удовлетворить людей, которые часто просят совершить требу побыстрее? В некоторых храмах даже отсутствуют крещальные купели; крещение совершают, окропив младенца несколькими каплями святой воды, считая это необходимым и достаточным.
Десять минут - и вы уже христианин, член Тела Христова, освященный сосуд Святого Духа, "согражданин" святых. Последнее, что остается сделать, - это выдать свидетельство о крещении. Поэтому неудивительно, что все большему числу людей в наше время не только крещение, но и вся Церковь с ее малопонятными и архаичными обрядами кажется совершенно "несоответствующей", и они просто "отпадают" и ищут в другом месте ту духовную пищу, без которой человек не может существовать.
Поэтому мы должны понять, что именно вода открывает нам значение крещения и это откровение бывает как раз во время освящения воды перед крещением. Освящение воды не просто начало крещального обряда. Само освящение воды в своей сути раскрывает все стороны таинства крещения, его поистине космическое содержание и глубину. Иными словами, освящение воды показывает органичность крещения, раскрывая его связь с миром и материей, с жизнью во всех ее проявлениях.
И если сейчас, даже в богословских учебниках, крещение представляется как чуть ли не магический акт, если оно перестало быть источником, постоянным указующим столпом - как в богослужении, так и в благочестии, то это потому как раз, что оно потеряло связь с "таинством воды", дающим ему реальное содержание и значение. Поэтому именно с этого таинства мы и должны начать наше объяснение.
Вода, безусловно, является одним из древнейших и всеобщих религиозных символов [22]. С христианской точки зрения, представляются важными три основных аспекта ее символики. Первый аспект может быть назван космическим. Без воды не может быть жизни, и поэтому первобытный человек отождествляет воду с принципом жизни, видит в ней prima essentia (первичную субстанцию) мира: "...и Дух Божий носился над водою" (Быт. 1:2).